посетителей.
— Как же так? Мы не приступаем к обучению детёнышей раньше десяти лет, а до двадцати даже не выпускаем их из гнезда, и при этом нас считают жестокой расой!
Рита хлюпнула носом и тяжело вздохнула:
— У нас тоже дети долго остаются под присмотром родителей.
— Ладно, мы ещё поговорим об этом. Думаю, раз ты обращаешься в кошку, то твоя раса — это ведьмы, и, проведя необходимые тесты, мы, наконец, внесём её в реестр.
— Э-э, а можно изменить слово «ведьма» на «веду»? – забеспокоилась Рита. − Просто у меня дома, когда злятся на женщину, то ругают её ведьмой! А «веда» звучит весомее и приличнее.
— Хм, посмотрим. Название не может быть взято из ниоткуда, и если на Радуге используется это название, и оно зафиксировано во многих документах, то следует записать именно его.
— Ведающая — это и есть Веда! – подскочила девушка и ткнув пальцем в голографический экран, вытянула убранную ящером информацию из папки и отыскала необходимое. – На всех языках Веда будет звучать легче, чем Ведающая! Тем более многие сочтут разумным перевести смысл названия на свой язык, и тогда возникнет путаница, а так я буду Ведой, и это слово все смогут произнести без каких-либо изменений!
— Ладно, детёныш. Тебе надо пройти полную очистку и заполнить все сведения о своей расе, раз уж мы взялись за это дело.
— Спасибо.
Рита побаивалась предстоящих тестов и медицинских исследований, но раз она сделала выбор жить человеком, то придётся всё выдержать! А ещё она уцепилась за слово «детёныш» и очень рассчитывала, что это убережёт её от профессионального буйства учёных, медиков и других фанатиков своего дела.
Глава 5. Выход в самостоятельную жизнь
Рита сама себя радовала − и сама же нагнетала обстановку! Она переживала, что не назвала своего имени капитану и не выяснила, как к нему обращаться. На Земле можно было проболтать весь вечер с незнакомцами на каком-нибудь фестивале и только при расставании спросить имя.
Всё было просто и без церемоний, но беззаботная жизнь закончилась. Надо быть аккуратной в общении и не ставить себя в неловкое положение, выспрашивая у подчинённых, как зовут их капитана. Вроде бы мелочь, но это вызвало ненужные ей настороженные взгляды.
Рите тяжело было видеть прохладно относящихся к ней ящеров! Будучи кошкой, она уже привыкла к другому обращению, и нынешнее положение её угнетало.
Расстроенная тем, что просидев не один час с капитаном, она не узнала его имени, не поинтересовалась, какого рода тесты её ждут, как долго это будет продолжаться и на что она может рассчитывать потом. Рита решила, что будет выполнять всё, что ей велено, и тогда у неё получится наладить контакт хотя бы с доктором. Но у неё вновь ничего не получилось. Двое ящеров, занимающихся её персоной, торопились и раздражались, если она начинала о чём-то спрашивать, а Рита побаивалась настаивать. Кошкой она их не боялась, а сейчас от ящеров исходила агрессия, и проверять, во что она могла вылиться, ей не хотелось.
А когда, измученная тестами, она села прямо на пол, то ей с упрёком бросили, что следует вовремя предупреждать о своём состоянии.
Она чуть не взвыла от досады! Несколько часов отвечала на вопросы, сдавала анализы, лежала в страшной узкой колбе, сидела в дурацком гудящем котелке, выполняла физические упражнения − и всё это можно было прекратить, лишь чётко сказав об этом?
Родители бы похвалили её за усердие и старательность, а здесь оказалось, что во многом именно её «неутомимость» вызвала у ящеров раздражение. Из-за неё медик и офицер пропустили обед. Из-за неё они заполняли множество файлов и провозились с нею до ужина вместо того, чтобы отдыхать.
Она об этих нюансах догадалась только тогда, когда ей сказали, что столовую открывают только в определённые часы, и теперь поесть она сможет не раньше завтрашнего утра вместе со всей командой. Рита же, прежде чем искать столовую, обследовала свой бокс и вымылась, а потом уже узнала, что поскольку экипаж на этом корабле небольшой, то едят здесь строго по расписанию.
Сначала она обиделась на всех, что её не предупредили, а потом поняла, что такова взрослая жизнь, и никто за неё больше не будет переживать: поела ли она, какое у неё настроение и чего вообще она желает!
Будучи папиной принцессой и маминым цветочком, она думала о взрослой жизни, представляя себя успешной, красивой, интересной женщиной, забывая хотя бы в общих чертах обдумать тот путь, который она должна пройти, прежде чем достигнет желаемого.
Живя кошкой, Рита даже не заметила, что вообще перестала мечтать о чём-либо, так как находилась в том состоянии, когда всё уже достигнуто и остаётся только наслаждаться жизнью. От кошки ведь многого не требуется! Надо быть чистенькой, изредка забавно играть и мурлыкать. О периоде жизни на пиратском корабле ей не хотелось вспоминать. Там, даже будучи кошкой, она умудрилась скатиться до убогой жизни!
Рита приложила холодные ладони к животу, которому сегодня с едой совсем не повезло, вздохнула и велела себе больше задумываться о происходящем, не плыть по течению и интересоваться окружающей действительностью.
«Мало слушать чужие разговоры, надо учиться!»
Рита подумала, что это маленькое наставление хорошо смотрелось бы на её страничке в интернете, но мало кто понял бы, какой смысл она вкладывает в это.
С сожалением она вспомнила о том, что уже несколько месяцев перемещается по Вселенной − и даже не знает названия тех планет, куда её корабль приземлялся. Она слышала, но не запоминала; не высунула носа даже для того, чтобы запомнить, подходит ли ей воздух тех планет, тяготение, и каково там развитие.
Ладно, на пиратском корабле было рискованно шляться без дела, но крейсер ящеров на недели зависал на орбите, отправляя учёных в исследовательские экспедиции, а Рита радовалась тому, что остаётся в безопасном месте!
Отныне надо не бояться задавать вопросы и искать способы выжить в этой Вселенной без чьей-либо помощи! Пока ящеры готовы помогать, то ей следует выжать максимум из этого! Максимум, иначе она обречена, и когда настанут тяжёлые времена, то сама себя проклянёт за впустую потраченное время.
Подойдя к зеркалу, Рита внимательно оценила свою внешность. Отмытые волосы стали яркими и привлекающими внимание, а в сочетании с зелёными глазами лицо казалось сказочно красивым, если не обращать внимание на слегка тонковатый нос, придающей лицу то ли утончённую аристократичность, то ли птичью хищность. Сейчас это выглядит необычно и породисто, а
