нет к тебе претензий, но если будешь мешать, то придется отнестись к тебе как к соучастнице. Нынешнее руководство неспособно дальше исполнять свои обязанности, а значит, его надо сместить, заменив на более компетентных специалистов, во благо человеческих жизней! Я предупреждаю: мы забираем его и увозим отсюда, а ты, Октавия, и дальше верь во что хочешь. Даю десять минут на размышления, потом я взорву этот шлюз.
Света была непоколебима, жестока и строга, даже сама себя не узнавала в некоторые моменты. Она демонстративно выставила взрывчатку напоказ перед камерой видеонаблюдения.
– Кросс! – Ханна была в гневе, но страх просачивался через слова. – Неужели ты допустишь это? Я могу пострадать при взрыве, мы все можем пострадать! Это уже перебор, слышишь, мы так только хуже друг другу сделаем!
– Я не хочу ссориться, но иного выхода нет! Подумай, разве я не прав? Ты же знаешь, как я педантичен в этих вопросах, – неужели я заставил сомневаться в авторитете моего мнения? Уж не мне ли выбирать между жизнями – вспомни, что я тебе рассказывал, и поймешь, почему…
– Это разные ситуации, Кросс! С каких пор мы поступаем такими методами, это же натуральное…
Но не успела она закончить, как по коридору разразился пугающий грохот. Света и Кросс переглянулись, сразу же обратив все свое внимание вдаль, разглядывая весь длинный и широкий проход, прямо сквозь весь Улей. Тишина в эфире давала понять: все они удивлены неизвестному шуму. Неожиданно освещение стало мигать, по кораблю пронесся голос компьютера: «Система биологической защиты отключена». Света и Кросс взяли оружие наизготовку, целясь куда-то вперед.
– Ханна!
– Мы не знаем, что происходит.
Инстинкты Светы уже кричали о готовности к столкновению с чем-то ужасным, уж очень сильно все это ассоциировалось с Вектором. Не желая оставаться на месте и ждать, она стала идти вперед, прямо навстречу неизвестному противнику.
– Этого не может быть… – проговорил в шоке Первый за пару секунд до того, как с грохотом в мучениях отворились створки шлюза в лабораторный блок.
62
Здравствуй, Кристина. Очень странно было мне проснуться сейчас после месяца сна и прочесть сначала твое письмо от девочек, с их фото и пожеланиями. Я даже расплакался, это был лучший момент за всю мою работу Одиночкой. А потом я читаю еще письмо, которое ты отправила спустя две недели после первого… жаль твою маму, ее смерть – это ужасно. Я бы хотел быть рядом, поддержать тебя – но, да, ты права, я не могу бросить вот так работу. Но я бы хотел поддерживать тебя сейчас, как и девочек, они любили свою бабушку. Мне трудно представить, что ты чувствуешь: в моей маленькой семье матери было плевать на меня и всех, она сама росла почти без родителей, а меня нагуляла с кем-то, так что… В общем, я поэтому не буду использовать клише – просто скажу, что, какой бы у твоей мамы ни был ворчливый, в наш с тобой особенно адрес, характер, я точно знаю, что она любила тебя, уж противоположное мне слишком хорошо известно. Надеюсь, твои подруги рядом, помогают, а то не хочется видеть, как ты там одна. И если на работе не дают выходные, оплачиваемые, то напиши в мою контору: там есть типа юристы крутые, бесплатные, на всякий случай, видимо, были прецеденты и практика неудачная, – вот они и оберегают своих служак от всех и вся, ну и они помогут тебе. Я напишу им, все разъясню, они же сами говорили, что если что, то можно получить консультацию, а уж защищать свои инвестиции – это у таких компаний в приоритете. Я не шучу, бери выходные и звони в контору мою, там, может, и с похоронами помогут! Хотя, может, ты кремацию выберешь, она вроде не оставляла предписаний. У меня, если что, все хорошо, начал пить таблетки новые, общаться с другими пилотами, прикинь. У нас тут общий чат организовали, со своими правилами, да, но для, так сказать, общей моральной и эмоциональной поддержки. Травим байки, докладываем о работе, делимся тем и другим – короче, получаем поддержку от таких же, как и мы. На самом деле дико удобно и круто, отдельное уважение руководству за такое, лучше любых психологов. Хотел бы рассказать пару баек для поднятия настроения – но нельзя, все в пределах чата, причем, прикинь, мне даже после возвращения придется все держать в тайне, типа договор о неразглашении коммерческих тайн подписал даже, а то выперли бы нахер. Все серьезно.
Но это ладно, у нас тут рутина, я потихоньку начал сериалы смотреть, но ничего особенного, чисто убиваю время и отвлекаюсь, так что не переживай за меня. Хотя, может, тебе это и интересно, как раз отвлечься. Во, это тебе понравится: мне тут в чате посоветовали пару крутых, наверное, книг по отношениям внутри семьи с детьми, во! Мужики говорят, что помогло и все такое. Начал читать и помечать в файлике для себя разные моменты – короче, развиваюсь. Скину тебе файлом отдельно книгу, было бы здорово двоим понимать, что там. А еще я понял, что было бы круто завести питомца здесь, попугая там или черепаху, фиг знает, того, кто не помрет быстро от скуки. И я все не спрашивал – надеюсь, девочки там хомяков своих не угробили еще, и надеюсь, что мне продали все же одинакового пола, а то у вас там выводок уже напал бы на всю еду.
Прости, если ухожу от темы, но, мне кажется, это самый лучший способ пережить трагедию: не дать себе уйти слишком глубоко в скорбь и печаль, а постараться сохранить хорошее, удержавшись тем самым на плаву. Жаль, что твоя мама так рано умерла, ей же всего пятьдесять пять было, а сердце уже сдало… Хотя ты много лет ей говорила сходить сдать анализы и прочее, а она мимо ушей, хотя ты заботилась о ней больше, чем она о себе. Ты не виновата в этом, Кристина, не виновата. И не смей винить себя, ясно, женщина?! Обнимаю и люблю, девочкам привет. Сейчас недели две буду без криосна, так что пиши смело, тут надо в горе космического мусора от звездолетов разбираться – рутина во всей красе.
63
Свет в центральном коридоре был приглушенно-красным, да и работал лишь с пола двумя линиями вдоль стен. А вот из шлюза лабораторного блока не выходило ни одного лучика, словно там и нет ничего, кроме тьмы. Света и Кросс медленно подходили, шаг за шагом, держа на прицеле шлюз. В радиоэфире была тишина: все выжидали, боясь лишний раз даже шевелиться. Но вот немного
