Глава 2
В целом всё было довольно понятно. Уровень отвечает за прожитые годы, но, скорее всего, качается и так, с другой стороны, возможно это лишь совокупность накопленного опыта, что по-своему вполне логично. Престиж и благочестие, так же вопросов не вызывает. Поскольку Царём я стал относительно недавно, то и престижа у меня мало, а вот благочестия хватает. Ибо я финансировал строительство храмов и укреплял влияние патриархов в собственном княжестве. Так что отношения со святошами у меня почти дружеские. Главное слишком не упасть в их глазах. Ведь престиж и благочестие вещь довольно занятная, и по всей видимости, может уходить в минус только в путь, так что придётся следить за этими цифрами.
Двоедушник, значит? Что ж. Любопытно и вполне объяснимо. Ведь, по сути, я сожрал душу этого тела. Возможно, так и до демона недалёко? Хотя сколько душ придётся поглотить? Вопрос. Так что о таких глупостях лучше не думать.
Ведь внешне, я не шибко отличаюсь от обычных людей. Хорошая родословная лишь дополняет изначально прекрасную предрасположенность к тому или иному дару, а тьма различных репетиторов и наставников уже ограняет его, подобно драгоценному камню.
С классом всё так же было понятно. Практикуя магию разрушения волей-неволей станешь её адептом. И смею вас заверить, что школой разрушения она прозвана не просто так. Имея хороший запас магии, можно единолично спалить целую армию. Но такое давно считается дурным тоном и случается крайне редко. Делая аналогии с моим старым миром, я бы сказал, что это как воевать ядерным оружием! Пусть и более точным. Так что от взаимного уничтожения всю цивилизацию сдерживает лишь джентльменское соглашение между наиболее уважаемыми странами.
Но время владык магии ушло в лету. Так что мало какой современный монарх способен выйти против целой армии, ведь со временем любая кровь ослабевает, а её наследники превращаются в ничтожеств. Так было и с нашим прошлым императором. Он был слишком мягким и либеральным. И это почти уничтожило нас! Но что-то я отвлёкся на сторонние мысли.
Доступ администратора, так же не вызывал вопросов. Ведь кто у нас Царь? То-то и оно. С воинскими искусствами было ещё проще. Когда я начинал свой путь, я даже не был наследником собственного дома, так что меня готовили, как обычного боевика, что должен был возглавить отдел ликвидаторов. Там я и набрался всякого. Раскачал физические показатели и само тело. Поскольку я не совсем человек, то результат вышел диво, как хорош. Да и убить меня стало чуточку сложнее. Что, бесспорно, греет мою тёмную душу. Ведь пожить хочется всё же побольше.
С характеристиками всё было в целом понятно. Кроме мудрости. Впрочем, человеком я был авантюрным, так что оно и не удивительно. А вот со способностями было уже интересней. Правда, зачем туда записывать игру на рояле? Впрочем, способность как способность, но если я всех буду встречать за роялем, то это будет как минимум странно. Так что оставлю эту способность сугубо для домашнего пользования.
Скупой стук в массивную дверь тут же привлёк внимание, отвлекая от очередных дум.
— Что-то случилось Самуэль? — сухо интересуюсь у дьяка.
— Всемилостивейший государь… — тактично произнёс он. — Его превосходительство генерал-майор Татарский просит личной аудиенции.
— Цель визита? — всё так же сохраняя арктическое спокойствие, задаю очередной вопрос.
Ведь просто так в такое время просить аудиенции, как минимум не тактично. Мало ли злой государь вставший не стой ноги, может и казнить. Таким самодурством, конечно, не страдаю, но дисциплину нужно держать железную. Так что если и правда мелочь какая, то мигом пойдёт под трибунал. И это не блажь. Ведь понимание ситуации крайне, важный навык для людей их положения.
— Дела государственной важности и никак иначе. — всё так же лаконично ответил Самуэль.
Бросив на рояль, взгляд полный грусти, я скупо кивнул. Никакого тебе свободного времени, раб своего трона, словно какой-нибудь джин. Нужно с этим что-то решать, а то на свою жизнь времени совершенно не остаётся. Можно, конечно, возразить, что империя и есть моя жизнь, но это как минимум глупо. Кто может работать сутками, напролёт совершенно не думая о сторонних вещах? Увлечённый безумец или машина. И я не был, не тем, не другим. Лишь человек! Пусть и двоедушник, но разве это что-то меняет? Но выслушать Татарского всё равно придётся, вот и познакомимся как раз. А если что не так, то недолго ему генералом ходить. Не соответствуешь занимаемой должности? Прощай друг, прощай! Ведь дармоедов держать не намерен.
— Запускай генерала и если это что-то незначительное, то уже завтра будет просто майором. Так и передай. — прогнав былую грусть, я вновь стал монолитным столпом государства, а глаза вмиг начали прожигать арктическим хладом.
Самуэль всё так же лаконично кивнул и скрылся за дверью. Спустя полторы минуты появился и Татарский.
— Чем порадуешь Властислав Жанович? — генерал тут же напрягся от ледяного тона, но, к чести генерала, заминка продлилась не больше секунды.
Поправив чёрный мундир он как ни в чём не бывало начал докладывать о проблемах на границе.
— Ночью наша разведка повязала диверсионный отряд для разжигания сепаратно партизанских настроений в порубежных землях. Мы полностью взяли региональную ячейку. Информация уже собирается. — опережая все вопросы, пояснил Властимир Жанович. — Но любопытно другое! — Татарский сделал небольшую паузу. — Алеманские послы поутру выказали ноту протеста и требовали освободить политических заключённых. Совпадение? — генерал позволил себе усмехнуться.
— Значит, эти окситанские собаки смеют ещё что-то требовать? — со всё тем же арктическим спокойствием произнёс я. — Они уже забыли войну двенадцатого года? Видимо, придётся повторять разъяснительные работы. Удалось выявить «работодателя» диверсантов?
— Алеманские выкормыши… — не скрывая довольства в глазах сухо ответил Татарский. — Выпускники Марсельской академии права и международных отношений. Нашим магам и экзекуторам пришлось знатно поработать, но информация сходится у всех задержанных. Самое интересное, что и это не всё. — Властислав Жанович сделал новую паузу. — Послы Алемании требуют освободить их граждан! Также они «рекомендуют» открыть все наши рынки для алеманских торговых гильдий и в качестве жеста доброй воли снизить цены на зерно. — закончив доклад Татарский, застыл в ожидании ответа.
— Кажется, история их совсем не учит? Что ж это печально… — устало вздохнул. — Оставить подобную дерзость без ответа мы просто не можем. Самуэль! — как только он появился в кабинете, я продолжил. — Всех окситанцев выслать на родину. Имущество,
