Масаса. — Мы не убиваем невиновных.
"Да и убери его попробуй, — добавила про себя магиня. — Лорд Тень пытался, даже тела не осталось'.
— Но он козлина, конечно, — бурчит Распутная дева обиженно. — Меня ещё никто так не пинал. Убить пытались, да. Но хотя бы честно — мечом или магией.
Она продолжает жаловаться, но Масаса уже не слушает. Все её мысли заняты конунгом Данилой. «Я же предупреждала тебя не вмешиваться!» — тяжело вздыхает магиня, теребя кудри и грызя ногти до боли. Яблоки давно кончились, а до усадьбы некогда отлучаться — спасибо конунгу.
Магиня лихорадочно просчитывает последствия. Казалось, всё выстроено идеально: Багровые Земли должны были утонуть в междоусобной бойне, лорды — перегрызть друг другу глотки, и тогда владыка Кузни-Горы получил бы лазейку, чтобы достать Багрового Властелина в самый уязвимый момент. Но план рушится. Всё бы сработало… если бы не Данила. Настоящая тёмная лошадка! Все Высшие Грандмастеры, кто пытался с ним тягаться, терпели поражения, хотя конунг даже не Высший! Да и вообще лет ему сколько⁈ Двадцать два?
Масаса помнит его противостояние с Лордом Тени. Тогда она сама заступалась за конунга, но в итоге её помощь не понадобилась. Никогда бы не подумала, что однажды сама окажется по другую сторону баррикад. И что начнёт уважать его настолько, что это уважение станет почти страхом.
Времени у неё остаётся мало. Она в сговоре не со всем Орденом Распутных дев, а только с одной командующей. А еще если Председатель узнает что учудила Масаса, он ей устроит психическую лоботомию.
Масаса резко хватает связь-артефакт, сбрасывает бубнящую собеседницу и зло бросает:
— Попробуем в двадцать первый раз!
Неожиданно на той стороне берут трубку.
— Слушаю, леди, — спокойно откликается менталист.
— Конунг Данила… — с облегчением выдыхает Масаса, но тут же меняет тон на строгий: — Нам нужно серьёзно поговорить.
* * *
Я принимаю звонок и сразу слышу строгий как у учительницы голос. Невольно вспомнилась почему-то Антонина Павловна, королева математики и пилона. Тоже строжилась поначалу, а потом стала страстная до безумия. Надо бы узнать, как у нее дела… Хм, что-то я отвлекся. У нас тут разгар гражданской войны все-таки.
— Что вы сказали, леди? — спрашиваю извиняющимся тоном.
— Конунг, ты меня вообще слушаешь⁈ — взрывается Масаса. — Это не шутки! Я могу тебе помочь как Организатор, но только если ты будешь выполнять мои инструкции без малейших отклонений. Ты ведь сейчас по уши в кошмаре гражданской войны в Багровых Землях!
— Это вам сообщила командующая Распутных дев? — невинно уточняю я.
Повисает растерянная пауза. Уголки моих губ тянутся в усмешку. Ну-ну, из себя тут крестную фею строит. Сказки рассказывать — не значит волшебной палочкой махать.
Кстати, волшебная палочка сейчас как раз у меня. И она всем нужна.
— Леди, на самом деле я ждал твоего звонка, — говорю спокойно, как будто мы обсуждаем погоду.
— «Ждал»? — бурчит Масаса все еще как-то потеряно. Видимо, у сильных девушек защита равно нападение. — Я тебе двадцать раз звонила! Это называется «ждал»⁈
— Леди, будьте милостивы. Я все же «по уши в кошмаре гражданской войны», — припоминаю ей ее собственные слова. — Некогда мне на трубке все время сидеть.
— Ладно, я поняла что тебя не переспорить, — злится магиня. — Багровый Жезл сейчас у тебя, конунг Данила? — спрашивает она наконец-то прямо, без прелюдий.
Я улыбаюсь в ответ:
— Обожаю женщин, которые знаю чего хотят и не скрывают это.
— Хватит, конунг, — голос колеблющийся, — Мы с тобой вообще-то сейчас в конфликте…
— Да, — киваю, играя красной палкой, за которой гоняются и лорды-дроу, и, как оказалось, сами Организаторы. — Так что вы понимаете: даже если бы Жезл был у меня, я бы всё равно не сказал.
— Как ты вообще понял, что я замешана? — не выдерживает магиня.
— Сорт яблоневых саженцев, что мы с Лакомкой тебе подогнали, уникальный, — усмехаюсь. — И запах у них свой, ни с чем не спутаешь. Зря ты подкормила ими свою командующую.
— Да будто я сама рвалась, — вздыхает Магиня. — Она выпросила, глаза щенячьи сделала. Первозданная Тьма! — ругается. — Я же предупреждала его не вмешиваться!
— Поздно сожалеть, — подхожу к Насте и чешу ее за волчьим ушком, подобной ласки просит и Лакомка-ирабис, а там и Змейка подтягивается.
— Пожалей хотя бы своих жён! Я знаю, что они рядом с тобой!
— Жён? — переспрашиваю я и перевожу взгляд. Маша со Светой возбуждённо переговариваются о чём-то своём, явно не до войны. Чуть поодаль Камила задумчиво изучает узоры на гобелене, элегантно уперев ладонь в поясницу. А Лена и вовсе деловито общается по связь-артефакту с кем-то из магистрата Невинска, сверяясь по каким-то бумагам. Я усмехаюсь: — Да им вроде норм.
— Ох… — вздыхает Масаса.
— У меня есть встречное предложение. Леди, а давай лучше ты ко мне в коалицию. Обещаю — всё устроим по уму.
— Ты хочешь поставить регентом Зара?
— Это не точно… Да и какая разница кого? Ты же со мной договариваешься.
— А если твой Зар попытается пырнуть тебя, как недавно Ауста?
— Мой претендент будет полностью меня слушаться, — говорю твердо. — У телепатов с контролем людей все в порядке, уж поверь. И нам для этого не требуется взламывать их мозги.
Масаса давит:
— Вот этого-то я и боюсь, конунг! Мне не нужны процветающие Багровые Земли! Наоборот, они должны ослабнуть, чтобы Кузня-Гора схлестнулась насмерть с Багровым Властелином! — в запале проговаривается она.
— Зачем это вам?
— Багровый Властелин и Древний Кузнец — чудовища, которые должны умереть.
Я хмыкаю.
— Это не аргумент, леди. Оба они — может быть, и чудовища, но с веками слабеют. Хоттабыч не раз рассказывал, какими они были раньше — могучими, всесокрушающими. А теперь? Сидят по дворцам и не высовываются, разве что друг друга задирают. Багровый Властелин превратился в ленивую задницу, а Древний Кузнец — в затворника. Ради такой компании рушить целые империи — верх глупости. Тем более что рано или поздно оба полубога всё равно доживут до своей дряхлости и исчезнут сами.
Магиня отвечает резче:
— Конунг, я не буду ждать сотни лет! Мои родители погибли от приближённых Багрового Властелина. Он заслужил жестокую расплату — не через столетия, а
