учреждения, находившегося в другом районе от моего отеля. — Ниет вольир! Ниет!
Эмоции в нём били через край, а когда Изи случайно помял клумбу цветов у ворот, то он чуть ли не слюной брызгал.
Мимо нас проходили люди, в части из которых я сразу опознал местных аристо. Дорогая ткань, костюмы и гербы. Аристократы выделяются и могут себе это позволить. Что ж, похоже, не только у военных будет байка. На Изи откровенно пялились, и я даже ощущал эмоции зависти от некоторых людей. В основном от полной дамы, выходящей из учреждения с мелком чёрной ящерицей, которая пыталась длинным языком сбить муху с глаза.
Толстяк распинался всё сильнее, багровея с каждым словом, а Изи будто чувствовал это и решил над ним стебануться. Ну а как ещё объяснить то, что он помял очередные цветы. И ещё вид такой сделал, словно опять случайно. Ага, только вот эмоции я его чувствую и знаю — он специально это сделал.
— Уходить! Уходить! — выдворял он нас, повышая голос. — Ниет места! Ниет! Слиском больс…
Он запнулся, а его глаза вылезали из орбит по мере того, как я доставал из своего рюкзака алмазы. Положил один из них в его толстую ладонь и пальцы сосиски сразу же его сжали, поднеся к глазам.
— Даю два таких камня, если найдёшь место для моего дракона, накормишь его отборной телятиной и выставишь охрану от желающих поглазеть.
— Три и я лично буду его охранять! — резво и на чистом русском ответил он.
— Договорились, — хмыкнул я, вручая камни Одарённому в ранге Гранд. Да-да, толстяк был пусть и несуразен на вид, но сила в нём чувствовалась.
Сцапав оплату, он заголосил на своём местном, начав отдавать приказы. Работники учреждения подбежали, а один из них, престарелый мужичок, нерешительно замер. И я понимал причину. На Изи нет ошейника. Нет поводьев или намордника. Он свободен и я никому не позволю больше накинуть на него ярмо.
— Советую убрать это, — со сталью в голосе произнёс я, когда этот самый мужичок достал артефактную верёвку. — Иначе лишишься обеих рук.
Работники дрогнули и сделали шаг назад, а из начальник с интересом, будто оценивающе, посмотрел на меня и кивнул:
— Он будет свободен — моё слово!
— Иди с ним, — погладил я морду Изи, когда тот наклонился. — И ничего не бойся. Если тебя хоть кто-то пальцем тронет — пожалеет.
Пусть я и говорил эти слова для того, чтобы успокоить дракона, но толстяк и все окружающие люди меня тоже услышали. Уверен, что найдутся идиоты, которым закон не писан. Слишком раритетный зверь. Необычный и желанный. Моя аура, вплеснувшаяся на короткий миг, отобьёт желание попытать удачу если не у всех, то у многих. С остальными же… Ну, добряком я никогда не был и если потребуется переверну весь этот город.
На последок Изи лизнул моё лицо шершавым языком и двинул за толстяком, а я постоял ещё какое-то время, провожая их.
— Сколько вы хотите за своего зверя? — раздался голос за моей спиной, отдающий высокомерными нотками.
Медленно повернувшись к говорившему, сначала не увидел его, и только опустив взгляд немного ниже — заметил. Это был мальчишка. Лет двенадцать, может чуть больше. Богато расшитый чёрный халат с золотыми линиями на рукавах и груди. Два золотых льва, державшись зелёный каплевидный щит на фоне пальм, как герб рода. Сам мальчишка чёрный, как смоль. Зелёные, даже изумрудные, глаза.
— Он не продаётся, — спокойно ответил я, поправляя лямки рюкзака.
Мальчишка улыбнулся, показав идеально белые зубы.
— Всё в этом мире продаётся, и я хочу вашего дракона. Назовите свою цену.
— Повторю: Он не продаётся.
Раздражение сверкнуло в его глазах, и я заметил, как из машины, что стояла неподалёку, вышли два амбала. А вот это интересно… Не каждый может себе позволить держать в телохранителях сразу двух Грандов. А немного-то их в этом городе? Я уже встретил троих, если считать толстяка.
Амбалы подошли и замерли за спиной пацана, а затем из той же тачки выбежала молодая девушка в белом платье. Глаза точная копия мальчишки, длинные чёрные волосы, приятное и милое лицо. Сестра скорее всего.
— Бакари, ты опять за своё? — заговорила она с мальцом на знакомом мне диалекте. — Оставь этого человека в покое!
— Отстань, сестра, — махнул тот на неё рукой, не разрывая со мной взгляда. — Этот русский хочет продать мне своего дракона.
— Ложь — удел трусов, — с некоторым акцентом сказал я, чем удивил эту парочку и амбалов. — Дракон не продаётся, или мне повторить это в четвёртый раз?
Малец прищурился и поиграл желваками.
— Мне считать ваши слова оскорблением?
Я вздохнул. Видно же, что сестра и два телохранителя более разумны, чем этот индивид. Но в Африканских Королевствах у женщин мало прав, а у охраны и того меньше. Они просто не смогут его заставить отступить, а мне этот разговор начал надоедать.
Он щёлкнул пальцами и Гранды нехотя сделали два шага вперёд. Я скинул рюкзак, немного вытянул руку и в ней возник Дагахар. Молот пробил камень тротуара, отчего тот покрылся паутиной трещин. Опершись на него, игнорируя охи людей и смотря на вытянувшееся рожи амбалов, спросил:
— Вы уверены, что хотите этого?
Судя по лицу мальчишки он не совсем понял в чём заминка его людей, а вот до его сестры и охраны дошло. Особенно до Грандов, ранг которых, в отличии от пацана, позволял увидеть гораздо больше. Мощь Дагахара они оценили, а потому дрогнули. Ещё бы, вдарю по ним своим молотом и всё, амба.
Сбоку раздался рокот двигателя и белоснежное представительское авто с рёвов вырулило прямо к нам. В считанных метрах оно остановилось и наружу выбежал водитель, открыл пассажирскую дверь. В полной мере увидеть того, кто покинул салон авто было сложновато, ведь я смотрел только на Грандов. Но вот женский грудной голос я услышал отчётливо:
— Господа, настоятельно прошу вас не устраивать драки и нарушать закон.
Мальчишка отчётливо побледнел, как и его сестра, а амбалы отступили и я смог увидеть говорившую. Взрослая женщина, белый цвет кожи. Европейка, светлые волосы, голубое платье, подчёркивающее её фигуру. Он сурово осматривала действующих лиц этого переполоха своими синими глазами. Компашка «Куплю дракона, недорого!» резво запрыгнула в свою тачку и укатила, а когда я убрал молот обратно в ключ, то посмотрел
