и сухо сглотнул, - у меня дело, мне надо… И кроме тебя, никто туда не дойдет. Я спрашивал…
Пламя так же внезапно угасло, как и разгорелось. Гриф ничего не ответил. Отвернулся и стал снимать брюки. Он еще в «Передозе» почувствовал, когда «пьяной звездой» раскинулся на полу и засыпал, что-то давит на поясницу. Вроде узел какой или камешек, или пробка, или черт ее знает, что. Не стал выяснять, уснул. Потом было не до этого. И по дороге в берлогу ему время от времени, особенно когда наклонялся, что-то врезалось в кожу над крестцом. Кроме того штаны на поясе непривычно давили, казалось, что за последнее время он разъелся. Гриф стянул брюки, вывернул пояс и увидел светло-серую тряпицу, стягивающую узлом две шлевки. Гриф уставился на унификацию, вспоминая, когда и с какой целью уменьшил талию. Затем развязал узел, развернул лоскут. Некоторое время смотрел, морщил лоб. Чуть позже, когда натянул брюки, сунул лоскут в карман.
В молчании Гриф облачался в походное обмундирование и снаряжение. Алексей сидел в скверных чувствах, не замечая вкуса чая, рассеянно смотрел на пламя в буржуйке и терзался подозрениями. После того, как он увидел Грифа в злобе и кучу барахла с мертвых сталкеров, его вера в успешный исход предприятия таяла, как снег на языке. По большей части Алексей гадал, когда Гриф решит, что пришло время умереть ему. Алексей одновременно боялся идти, и не идти. В конечном итоге он решил, что поздно что-либо менять. Жернова судьбы уже крутятся.
- Выходим сейчас, - сказал Гриф невзрачным голосом, - дробовик и прочее после дам.
«Ага, - подумал Алексей, усмиряя галопирующее сердцебиение, - вот и началось. Он не сказал, чтобы я не забыл вернуть. Значит, рассчитывает на честную сделку, как с Гариком. Может, потом все же скажет». С такими мыслями Алексей карабкался по железной лестнице с завязанными глазами.
Глава 4. Правду и только правду
Они прошли с полкилометра, когда Гриф сказал: «Тормозни». Подошел, развязал бандану и сразу толкнул Алексея в грудь. Ослепленный ярким светом, щурясь на дневной свет, Алексей попятился, нелепо взмахивая руками. Он почувствовал, как его словно что-то ухватило за плечи и тянет с нарастающим усилием. Он сделал еще несколько шагов, а затем, испугавшись окончательно, извернулся, упал на живот, вцепился в траву и обернулся. Позади ничего особенного не было, если не считать облезлую полусгнившую шкуру какого-то мутанта да легкое волнение воздуха, словно над нагретым асфальтом в жаркий летний день.
- Зачем?! - выкрикнул Алексей, подтягиваясь на локтях и цепляясь мысками берцев за землю. Гриф с невозмутимым лицом скинул с плеча «абакан», снял с предохранителя и нажал на спусковой крючок. Громыхнул выстрел. Пуля впилась в землю в нескольких сантиметрах от правой кисти Алексея.
- Ай, - вскрикнул тот и отдернул руку. Снова выстрел. Втора пуля легла чуть ближе. Алексей отпрянул, дернулся назад. Следующая пуля, продырявившая рукав куртки, вынудила его отползти, и он тут же ощутил нарастающее воздействие «воронки». Его тащило к центру аномалии. Несильно, едва, едва, как киношного героя, которому еще надо успеть многое сказать. Алексей напрягся, вжался в землю, пальцы вцепились в жидкую траву. Он отчаянно посмотрел на Грифа и заорал: «Можно же обойти!».
- Воронку - можно, - невозмутимо согласился Гриф, - а вот мои сомнения - никак. - Он вытащил из кармана бело-серый лоскут, который отвязал со шлевок, присел на корточки.
- Что это? - выдохнул Алексей, ощущая, как левая нога соскальзывает.
- Сам скажи, - Гриф развернул материю с бурыми линиями на ней. Одного взгляда Алексею хватило, чтобы понять.
- Откуда она у те…, - нога соскользнула, Алексей прижался щекой к земле, стараясь увеличить площадь сопротивления, судорожно заскреб берцем по сухой земле ища опору. Гравианомалия усиливала хватку с каждым проигранным жертвой миллиметром. - Помоги, - простонал Алексей.
- Только после того, как получу ответ, - ровным голосом вещал Гриф. Посмотрел на Алексея и добавил. - Я бы на твоем месте с ответом не тянул, воронка давно не разряжалась. Она тебя так обнимет, так прижмет, что косточки затрещат. Так откуда она у меня? - Он склонил голову и внимательно заглянул в перепуганные глаза Алексея.
- Я не знаю! - прокричал тот, и его левая рука с пучком травы отлипла от земли. Рывком, словно хищник жертву, мясорубка дернула Алексея на себя. Сморщившись от напряжения, Алексей вцепился в кочку, мыски берцев, как плуги пропахали грунт, оставляя борозды. Его тянуло все с нарастающей силой.
- А если подумать? - продолжал допытываться сталкер, равнодушно взирая на разворачивающуюся драму.
- Клянусь, - проскрежетал Алексей.
- Знаешь ли, - Гриф с наигранным любопытством посмотрел на клок майки, - мне еще в «Передозе» показалась твоя рожа знакомой и звездочка на грабке. А когда на штрипках обнаружил узелок из твоей, так сказать, карты и вовсе утвердился в мысли, что мы знакомы. - Гриф снова посмотрел на сползающего уже безостановочно, все набирающего ход Алексея, - я вот чего не пойму, как тебе удалось засрать мне мозги, что я ни хрена не помню? Начни сознаваться и я дам тебе договорить в спокойной обстановке.
- Я впервые увидел тебя в баре. Меня… Гейгер направил. Я не знаю ни про какие…, твою мать, штрипки, - завизжал Алексей. Ему удалось зацепиться. Он лежал, распластавшись, прижимаясь к земле всей душой.
- Сам напросился, - сказал Гриф негромко, словно самому себе. Встал и нацелил автомат в голову Алексею.
- Да пошел ты! - вскинулся Алексей, с яростью посмотрел на Грифа, и его поволокло неумолимо, быстро.
- Хватайся, - услышал он и тут же, судорожно вцепился в ствол протянутого автомата. В тот момент, когда пальцы обхватили холодный металл, Алексей подумал: «Сейчас выстрелит».
Медленно, помогая рукой и ногами, превозмогая боль от врезавшейся в кожу мушки, он, наконец, выкарабкался.
Они отодвинулись от «воронки» на безопасное расстояние и переводили дух.
- Это тебе, - Гриф достал из рюкзака СПСА - 14, рядом на траву легли три коробки с патронами 12*70 дробь. - Теперь, Салабон, подъем, снаряжайся и двигаем, - распорядился сталкер. Алексей лежал на спине, закрывая сцепленными руками глаза и тяжело дыша. Услышав команду, он приподнял руки и внимательно посмотрел на сталкера. Игнорируя взгляды, Гриф вдавил окурок в землю, поднялся, закинул рюкзак за спину, поправил на плече автомат и зашагал
