наши враги.
– На этом и строятся союзы! – как ни в чем не бывало улыбался маг.
– Ты скажи, ты больной? Что лыбу постоянно тянешь? – прорычал гном.
– Я, гном, радуюсь, что завтрашний рассвет увижу не через увеличительное стекло, – отозвался некромант, и они с огневиком ударили кулаком о кулак.
Троица магов была явно слаженной командой. Не исключено, что в их памяти хранилась куча историй о студенческих похождениях колдунов Бладорона.
В эту ночь в подземелья как муравьи стекались гномьи отряды. Бережливый народец по приказу Мстислава одновременно с атакой на тюрьму ограбил четыре кузницы, и теперь каждый гном нёс столько, сколько мог. На двух кузницах из четырёх ограбление прошло почти без эксцессов, а на других гномы наткнулись на стражу и вынуждены были принять бой.
Все припасы складывались в подземном холле, тут же лечились раны, тут же примерялись доспехи и оружие – гномы и маги готовили свой аргумент тирании жрецов.
Глава 45. Обречённые играть
БигинерПлейс больше не был тем милым городом, в который Марио пришёл беспечным магом-самоучкой вначале. Белые стены, хоть и неукреплённые контрфорсами, теперь стали неприступными, ведь вокруг них раскинулась Улхат река. Даже в самом узком месте водная гладь растянулась на пару километров, с южной же части крепости благодаря водному притоку образовалось настоящее море.
Запруда, блокирующая отток реки в бывший лес Пликса, превратилась в плотину, на вершине которой возвышался на скорою руку укреплённый пушками, недостроенный башенный пост. Теперь тот, кто решился бы штурмовать Бигинер, должен был либо разрушить до основания сдерживающий воду объект, либо идти к вратам по тонкой земляной насыпи под обстрелом баллист и требушетов, которые возводились прямо на городской стене.
Посол прибыл ожидаемо быстро. Это был рыцарь со свитой из пяти таких же конных, как и он, господ. Марио принял его одного в тронном зале, оставив охрану ждать у стен города.
– Блут Великий обращается к вождю грибов мухомору, именуемому Марио, – помпезно объявил посол, зачитывая текст со свиткообразного пергамента.
Навершия золотого свитка, украшенного камнями, придавали его речи ещё большую официальность.
– Гриб, давай встретимся на нейтральной территории, перетрём за непонятку.
Марио, готовый к высоким речам и оборотам, на мгновения потерял дар речи.
– Во дела… – вырвалось у Рафи, который так же восседал в тронном зале вместе с Сашуасом, Пликсом и представителем от гномов Добромиром, а про себя подумал, – «Донатеры убили игру».
– Передайте его величеству Блуту Великому, известному в широких кругах по прозвищу «Жестокий», что Марио отскочит побормотать с ним завтра на рассвете на середине песчаной дороги. Ни мне, ни тебе, король! – дежурно улыбнулся Марио, предвкушая весёлое начало завтрашнего дня.
Посол поклонился в пол, отступил несколько шагов спиной назад, как требовал того этикет, по-военному развернулся и зашагал прочь, оставляя верховный совет грибной столицы впятером.
– Ну вот, Миш, послы начали за словами следить, – разорвал тишину Сашуас. – Не зря ты их селекционному отбору подвергал.
– Это не послы начали, это короли поумнели, – размеренно заметил Пликс.
– Милорд Марио, о чем ты будешь с ним говорить, – растерянно вмешался Добромир, вставая со своего места. – Они нашего брата в Шаруланкаре гнобят со своей плачущей птицей. Они же и нас тут чуть не извели!
– В этом мире так много врагов, гном, ещё одного заиметь всегда успеем, – жестом Марио предложил импульсивному гному присесть обратно.
– Это они переговорщика посылают, потому что крепость взять с наскоку не могут, – резонно озвучил свои мысли Рафи.
– У нас есть феи и порошок, но нам нужны оружие и руда. Посмотрим, что Блут предложит, – думая о чем-то ином проговорил Марио. – По недошпиону что решили, кстати?
– Не шпион он. Действительно от Джуза. Но это ещё ничего не значит, пусть повоюет за нас пока, – сказал Пликс. – Отошлите его к остальным гномам в форт на плотине.
– Нельзя ему к нам. У него борода обрублена, по гномьим законам он хуже девки портовой! – возразил Добромир.
– У вас что, всё бородами меряется? – поддел гнома Рафи.
– Бороды просто так не срубают! – повысил голос гном. – Разрешите послать голубя, уточнить про этого Филина в Хребте. Чую, не чисто что-то с ним.
«Игрок, как игрок», – подумал Рафи, передавая в споровую сеть, чтобы слышали Марио и Сашуас. – «Мало ли игроков с херовыми вводными загрузами?»
– Давай, посылай своего голубя, – согласился Марио. – Кто там следующий?
– Гильдия магов. Верховный маг города принять просит, – дежурно прочёл по бумажке Сашуас.
– Он последний на сегодня? – в голосе Марио прозвучала надежда.
– Можно его в кипятке сварить и узнать придёт ли кто-нибудь ещё. Если придёт, то маг был не последний, – хихикнул гном.
– Знай своё место! – рыкнул Пликс. – Нам все равно до ваших разборок с магами и безбородыми гномами. В обороне города каждый сгодится.
– Давайте закончим этот день, мне утром ещё с очередным королём встречаться, – примиряющим тоном остудил собравшихся Марио, заткнув в зачатке ответную реплику от гнома.
– Иос Огнедышащий! – прокричал глашатай. – Верховный маг города и его окрестностей!
Вместо умудрённого годами старца в зал вошёл круглолицый упитанный парень в красной магической мантии со смешными круглыми очками, как у Гарри Поттера. Маг, питающийся не по средствам средневекового волшебника его лет, держал в правой руке деревянный посох, выполненный в виде обугленной палки. Возможно, конечно, так оно и было, только вот артефакт добавлял его неуклюжей походке уверенности и какой-то внутренней мощи. Перед советом Грибляндии стоял игрок.
– Я тебя знаю! – начал Сашуас. – Ты из команды приключенцев. Помнишь в лесу, с енотами?
Верховный маг сощурил глаза, будто что-то вспоминая, но уже в следующее мгновение нашёл что сказать.
– Марио, Сашуас, а мне сказали кровопийца и людоед на троне сидит!
– Было дело в прошлой жизни, – улыбнулся Марио. – Как твоя экономика? Как мама? Как ребята: паладин с лучницей? Хоть убей, не помню, как зовут.
– Да неплохо, – погрустнел Иос, воспоминая цель своего визита.
– Давай выкладывай! Зачем пришёл? – продолжил улыбаться Марио.
– Короче, я обещал, что квестов на тебя брать не буду, но ребята воюют за Блута, а у нас в магическом ордене дилемма, –
