на незнакомку. Она улыбалась, оценивающе осматривая меня с ног до головы.
— Вы выше, чем я себе представляла, Дмитрий Борисович.
— С кем имею честь? — наклонил я голову набок.
— Зовите меня просто — Аврора, — указала она рукой на авто. — Прошу за мной, Дмитрий Борисович, я доставлю вас в ваш отель.
— Пожалуй — откажусь.
Поднял рюкзак с земли, отряхнул его и, просунув в лямки руки, двинул по тротуару, не забыв махнуть на прощание.
Ехать с этой дамой мне не хотелось, на кого бы она не работала. Я её не знаю, чай мы вместе не пили, бутерброды не ели. В душу её заглядывать мне банально лень, задолбался в Эпицентре и усталость накатывала всё сильнее. Пусть валит туда, откуда приехала.
Не свалила. Авто медленно двинулось вслед за мной, держась у бордюра тротуара.
— Дмитрий Борисович, — через открытое окно она вновь заговорила со мной. — Вы же и сами понимаете, что я вам не враг.
Какое смелое утверждение, а как сказано! В этой женщине помирает отличная актриса, но из таких получаются хорошие шпионы. Её голосу хочется доверять, как и глазам. Вот только, кому как не Душелову знать всю правдивость фразы: Глаза — зеркало души.
Ей нельзя верить. Пусть мои инстинкты частично уснули после выхода из Эпицентра, но они трубят об этом.
— Гражданочка, — бросил я на неё взгляд, увидев, как она поморщилась от этого обращения. — Вы знаете моё имя, а вот я ваше впервые услышал сегодня. Враг вы или ещё кто, но я, пожалуй, пройдусь до своего отеля пешком.
Она ухмыльнулась, что-то сказала водителю и когда тот остановился, вышла из машины. Шёл я не быстро, а потому нагнала она меня достаточно скоро.
— Долгов говорил, что вы… очень интересный юноша, а ещё непредсказуемый. Теперь я понимаю его.
Бросив ещё один взгляд на эту женщину, хмыкнул и остановился возле точки, где готовили хот-доги. Фастфуд прямиком из Амерской Империи, но на вкус ничего не так. Уступает нашей шаурме, которую Захар постоянно покупает у одного горца.
То, что эта Аврора агент Российской Империи я догадывался, а она подтвердила. Захотела таким образом расположить к себе? Могло бы сработать, но это ничего не меняет.
Купив хот-дог, откусил его и двинул дальше по тротуару. Женщина явно рассчитывала, что после своих слов услышит от меня хоть что-то, а в итоге — молчание.
Ещё несколько раз она пыталась завести со мной диалог, но я только и делал, что либо жрал, покупая всякую еду по пути, либо молчал. Бесить людей таким образом умею, люблю, и практикую.
— Я передам Сергею Викторовичу, что вы были очень рады сотрудничать, — с некотором язвительностью сказала Аврора, когда мы подошли к крыльцу отеля.
— Ага, так и передайте, — ухмыльнулся я и махнул ей на прощание.
С Долговым нам друзьями никогда не стать, а задача этой барышни, скорее всего, выяснить у меня хоть что-то. Вдруг расколюсь под влиянием большого бюста, обольстительной улыбки и милой мордашки. Не прокатило…
Поднявшись к себе в номер, я был в какой-то мере даже рад этой прогулке. И нет, речь не про Аврору, что так и норовила прикоснуться ко мне или прижаться, а потому что пожрал. Поел и на душе хорошо!
Вот только на этом сюрпризы дня не закончились. Стоило мне зайти в номер, как я увидел сидевшую на диване и закутанную в тонкий халатик гостью, которую уж точно не ожидал увидеть.
— Дима, ну наконец-то ты вернулся!
Рыжий ураган метнулся ко мне, крепко сцапал и обдал моё обострённое обоняние запахом персикового шампуня.
Прижав неожиданную гостью к себе, с улыбкой сказал:
— Я тоже рад тебя видеть, Маш.
А теперь главные вопросы: Что она тут забыла? И всё ли хорошо дома?
Глава 24
Многомерная Вселенная причудлива, необычна, и даже фантастична. Многие бессмертные создания, населяющие её миры, подтвердят, что за свою долгую жизнь умеют удивляться её вывертам.
Так случилось и с одним драконом, который будучи ещё маленьким детёнышем угодил в пространственный Разлом и оказался в незнакомом месте. Чуждом, опасном, далёком от родного гнезда.
Именно тогда, Иззегтан, как его назвал новый друг и хозяин, познал всю боль и ужас. Не знающий страха, он оказался пленен существом, с которым желал подружиться. Но вместо протянутой руки — появились цепи. Вместо доброго слова — рёв, за которым приходила боль и кровь.
Годы в заточении, полные отчаяния, почти сломили душу дракона. Его удел парить в небесах. Рассекать их своими крыльями, смотря на бесконечные степи Рамарина. Говорят, что драконам не снятся сны. Знающие Архимаги Драконоведы подтвердили бы это теорию, но она ложна. Им снятся сны, как и всем разумным расам. Иззегтан тоже их видел. Пусть расплывчато, словно это мираж, но он видел свою мать, их скалу, что была домом, и маленьких братьев и сестёр. Редко когда у дракона получалось произвести на свет больше одного яйца, но этот выводок был исключением.
Этот же сон он видел и сейчас, но помимо него, будто наслаиваясь, во сне существовал и новый друг. Мать приняла его, как родного. Такое происходило почти никогда, чтобы драконица подпустила кого-то к своему гнезду, но Райнера это правило не касалось. Радость, которую Иззегтан испытывал, пребывая в своём сне, не передать словами. Он наконец-то свободен, а его друг обещал отвести его туда, где он оберёт новое гнездо. Семью, которую однажды потерял…
Сквозь глубокий сон он не замечал, как за ним пристально наблюдал пухлощёкий и толстопузый человек, что был удивлён. Никогда прежде этому человеку не доводилось видеть слёз дракона.
Пусть на дворе стояла глубокая ночь, но учреждение по передержке Разломных Прирученных Существ продолжало свою работу. В свете фонарей сновали рабочие, из вольеров раздавались звуки оставленных там питомцев.
Звук шагов, принадлежавших целому отряду, не потревожил сон дракона, но заставил насторожится его охрану.
Десять человек. Без оружия, но им оно и не нужно. Два Одарённых в ранге Град и сплошь Архимаги с Архимагистрами. Опасная сила, которую в Африканских Королевствах мог позволить себе не каждый король. Они шли твёрдо, к уже обозначенной цели, и группа охраны во главе с начальником учреждения им не преграда.
— Отойди, Самсон, — сухо сказал выведший вперёд старик, опирающийся на резную трость. — Мы заберём дракона и уйдём. Ни к чему проливать кровь.
Пухлощёкий поморщился и
