Альберта отдать за меня свою дочь, все их действия в моем направлении не представляют уже большой загадки. Охмуряли юного телепата прелестями брюнетки. А он возьми и не поддайся, хе.
Ребята направляются в манеж, я же следую на парковку. Там уже должна ждать бронированная тачка с Валуевым. Что ни говори, а удобно иметь своего водителя. Хорошо, что отвыкать мне от этого не понадобится. Степан в составе гвардии также подберет и водителя.
По дороге к парковке меня вылавливает Света.
— Даня!
Оглядываюсь, а блондинка спешит, чуть ли не запыхаясь. Не бегом, но очень быстро.
— Что такое, Света? Хочешь о Гришке поговорить? — сходу догадываюсь.
Она хмурится.
— А что о нем говорить? — яростно сжимает кулаки. — Грозился мне неотступно преследовать как волк, а сам уже невесту нашел.
Из моей груди вырывается короткий смех:
— Хаха, так ты ревнуешь Гришку?
— Еще чего! — сразу возмущается. — Просто терпеть не могу мужчин, что лишь треплют языком.
— Не замечал за Гришей, чтобы он трепался. Тем более он же объяснил — старейшины родов приняли решения, — спокойно замечаю. — Пойти против рода дворянин не вправе. Будь у Гриши альтернатива, он бы предложил старейшинам. Соколовы — сильный род, и Калыйр с радостью бы ухватились за него. Но ведь ты отказала Грише, так? — прищуриваюсь.
А она бесится еще больше:
— Вещий! Зачем объяснять очевидное! Лучше скажи честно — ты сам не женишься на днях⁈ А то я уже не знаю чего ждать от вас двоих!
Глаза Светы лихорадочно блестят. Ого. Да у нее чуть ли не истерика.
Я решаю, что лучше сейчас не провоцировать ее на нервный срыв.
— Пока не женюсь, — сдержанно отвечаю. — В планах на ближайшие годы свадьбы нет.
Несколько секунд она смотрит внимательно мне в глаза, а потом резко обнимает меня и прижимается лицом к моей груди. Я кладу руки ей на спину. Девушка начинает дрожать.
— Даня, отец же предлагал тебе жениться? Предлагал же? — всхлипывает она.
Я мягко глажу ее по золотым волосам.
— Ты знаешь.
Она прижимается крепче.
— Почему ты отказался? — новый всхлип. — Скажи мне. — Я молчу. — Из-за Лены? Да? Из-за нее? Но ведь это я — я! — написала то гребаное письмо! Ты понял? Я знаю, что ты понял, подлец! — она поднимает глаза и смотрит снизу вверх на меня. — Почему ты меня не выбрал еще тогда⁈
— Ох, женщины, — невесело усмехаюсь. — Как в вашем мире всё просто.
— Я тебе не нравлюсь? — она крепче сжимает мои руки. — Но я ведь чувствую другое. Чувствую, как мы оба горим…
— Просто у тебя горячая кожа, магиня огня.
Света продолжает растерянно лепетать, заглядывая в мои глаза:
— И меня ты знаешь намного дольше, чем Лену. Это меня ты первой спас! Не ее! Меня! Еще в десять лет!
— Света, ты не понимаешь, что с тобой сейчас происходит…
— Я не могу понять, почему не я! Почему? — талдычит она одно и то же. — Почему?
—…Ты потеряла запасной аэродром в лице Гриши, тебе стало страшно, и ты прибежала ко мне.
— А ты…
— А я никогда не выберу девушку, у которой есть запасной аэродром.
Тишина.
Мы оба молчим. Затем Света тяжело опускает голову. За миг до этого я успеваю увидеть слезы в ее глазах. Руки блондинки отпускают меня, она отходит на шаг назад, еще один, отворачивается и, пошатываясь, двигается к своему месту на парковке.
Я прослеживаю за тем, как она садится в ожидающую ее «Чайку» и уезжает. Затем беру мобильник и звоню Георгу Мозговику.
— Да, Даня?
— Сенсей, можешь сказать кому-нибудь из слуг Соколовых, чтобы он присмотрел за Светланой. У нее сегодня выдался день эмоциональных потрясений. Не хочется, чтобы она случайно навредила себе.
— Дмитрию Степановичу не хочешь сообщить?
— Потрясения вышли не настолько важными уж, чтобы беспокоить шишек рода.
— Хорошо, — подумав, отвечает телепат. — Я скажу служанкам, они приглядят за госпожой.
На этом прощаемся, и я шагаю к своей машине.
Глава 14
Бритва
Спустя пять дней после разговора со Светой мы с Шереметьевым отправляемся в Барселонское графство. Вылетаем из Пермского аэропорта на бизнес-джете Шереметьевых. После прилета размещаемся в усадьбе графов чуть ли не в самом центре. Климат здесь жаркий, девушки — знойные красавицы, архитектура города удивительно разнообразна: готические кварталы перемешаны с современными «стекляшками» даунтауна.
