говорит о многом. А ее родство с властным оборотнем, лидером южной резервации Кавером Старком заставляет к ней присмотреться повнимательнее. И не забудем о Кайли Старк — его супруге, которой вы презентовали очень дорогой и редкий куст роз. Старки влиятельные, сильные и имеют вес слова. Все они чистокровные оборотни.
— И что же эта Чиарра хочет от моего сына-полукровки? — буркнул герцог, нервно постукивая пальцами по трости.
— Пока неясно, — признался советник. — Либо она учуяла в нем пару, либо просто играет. Но, если она действительно намерена стать частью нашей семьи, ей придется пройти проверку.
— Проверку? — герцог усмехнулся, но в его глазах мелькнула искорка интереса. — Ты хочешь устроить испытание невесте моего сына?
— Не невесте. Той, которая может оказаться превосходной актрисой, — парировал советник с невозмутимым видом.
Герцог помолчал, задумчиво глядя на пару. Айс что-то шептал Чиарре, та смеялась, а потом шутливо толкнула его в плечо. Герцог нахмурился еще сильнее.
— Знаешь, что меня беспокоит больше всего? — спросил он, не отрывая взгляда от сына и его спутницы.
— Что? — насторожился советник.
— То, что я начинаю в это верить, — тихо признался герцог.
Советник кивнул:
— Именно поэтому нам нужно выяснить правду. Пока праздник не превратился в… свадьбу. Предлагаю покинуть это мероприятие, ваше сиятельство. Не здесь и не сейчас стоит вызвать на разговор вашего сына и леди Чиарру. Вы все еще желаете породниться с королевской семьей?
— Я желаю передать сыну титул и все земли, но наш король… как мы знаем, он предпочитает чистоту крови. Оборотни и люди отдельно. Но пока Его Величество не передумал и благоволит к Айсу нам нужно поторопиться.
— Тогда мы пригласим их в родовое поместье. Предлог есть — ваш день рождения. А там мы не только устроим леди Чиарре проверку, но и постараемся сделать все так, чтобы на этот знаменательный день приехал сам король с дочерьми.
Герцог с уважением и хитринкой во взгляде посмотрел на своего советника:
— Ну ты и хитрый лис.
— Всегда к вашим услугам, — с легким поклоном ответил советник.
И влиятельная парочка, обменявшись многозначительными взглядами, покинула военный лагерь, оставляя за собой шлейф интриг и нерассказанных историй.
* * *
А у главного пылающего костра в массивном резном кресле восседал король — румяный, воодушевленный, с горящими глазами и третьим кубком вина в руке. Вокруг, выстроившись полукругом, стояли военачальники. Лица их в отблесках пламени казались то героическими, то слегка озадаченными — в зависимости от того, какую именно стратегическую мысль излагал монарх.
Чуть поодаль, почти сливаясь с тенями, примостился казначей. Он ютился на складном табурете, который скрипел при каждом вздохе, и вцепился в гроссбух так, будто это был спасательный плот посреди бушующего моря королевских идей. На лбу блестела одинокая капля пота — верный знак того, что бюджет вот-вот отправится в свободное плавание.
Король взмахнул кубком, обвел всех торжествующим взглядом и громогласно провозгласил:
— А теперь — о главном! В честь великой победы устраиваем… недельныйпраздник в столице!
Военачальники переглянулись. Кто-то кашлянул. Кто-то незаметно потянулся к мечу — то ли для поддержки, то ли чтобы проверить, не сон ли это.
Казначей, до того тихо листавший страницы, вздрогнул так резко, что перо едва не улетело в костер.
— Ваше величество… — начал он осторожно, — недельный праздник — это, конечно, грандиозно. Но, допустим, трехдневный…
— Трехдневный?! — король вскинул бровь так высоко, что она чуть не скрылась в короне. — Это для какой-нибудь мелкой стычки! А мы одержали великую победу! Значит, только неделя. И чтобы все видели: мы не просто выиграли бой — мы празднуем триумф!
Военачальники одобрительно загудели. Один, с пышными усами, хлопнул себя по колену:
— Вот это по-королевски!
— А как же бюджет? — прошептал казначей себе под нос.
— Бюджет? — король махнул рукой с таким размахом, что чуть не задел ближайшего военачальника. — Бюджет — это для скучных людей! А мы — победители! Мы можем всё!
— Но запасы…
— Будут пополнены! — отрубил король. — После победы всегда открываются новые возможности. Купцы потянутся, налоги пойдут вверх, а пока… пока мы возьмем немного из резервных фондов.
— Из резервных… — казначей сглотнул. — Ваше величество, эти фонды на случай войны, голода, стихийных бедствий…
— Вот именно! — король ударил ладонью по подлокотнику так, что задрожали драгоценные камни на короне. — Мы только что пережили войну. Значит, теперь можно потратить на радость. А голод и бедствия… ну, если придут — будем решать. Но не сегодня. Сегодня — праздник!
Он поднялся, и пламя костра отразилось в его короне, словно венчая его новым сиянием.
— Пусть бьют в колокола! Пусть вывесят знамена! Пусть пекари месят тесто, виночерпии открывают погреба, а глашатаи разносят весть: в честь победы — неделя торжества! И пусть каждый, кто сражался, получит свою долю славы и наград. Король возвращается с победой!
Военачальники загремели мечами о щиты. Даже казначей, хоть и с тревогой в глазах, вынужден был признать: в этом безудержном размахе было что-то по-настоящему царственное.
— Ну что ж, — вздохнул он, снова открывая гроссбух. — Придется пересчитать. Или взять кредит у будущего тестя…
— Вот видишь, — король обернулся к нему с улыбкой, — ты уже думаешь, как решить проблему. Молодчина!
Казначей только покачал головой, — Главное, чтобы после праздника у нас осталось королевство, — пробормотал он, мысленно добавляя: «…и хотя бы пара монет в казне».
— Останется, — уверенно сказал король. — Потому что когда народ счастлив, королевство живет. А мы сделаем их очень счастливыми. Послать гонцов во дворец! — продолжал он, распаляясь все больше. — Чтобы к моему приезду все было готово: украшения, музыка, угощения! Придворные должны нарядиться в лучшие костюмы! И… — он задумался на секунду, потом глаза его вспыхнули, — и не забыть про пурпурные чулки! Да, именно пурпурные! Это будет… это будет… символично!
Казначей издал тихий стон, похожий на скрип старого дерева. Он попытался что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого он судорожно раскрыл гроссбух и начал листать страницы, бормоча:«Пурпурные чулки… неделя праздника… гонцы… украшения… музыка… угощения… — Ваше величество, — наконец выдавил он, поднимая взгляд, полный отчаяния.
— Мы покажем всем, что наше королевство не знает границ ни в победе, ни в роскоши! — размахивал рукой с кубком король, орошая вином военачальников.
— И ни в долгах, — едва слышно добавил казначей и сделав глубокий вдох открыл гроссбух на новой странице и начал писать дрожащей рукой: Пункт 1: найти пурпурные чулки (и желательно подешевле). Пункт 2: женить сына главного кредитора на дочери короля (вдруг поможет отсрочить банкротство?). Пункт 3: молиться (всем богам, какие есть).
Король хлопнул ладонью по подлокотнику:
— И пусть все знают —
