в порядок, а там и поговорим.
Следуя заветам Григория, я помылся довольно быстро, размышляя об альтернативных способах получения электроэнергии, водонасосах и нагревателях. Помню, в клане порой заходили разговоры на эту тему, но претворить их в жизнь все не было времени. Ведь нужно оборудование, настройка, и в случае мощного генератора – постоянная головная боль о топливе. Все силы же были брошены на поиск чертового Лагеря…
Когда вышел из душевой кабины, увидел аккуратно сложенное бархатное полотенце и вещи. Напялив то, что подобрал дворецкий, я оглядел себя и усмехнулся. Похож на модника-милитариста: широкие светлые штаны с громадными карманами да оливкового цвета приталенная рубашка, украшенная металлическими пуговицами. Еще и щетина лезет… Хех, арафатки да зеркальных очков не хватает.
Белова ждала меня в гостиной-столовой. Сидела за широким дубовым столом, размеренно хлебая борщ. Стоило мне войти в комнату, как из смежной кухни выскочил Григорий, поставив мою тарелку.
– Приятного аппетита, – пожелал я девушке, принимаясь за еду.
– Спасибо, – кивнула она. – И тебе.
Мы ели молча, лишь дважды поблагодарили сменившего блюда мужчину. Покончив с супом и пастой, перешли к кофе. Дворецкий учтиво подал на стол печенье.
– Григорий, у вас, кажется, были дела на улице? – взглянув на него, спросила Белова.
Мужчина мгновенно изменился в лице и решительно кивнул:
– Все верно, Наталья Павловна. Картошку в погребе пора перебрать. Думаю, сейчас самое время.
Столь же решительно он и вылетел из дома.
– Ну что, продолжим разговор? – она уперлась в меня пронзительным взглядом. – Расскажешь мне уже наконец, что ты делал ночью вдали от базы? О каких силах говоришь? И почему машина Юры вдруг исчезла в нескольких сотнях метров от Северо-Кузбасского Лагеря Эвакуации?
– Расскажу многое, – откусив кусочек рассыпчатого курабье, пообещал я, – как только ты скажешь мне, какой у тебя статус и почему ты без чипа.
Она прищурилась, а затем оскалилась, как волчица!
– Что ты себе позволяешь, смерд?! – злобно прошипела девушка. – Спорить со мной решил?!!
– Решил, – хмыкнул я. – Что-то не устраивает?
Страшное лицо горгульи вновь сменилось равнодушной маской.
– Просто проверка, – ответила Белова, хлебнув кофе. – Стало быть, твой истинный статус не меньше Беты.
– Откуда такая уверенность? – ее слова меня уязвили. Какой, к черту, Бета? Ведь я…
– Потому что я – Бета, – спокойным тоном пояснила полковник. – Гамма или кто пониже может противиться мне, только если его уровень управления космопраной выше моего. В твоем случае это не так. Стало быть, вариантов нет. Правда, почему-то сам космос до сих пор не может определить твой статус. Пишет «Искусственная Омега» да «Отрицательная Искусственная Омега». И оба варианта со знаком вопроса, – Белова хищно прищурилась.
– Что вообще обозначают эти статусы? – плевать я хотел на ее мимику.
– Уровень эволюции конкретного организма. Его место в общей иерархии, – помолчав несколько секунд, Белова глянула на выключенную плазму, висевшую в другой части гостиной, и продолжила: – Другие расы считают землян слаборазвитыми. Слишком рано наша планета оказалась втянута в их борьбу. Лишь единицы способны сражаться сами. Поэтому нам очень повезло, что первыми на Землю обратили внимание члены Межгалактической Защитной Унии. С их помощью легендарный Блейз смог разработать механизм, искусственным путем выводящий человека на новый эволюционный уровень. Беда в том, что этот уровень – самый низкий.
– И это такая большая беда? – не поверил я. – Неужели Искусственный Омега не сможет одолеть какого-нибудь Гамму?
– Сможет, – отрезала Белова. -А вот равного по управлению космопраной Бету или, не дай бог, Альфу – нет. Одного слова сильнейшего организма хватит, чтобы заставить слабого подчиняться.
– Но таких ведь мало?
– К счастью, да, – кивнула Наталья, – я лишь четырежды сталкивалась с другими Бетами и ни разу с Альфой. Ну, я ответила на вопросы. Теперь твоя очередь.
Недолго думая, я рассказал все. Начиная от пробуждения в комнате джеков и заканчивая тем, как встретил ее недалеко от Металлплощадки. Девушка слушала внимательно, ни разу не перебив.
– Так вот что произошло… – протянула она, когда я замолчал. – Сразу минус два Защитника… Отдай мне их чипы.
– Нет, – тут же ответил я, удивившись своей резкости.
Наталья свела брови и горько хмыкнула:
– Юный Альфа, значит… Существо, не способное никому подчиняться и пригодное лишь повелевать? Честно – не верю. Но есть один простой способ убедиться, – девушка резко встала. – Идем за мной.
В прихожей меня ждала новенькая теплая куртка, прекрасно сочетающаяся с выданным Григорием нарядом. Надев ее и свои почищенные сапоги, я вышел на улицу вслед за Беловой. Хранителя дома нигде не было видно. Мы обошли здание с торца и остановились возле примыкавшего к стене сарая с широкими двустворчатыми дверьми. На вид очень прочными дверьми.
– Мы едем в город-сад, – шепнула Белова. Раздался щелчок, и только после этого девушка потянула двери на себя.
Полотна тут были даже толще, чем у самого дома, а сразу от порога начиналась бетонная лестница, ведущая вниз. Никаких звуков и запахов. Лишь мгновенно зажегшиеся светодиодные лампочки.
– Вы там картошку храните? – вспомнив слова Григория, спросил я.
– Скоро сам увидишь, – равнодушно произнесла Наталья, спускаясь по ступенькам.
Дверь за спиной захлопнулась.
Сгорая от любопытства, я проследовал за девушкой. Внизу нас ждала еще одна дверь. На сей раз клинкетная, точно такая же, как была в лаборатории Беловой и ее отца на базе под Новосибирском.
– А позади одни лишь шахты, – произнесла Наталья.
Дверь медленно откатилась в сторону.
Едва появилась щелочка, я услышал леденящий душу рык, и через несколько секунд увидел спину Григория. Дворецкий, сжимая в руке плеть, стоял возле распятого и неистово дергающегося люмпуса. Исполосованная шкура волкодлака, несмотря на многочисленные раны, смотрелась невероятно красивой. Серебристым оттенком напоминала лунный свет.
«Информацию», – машинально велел я.
Люмпус-ярл.
Соответствует вашим 62% управления космопраной.
Статус: Бета.
0/5348.
Запросить более подробную информацию?
Глава 3. Допрос
Похожее на пустую коробку помещение с голыми бетонными стенами делилось надвое металлической решеткой с открытой настежь створкой двери. В меньшей части – у входа – лишь приставленная к стене лавка да наглухо прикрученная вешалка для одежды. В большей, помимо Х-образного громадного распятия, – железный столик на колесиках. От вида окровавленных инструментов, разложенных на блестящей поверхности, еще пару месяцев назад меня бы бросило в холод. Сейчас же я лишь с недоумением поднял бровь.
Сзади раздался гулкий хлопок. Бросив взгляд через плечо, понял, что клинкетная дверь «прикатилась» в исходное положение.
– О, Наталья Павловна! – удивленно проговорил Григорий, положив плеть к прочему инвентарю. Поверх жилета на мужчине был надет милый фартук с Винни-Пухом, макающим лапу в бочонок меда. Руки по самые плечи
