смятение.
Да взять хотя бы их мгновенное перемещение на северные окраины Старого континента! Как это удалось экселенсу Ризанту? Исла не понимала по сей день. Так может и в своём стремлении воскресить супругу Наставник не потерял рассудок? Просто его светлый ум видит нечто такое, что сокрыто от взглядов остальных смертных…
— Ризант, я прошу тебя, вернись в Арнфальд! — взял с места в карьер Лиас.
— Нет, — невозмутимо отказал Риз.
От такого простого, но в то же время безапелляционного ответа у лжепатриарха брови полезли на лоб.
— То есть как? Как ты можешь бросить всё, что мы создали… всё, что ТЫ создал⁈ — начал стремительно закипать монарх.
Экселенс Ризант по-отечески добро посмотрел на своего соратника и снисходительно улыбнулся. Надо же… а Наставник изменился. Раньше б он непременно поставил на место любого, кто посмел бы его в чём-либо упрекать. А сейчас глава рода Адамастро вёл себя как мудрый взрослый, к которому примчались со своими жалобами соседские детишки.
Что ж, Полночь и не мечтала, что этот разговор выйдет лёгким…
Глава 3
Беседа с Наставником не задалась с самого начала. Лиас занял наступательную позицию и непрестанно давил на чувство долга экселенса Ризанта. Сыпал упрёками, припоминал писанные и неписанные законы, пытался сыграть на честолюбии, да и много чего ещё. Иначе говоря — всячески подталкивал хозяина поместья к возвращению.
Но никакие аргументы не могли поколебать стальной уверенности главы рода Адамастро. Он лишь отрицательно качал головой, продолжая смотреть на своих помощников, словно на несмышлёных малышей, требующих достать им с неба луну.
В какой-то момент не выдержал уже и нор Лангранс. Он ринулся с жаром доказывать экселенсу Ризанту, что без него невозможно само существования братства Безликих.
— Наставник… почему вы отказываете? Разве не понимаете, что без вас мы все обречены! Ваши последователи, ваши ученики, ваши братья! Вы нужны нам! Прошу, не оставляйте нас…
— Гимран, услышь меня. Маэстро не стало, и никто не в силах этого изменить, даже я, — без намёка на улыбку изрёк хозяин лаборатории. — Я перерос эту личину. Она душит меня. Как ты не сможешь влезть в свои детские одежды, так и мне не удастся больше спрятаться за стальной маской.
— Но как же… я не понимаю, мой экселенс… почему так… — понуро опустил голову Шёпот.
— Всё просто, мои друзья. Я с самого начала твердил вам: наступит момент, когда наши пути разойдутся. Да, я не ждал, что это случится так скоро. Однако я дал вам всё, чтобы вы могли двигаться дальше. Но уже без меня. Вы истинные хозяева этой земли. Только вам решать, к какому будущему вы её поведёте. У вас отныне есть сила, чтобы дать отпор любому врагу. Есть источники дохода, чтобы строить своё идеальное общество. Есть верные братья, готовые жертвовать собой ради общей цели. Забудьте меня. Я больше не нужен вам. У меня иное предназначение…
— Если я объявлю о подготовке к масштабной войне на территориях Капитулата, тогда ты вернёшься? — угрюмо буркнул Лиас.
— Нет, — всё с той же непоколебимостью заявил Ризант.
— Да верно Абиссалия пожрала твой разум! Я уже не знаю, что тебе ещё предложить! Исла, чего ты стоишь, как воды в рот набрала⁈ Скажи этому упрямцу что-нибудь! Может, хоть твои речи его разубедят!
Милария гран Мерадон шумно сглотнула слюну и напряжённо сцепила пальцы в замок. Она не надеялась, что сумеет изменить решение, принятое экселенсем нор Адамастро. Поэтому…
— Я верю, Наставник, что у вас всё получится, — произнесла она.
— ЧЕГО-О⁈ — в один голос прокричали Лиас и Гимран.
— Вы всегда шли к намеченной цели, невзирая на препятствия и условности. Вы прокладывали собственные тропы там, где остальные видели лишь непроходимые дебри. Вы давно стали легендой не только Южной Патриархии, но и всего Старого континента. Вы живое доказательство тому, что воля одного человека способна переломить ход истории. Так пусть же ваша следующая победа станет самой оглушительной из всех! Я ВЕРЮ, ЧТО ВЫ ПОБЕДИТЕ ДАЖЕ САМУ СМЕРТЬ, МОЙ ЭКСЕЛЕНС!
Под конец своей речи Исла расчувствовалась, и по её щеке покатилась предательская слеза. Чтобы скрыть это, она согнулась в поясе, исполняя глубокий поклон своему Наставнику.
Повисло тяжёлое молчание. В этой гробовой тишине особенно явственно раздался гулкий стук каблуков о мраморный пол. Каждый новый шаг главы дома Адамастро звучал, будто удар колокола. Ближе. Ближе. Ещё ближе. Полночь, замершая в поклоне, не видела его, но слышала, как Наставник останавливается прямо перед ней. А потом он взял её за плечи, заставил распрямиться и посмотреть ему в глаза.
— Спасибо, Исла, — негромко проговорил он. — Твоя поддержка многое для меня значит.
Экселенс Ризант привлёк к себе помощницу и заключил в объятия. Милария гран Мерадон сначала не поняла, как должна на это отреагировать. Но потом дала волю чувствам и уткнулась учителю лицом в плечо.
— Драгоровы кости, да вы оба лишились рассудка! — зло выпалил Лиас, после чего развернулся и покинул лабораторию, хлопнув на прощание дверью.
Безликие посмотрели на своего Наставника так, словно молча извинялись за поведение старшего товарища. Но глава дома Адамастро, как оказалось, вовсе не сердился.
— Когда-нибудь, Лиас поймёт меня, — изрёк он. — Но сейчас он напуган, потому что страшится идти дальше в одиночку, без моей руки.
— Кхм… мой экселенс, мы бы хотели ещё кое-что обсудить, — неуверенно выступил вперёд Шёпот.
— В этом нет нужды, Гимран. Я не держу зла ни на тебя, ни на Ислу. Вы сделали всё, что могли и даже больше. Никто бы не выстоял против такого количества алавийских милитариев. А вы сумели. Вы задержали нападающих до моего прибытия.
— Как вы поняли, что я… — удивился магистр, но милария гран Мерадон опередила его.
— Но мы не спасли ваших родных, Наставник! — почти выкрикнула она, ощущая, как вина тугой удавкой сдавливает горло.
— Если быть откровенным, то это целиком моя ошибка, — пожал плечами Ризант. — Это я неверно оценил обстановку. Бросился в атаку, оставив недобитого врага за спиной. И потому мне держать за это ответ. Вы ни в чём не виноваты. Выбросьте прошлое из головы и живите дальше. Хотелось бы мне приказать вам, но поскольку я больше не лидер братства Безликих, то могу только попросить об этом.
— Вы… вы слишком добры к нам,
