удалось выбраться из подвала, устроить засаду на охранявшего их члена банды, позаимствовать его оружие и пробиться к нам аж на второй этаж.
Не знаю, что тогда помогло Джинхёку держаться на ногах. Он и сам с трудом помнит тот путь. Но всё же среднестатистический человек тоже способен в критический момент превысить возможности своего организма и подключить скрытые резервы, чтобы добиться желаемого.
Может, модификанты не так уж и сильно отличаются от людей, и зря я воспринимаю себя как монстра?..
В любом случае, когда занимательный рассказ детектива подошел к концу, пришла пора и мне посвятить мужчину в недавние события. Возвращение в Ивотари, допрос одного из членов банды «Рю-кай» и контракт, заключенный с господином Асакурой.
Триумфальное возвращение Серого Лиса, само собой, пришлось опустить. Я еще не до такой степени мог довериться Джинхёку, чтобы раскрыть ему больше подробностей о своем прошлом. Сослался на элементарную трусость Юичи, прознавшем о событиях на базе своего партнера и решившем пойти мне навстречу, дабы его банду не постигла та же участь.
Кён и так слишком уж много обо мне знает, чтобы давать ему еще больше зацепок к тайне моей личности. Поэтому обошелся этим уровнем информации.
И вот мы как раз перешли к тому, ради чего я вообще заморочился с заключением контракта. Почему не прикончил потенциальную угрозу для Джины на месте, раз уж у меня была такая возможность? Причин тому было несколько.
— Я собирался забрать Джину и господина Чхве с собой в Хвангапур…
— Об этом я в курсе, — кивнул лейтенант, снова поморщившись от боли.
— В Хувоне им оставаться опасно, учитывая, сколько озлобившихся недобитков из «Рю-кай» сейчас будет бродить по улицам. Они не настолько глупы, как может показаться на первый взгляд, и причастность Джины к убийству их кайтё очевидна как дважды два. Рано или поздно они выйдут на нее. Это всего лишь вопрос времени.
— Но ты не станешь помогать сестре в осуществлении ее мести. В одиночку она вряд ли сунется в «логово» господина Асакуры. Значит…
— Значит, ехать со мной в Хвангапур она откажется наотрез, — закончил я мысль.
— Что ж, это вполне в ее характере. Верю охотно, — слегка натянуто улыбнулся парень.
— Просто пойдет на принцип, и плевать ей будет на свою безопасность. Скорее, дождется, пока люди Юичи сами окажутся на пороге ее дома.
— Проигнорировав при этом более весомую угрозу. Но ты не можешь оставаться в Хувоне вечно. И я не могу.
— Именно.
— Поэтому ты решил сделать ход конем. Договоренность с господином Асакурой убивает двух зайцев одним выстрелом, — подытожил Джинхёк. — Он больше не угрожает Джине. Напротив, защищает от недобитков из «Рю-кай». Твои же руки в это время остаются свободны. Но… где гарантии, что Юичи не попытается пойти против вашего соглашения?
— Поверь, убедительным я быть умею, — улыбнулся детективу краешками губ. — Асакура Юичи сделает всё возможное, чтобы я ни на секунду не усомнился в нем.
— Эх… — закатил лейтенант глаза и откинулся на подушку, устремив взгляд в потолок. — Иногда ты меня прямо-таки пугаешь, Алекс. Не только в плохом смысле, но всё же…
— Сочту за комплимент, — поднялся я со стула и взглянул в окно на залитый солнцем внутренний двор больницы.
Уже утро, а я до сих пор не смыкал глаз. Прилив адреналина, позволявший мне бодрствовать всю ночь и рационально мыслить, понемногу сходил на нет. Даже модификантам необходимо спать, чтобы сохранять трезвый рассудок, и накопленная усталость начинала наваливаться на меня тяжелым грузом.
— Вернусь в гостиницу хотя бы на несколько часов, — сообщил Джинхёку, и тот понимающе кивнул. — Как только узнаешь, что Джина пришла в себя, свяжись со мной. Да тебе и самому сейчас нужен отдых. Выглядишь… хреново.
— Ну да, — усмехнулся тот. — Явно похуже, чем кое-кто. Такое впечатление, как будто ты только что с рабочего совещания вернулся, а не из двух бандитских притонов…
— Может быть, — произнес я отстраненно. — На первый взгляд. Но давай сойдемся на том, что мы оба хорошо поработали. Главное, что Джина теперь в относительной безопасности, а остальное меня не очень-то волнует. И спасибо тебе… за помощь.
С этими словами вышел из палаты, оставляя пациента наедине с собой.
Однако надолго он в одиночестве всё равно не остался бы. Уверенным шагом по коридору к палате направлялся немолодой, но ухоженный мужчина в сопровождении суровой даже на вид охраны. Строгие темные костюмы, постные лица… Лишь на долю секунды наши с незнакомцем взгляды пересеклись, а после он отодвинул дверь палаты без стука и вошел, оставляя своих людей снаружи.
Вот тут генетика хорошо постаралась. Внешнее сходство поразительное. Чем угодно готов был поклясться, что господину Кёну сообщили о состоянии сына и тот, бросив все дела, незамедлительно отправился к нему.
Интересный, должно быть, разговор между ними сейчас состоится. Впрочем, меня их семейные разборки совершенно не касаются.
* * *
Несколько следующих дней в Хувоне пролетели незаметно. По большей части я проводил их в больнице, навещая Джинхёка и деда, ну а вечера коротал в гостинице за работой. И пусть мне разрешили пообщаться с сестрой спустя два дня после наших приключений в районе Ивотари, короткий разговор, состоявшийся между нами, ни к чему хорошему не привел.
Я понимал, что может последовать за моим отказом помочь Джине разобраться с господином Асакурой, но чтобы настолько… Девушка не только категорически отказалась ехать со мной в Хвангапур, но еще и на корню пресекла наше дальнейшее общение, выставив меня вон из своей палаты.
Сколько бы я ни пытался наладить с Джиной отношения, попытки мои ни к чему не приводили. Она просто игнорировала меня всякий раз, когда я навещал ее и справлялся о самочувствии. Скрестив руки на груди, тупо пялилась в стену и не произносила ни слова.
Единственным связующим звеном между нами, на удивление, стал детектив Кён. Вот к нему Джина неприязни не испытывала. Напротив, умудрялась с завидной частотой бегать к лейтенанту в палату, несмотря на загипсованную ногу, и трещать с ним без умолку.
В какой-то момент я осознал, что нет никакого толку продолжать биться в глухую стену в надежде, что меня услышат. Раз уж сестра не собирается впускать меня в свою жизнь, то так тому и быть. Насильно мил не будешь, а идти у нее на поводу я не хочу и не
