повысить адаптивные способности асгардцев, но добились лишь обратного эффекта. Существенно повысилась адаптация к условиям жизни на колониальных планетах. Так начали появляться люди с разным цветом кожи. Это зависит от специфики излучений конкретной звезды.
Ректор сделал глоток чая, заел шоколадной конфетой и продолжил.
— Асгардцам пришлось смириться с неизбежным. Как говорится, против природы не попрёшь. Скорость заселения новых миров существенно упала. Асгардцы не желали своим потомкам такой судьбы, а переселить жителей с одной планеты на другую оказалось очень сложно. Чуждая энергетика звезды подавляла рождаемость у обычных людей, адаптироваться к новым условиям могли только асгардцы. Все звёзды уникальны, и нет двух одинаковых, но асгардцы научились выделять основные критерии и минимизировать риски нежелательных последствий, поэтому экспансия хоть и со скрипом, но продолжалась, хотя в обществе и произошел раскол. Колонисты понимали, что слабее истинных асгардцев, и это вызывало в сердцах людей зависть, а потом и злобу. В качестве компенсации они требовали от Асгарда всё больше технологий и отказывались переселяться в другие миры.
— Знакомая картина, — буркнул я. — Люди — те ещё эгоистичные скоты. На словах многие белые и пушистые, а как дойдёт до дела, то прежде всего думают о комфорте собственной задницы.
— Я смотрю, человеколюбие вам несвойственно, Ярослав Юрьевич, — усмехнулся Доран Грей.
— А за что мне любить людей? — непроизвольно сжав кулаки, ответил я. — Эгоистичное стадо, только и думающее, как потуже набить свои карманы за счёт других.
— А вы не такой? — с ехидной улыбкой на губах спросил ректор.
— И я такой, — чего уж скрывать. Не люблю врать самому себе. — Я тоже думаю в первую очередь о себе, но иногда на меня накатывает, и, в отличие от других, я не могу пройти мимо, когда вижу несправедливость, за что всегда получаю кучу неприятностей.
— Это в вас говорят гены асгардцев, — пояснил ректор. — Но мы отвлеклись от темы, я продолжу. Эпоха экспансии продлилась пять тысяч лет, и за это время асгардцы не встречали других разумных существ. Даже животные и насекомые и то попадались довольно редко. Иногда удавалось отыскать свидетельства разумной жизнедеятельности на разных планетах, но те цивилизации лежали в руинах, и понять, что с ними случилось, уже не представлялось возможным. На многих планетах удавалось обнаружить месторождения эрго, так что с энергией у асгардцев проблем не возникало. Именно в этот период на колониальных планетах начали появляться первые одарённые.
— Значит, мне соврали, что одарённые могут рождаться только на планетах с непосвящённым населением? — выпалил я.
— Не соврали, — спокойно ответил Доран Грей. Выдержка у мужика железная, я бы уже давно сорвался и прикрикнул на такого собеседника, но он спокоен, как скала. — Один одарённый на планете с населением пару миллиардов за период ста лет, можно считать статистической погрешностью. Проблема заключалась в том, что асгардцы узнали об этом далеко не сразу. Ты знаешь, что такое спонтанная активация искры, прочувствовал это на себе. Если у человека не получается обуздать хлынувшую в него энергию, он сгорает изнутри, и понять, что с ним произошло, удаётся далеко не всегда. В общем, на единичные странные смерти очень долго никто не обращал особого внимания. Но шло время, и по теории вероятности рано или поздно кто-то должен был стать первым инициированным одарённым. Им стал человек по имени Заврус Прад.
— Вы же говорили, что не можете отправить инициированного одарённого в свой мир, так как искре нужно постоянное развитие, — вновь влез я со своим комментарием. — Вряд ли этого Завра нашли сразу после инициации. Наверняка он успел что-то натворить, что привлекло внимание властей, а потом и асгардцев.
— Завруса, — поправил меня ректор. — И вы правы, Ярослав Юрьевич, натворил он немало. Искре действительно нужно постоянно развиваться, и добиться этого можно лишь одним способом — убивать.
— Убивать? — я чуть не поперхнулся кексом, который в этот момент, не ожидая ничего подобного, откусил.
— Совершенно верно, — невозмутимо кивнул Доран Грей. — Чтобы остудить пламя разгорающейся искры, необходимо убивать, причём подойдёт не всякое убийство. Дело в том, Ярослав Юрьевич, что все люди в той или иной мере являются асгардцами. И в нашем генетическом коде остался энергетический осколок эрго, который и поглощает искра, отчего одарённый становится сильнее.
— Так что, все одарённые — это маньяки, которые направо и налево убивают людей? — ужаснулся я от такой перспективы.
Нет, я не был пацифистом и считал, что многие отморозки заслуживают лишиться башки, но всё же.
— Не всё так фатально, Ярослав Юрьевич, — улыбнулся своей ехидной улыбкой Доран Грей. — Когда вы дослушаете мой рассказ, то всё поймете. Заврус понял, как прокачивать свою искру, и убил порядка двух с половиной тысяч людей, прежде чем его поймали. С каждым убийством его возможности возрастали, и это опьяняло. Каждые сто осколков повышают потенциал одарённого на одну единицу эрго. Более подробно о способах оптимального развития вам расскажут на специальной лекции, я сейчас пройдусь лишь по основам. Как только одарённый накапливает нужное количество осколков, искра переходит на второй уровень развития.
Вот я и узнал, как повышается потенциал эрго. Бойтесь своих желаний, как говорится. Осталось только выяснить, нет ли другого способа получить осколки. Валить людей тысячами я что-то не хочу.
— Первое повышение уровня искры открывает для одарённого индивидуальную сверхспособность. Предсказать, что это будет, невозможно. В моём случае это была регенерация, кто-то получает дар повелевать огнём или создавать электрический разряд, телекинез, телепатия, вариантов много, но основным моментом в этом вопросе является потенциал искры.
Ага, значит, вот почему нас называют одарёнными, а не искранутыми, пришла в голову дурная мысль. Вот бы мне глаза-лазеры, как у супермена.
— Заврус был слабеньким одарённым. Его наполнение искры равнялось всего десяти единицам. Эта особенность свойственна всем посвящённым мирам. Сильные одарённые там не рождаются, и до сих пор неясно почему. Хочу отдельно выделить один очень важный аспект в развитии одарённого. Вам будут подробно рассказывать об этом на специальном вводном курсе лекций, но ваш случай очень редкий, Ярослав Юрьевич, и требует индивидуального подхода. При переходе на следующий уровень искры не реализованный потенциал сгорает.
— Можете пояснить? — попросил я.
— Конечно, — кивнул ректор. — В качестве примера возьмём одарённого со средним потенциалом в двадцать пять единиц эрго. Для перехода на второй уровень искры каждому одарённому требуется набрать тысячу осколков. То есть без дополнительных поступлений максимум, что сможет накопить одарённый, — это 10 эрго. Обычно после инициации на балансе появляется две, максимум три единицы, так что в лучшем случае к моменту перехода на второй уровень искры одарённому удаётся накопить потенциал тринадцать эрго. Остальной, не реализованный потенциал