— Нужно купить новую наваху, — замечает Антон, когда мы приезжаем в усадьбу и спускаемся на завтрак. Кормят нас типичной русской яичницей-глазуньей с сельдью. Хотя яичница и в Африке яичница. — Раз тебе моя не понравилась.
«Не понравилась» мягко сказано. Тот складной ножик, с которым граф приехал в Будовск, никуда не годится. Развесовка ужасная — центр тяжести сдвинут к концу рукояти. Такой нож мог выбрать только полный неумеха. Впрочем, Антон до недавнего времени им и был. Сейчас-то он заматерел и уже такое непотребство вряд ли бы купил.
— Когда тебе удобно пройтись по магазинам? — спрашивает граф.
— До обеда как раз, — отвечаю. — А после я поеду смотреть Аномалию. Сегодня же не планируется твой спарринг на ножах?
— Нет, завтра вечером прием у одного виконта. На нем будет Исабель, — он слегка краснеет. — И Муньос. Это отличный повод решить наш с ним вопрос.
— Как скажешь, — пожимаю плечами. — Свое дело я сделал, дальше всё зависит от тебя. Надери задницу этому Муньосу.
Антон растерянно смотрит на меня.
— Но ты же будешь моим секундантом, Даня? — просит. — Мы договаривались именно так.
Ну да, помню. Спарринг-партнер и секундант — две мои договорные роли. А потом мне пришлось стать для графа целым наставником. Просто в Царской России совсем не развита система ножевого боя. Да и зачем она в мире магии? Но так сошлись звезды, что как раз у испанцев существует традиция дуэли на ножах, и бедному Антону пришлось выкручиваться.
— Думаю, я свою часть договора выполнил с лихвой, пусть и в другом качестве, — усмехаюсь. — Или тебе секундант был нужнее чем наставник?
— Да, ты прав, — смущается парень. — Ты сделал больше, чем я просил. Но всё же мне было бы спокойнее, если бы ты присутствовал на дуэли.
— А то, что это туса чисто дворян, тебя не смущает? Мне же надо пару найти. Или не надо?
— Да забей на пару, — отмахивается граф. — Это же не светский вечер по всем правилам, а молодежная туса, ты правильно выразился. Приходят с кем хотят или вообще одни, это нормально.
— Ну ладно, уговорил, побуду твоим спутником, — смеюсь. — Надеюсь, твоя Исабель тебя не заревнует. Кстати, — становлюсь серьезным. — Ты мне обещал пропуск в Аномалию.
— Да, я уже связался с нужными людьми в ведомстве испанского Министерства обороны, — кивает граф. — К обеду будет пропуск.
Отлично. Обычных людей к Аномалии не пускают, ибо опасно, а вот дворян за взятки, пожалуйста. Дорогое и рискованное удовольствие. Но я думаю, что игра стоит свеч. Мне же срочку служить в Сибири возле такой же бяки. Так лучше заранее увидеть с чем буду иметь дело и использовать оставшееся время для подготовки к службе.
После завтрака сразу отправляемся на личном «Бентли» Шереметьевых в магазин ножей в центре. В дороге оглядываю белый кожаный салон лимузина и замечаю, похлопав по эмблеме машины на подлокотнике:
— Не патриотично вы себя ведете за рубежом, граф.
— А что делать? — вздыхает с наигранной горечью Антон. — Не везти же в такую даль «Чайки». Да и с запчастями здесь проблемы. Англичане же наладили сбыт своих авто в Испанию, здесь у них дилеры. К тому же, «Бентли», во отличие от наших «Чаек», продается всем подряд, а не только по предъявлению личного герба, были бы только деньги. Это удобно — можно слуг послать, а не самому тащиться в автосалон.
— И поэтому вы покупаете заграничный ширпотреб? — усмехаюсь. — Из-за удобства.
— Ну члены моей семьи обычно не задерживаются в Испании надолго, — оправдывается граф. — А пару раз для деловых встреч можно и на иномарке поездить, ничего страшного, не переломаюсь.
Он так всерьез принял мои реплики, просто умора. Мне-то, на самом деле, всё равно, пускай хоть на «Запорожце» катаются. Хотя на «Запорожец» я что-то гоню. В этом мире Запорожский автозавод производит очень даже приличные модели. Не для дворян, но комфорт-класс для богатых мещан-простолюдинов вполне себе годный.
Магазин, куда мы приезжаем, представляет собой небольшое помещение с навахами на стенах. Черный, как мавр, испанец среднего возраста встречает нас вежливой улыбкой:
— Ваше сиятельство, чем могу быть полезен? — звучит это на великолепном русском.
— Нам нужна наваха, — говорит граф. — Хорошо сбалансированная, из качественной стали.
— У меня все бритвы качественные, — гордо заявляет испанец.
— Бритвы? — переспрашиваю я.
— Оу, видимо, я ввел вас в заблуждение, — улыбается он. — Наваха образована
