инициировать обреченных, — заметил Герберт. И, когда на нём скрестились взгляды присутствующих, пояснил: — Действуют ваши похитители силы явно не в одиночку, а значит кто-то знает больше, кто-то меньше. Исполнители, как хорошо показал тот бескланник, не знают вообще ничего, включая даже имя жертвы, кто-то, кто их контролирует, знает чуть больше, ну и так далее…
— Этакая пирамида? — поняла его мысль Дельфина.
— Что-то вроде того. Это уменьшает риски для тех, кто стоит выше, но увеличивает общий хаос, потому что на любом уровне исполнители и посредники могут преследовать свои цели, из-за чего и получается то, что получается.
— Примерно так, думаю, и есть, — поразмыслив, согласился лорд Истре.
— То, что происходит сейчас, ведь связано с уничтожением Ластре, не так ли? А потом, вероятно, и кланов Инициирующих? — поинтересовалась Дельфина спустя несколько минут тишины.
Её отдаленный начальник не сумел скрыть удивления. И это удивление уже сказало следователям достаточно. Да и Розмари с Джулианом, кажется, что-то заподозрили. Отрицать очевидное в такой ситуации уже было глупо.
— А Тиберий не догадался, — вздохнул Феликс Истре. Но кивнул, подтверждая, что да, он тоже считает, что связано.
— Он просто не знал того, что стало известно нам, — встал на защиту начальника Герберт.
— Может и так. А, может, просто оказался не способен мыслить настолько широко, чтобы даже заподозрить подобное.
— Полтора столетия прошло. Немудрено о таком не подумать.
— Может и так, — повторил фразу глава клана Истре. — Что ж, если вы дошли до того же, до чего и я, предлагаю обменяться сведениями.
— Откуда нам знать, что вы не связаны со злоумышленниками?
— Верно. Неоткуда. Но также и я могу усомниться, не связаны ли с ними вы. Впрочем, с вами немного проще, вы постоянно на глазах и вас проверяют. Со мной сложнее. И что мы будем с этим делать?
— Может, для начала поделитесь тем, что вы там подозреваете, с нами? — вклинился в разговор Джулиан Неростре. — Нас это, в конце концов, тоже касается, судя по прозвучавшим фамилиям и вашему предположению о том, что меня пытались убить именно эти ваши пожиратели силы.
— Похитители, — поправил его Феликс Истре. — Но, пожалуй, согласен, поделиться стоит. И, вероятно, начать придётся мне?
— Было бы просто замечательно, — кивнул целитель.
Представитель тайной канцелярии поморщился, но действительно начал рассказ, причем не с дела о ДТП Герт, с которого все началось для Герберта, а с самого отдаленного во времени: уничтожения Ластре.
— Судя по тому, что мне удалось найти на их счет, последние главы клана Ластре напропалую пользовались тем, что больше никто подобных артефактов создавать не умеет, и не только безбожно задирали цены на свои услуги, но и снабжали артефактами противоборствующие стороны. А таких хватало и после последней магической войны: да, официально кланы жили в мире, но стычки случались, как и ещё более неприятные инциденты. Совсем уж наглеющих одергивали кланы Десятки и только это держало ситуацию под контролем. Но задираться с Ластре не хотели даже они, так что те, можно сказать, творили что хотели, чем нажили себе порядочно врагов. Как результат, когда в один ужасный для клана день его уничтожили, а клановую резиденцию подожгли, разобраться, кто же мог это сделать, оказалось очень и очень сложно. Тем более что следы были хорошо, я бы даже сказал, профессионально подчищены. Наши предшественники и не разобрались. Ренис, Майно и Севри унаследовали имущество клана, но было того, судя по всему, уже не то что бы много, основным богатством Ластре были их артефакты и особенно способные их создавать артефакторы.
— Но родовая сила Ластре, судя по всему, не влилась ни в один из этих кланов, — заметил Герберт, — а значит, кто-то из клана ещё мог быть жив. Его или их вообще искали?
— Искали, — заверили его. — Но количество тел совпало с количеством членов клана, так что от этой идеи отказались. Решили, что, возможно, был ещё какой-то родственный клан, о родстве с которым неизвестно, и силу принял он.
— Тела могли подобрать и просто подходящие по росту и комплекции. Слишком ценны были артефакторы Ластре, чтобы их убивать.
— Я тоже так думаю, — согласился Феликс. — Тем более что этот самый гипотетический родственный клан, получи он родовую силу, попытался бы вступить в наследство на этом основании и никто бы ему не возразил.
— Вы сами сказали, что вступать уже было особо не во что, — резонно возразила на этот аргумент Дельфина. — Если такой клан был, или, что вероятнее, был некий бастард, достаточно близкий к главе клана, чтобы принять силу, он вполне мог побояться, что уничтожившие клан уничтожат и его.
Это тоже звучало вполне логично.
— Может и так, — не стал отрицать возможность и такого варианта лорд Истре. — В любом случае, уничтожили, похоже, не всех Ластре, кто-то остался.
— Мы тоже так решили, — кивнула тайница. — У похитителей силы откуда-то должен был взяться артефакт, способный удержать силу целого клана. В то, что это один из артефактов Совета, мне как-то слабо вериться. А Ластре вполне способны создать что-то подходящее. Артефакты Совета ведь, насколько помню, созданы именно ими?
— Вы правильно помните, — кивнул Джулиан Неростре. — У нас есть подобный. Наверняка и не только у нас, так что возможно, это не «новодел», а что-то из старых.
— Кроме артефакта нужен ещё артефактор способный за ним следить. Вы ведь свой наверняка показываете артефакторам время от времени? — Дождавшись кивка, Герберт продолжил: — Ну вот. Сомневаюсь, что у них иначе. А если это нелегально приобретенный да ещё и редкий артефакт абы кому его не покажешь. Значит в идеале должен быть собственный артефактор. Чары «Кривого зеркала» явно артефактного происхождения у Флоренс Герт косвенно наличие такого артефактора подтверждают.
Оба тайника кивнули. Цепочка была вполне логичной.
— А ещё должно быть что-то, куда они эту прорву энергии девают, — не удержалась от замечания Мари. — Родовая сила — это ведь не два, и не три резерва даже сильного мага, это намного, намного больше!
— Это да, — поморщился лорд Истре. — Но у меня нет ответа на этот вопрос.
— У нас есть предположение, — переглянувшись с Гербертом, сообщила Дельфина.
Её начальство сделало поощрительный жест. Начать решил следователь:
— Как сообщил
