громко провозгласила Опаляющая, отчего Искрида стала бледнеть на глазах, кидая затравленный взгляд то на меня, то на мать. — Согласен?
— Согласен, — спокойно кивнул я, отворачиваясь от Искриды и глядя на будущую соперницу. — Условия поединка?
— Можешь использовать всё, что угодно, — пожала плечами женщина. — Само собой, за исключением глифа.
— Хорошо.
Малышка, ко мне…
Мне всегда нравилась материализация спаты. Её явление внушало страх и трепет в окружающих. Даже Вальгрон и Навия, которые стояли дальше остальных, с опаской поёжились и переглянулись между собой. Клинок без особых проблем пробил многовековой мраморный пол большого зала у меня под ногами, а затем на глазах у всех я выпустил рукоять из рук. Так что единственным моим оружием в бою будут Путы Фенрира.
Правда, представление на данном этапе не закончилось. Стоило проделать несколько шагов к Марагне, как её брови дёрнулись, а затем она, как и все прочие, устремила взоры на Истру, которая с беззаботным видом соткалась из пространства и встала рядом с заметно ошеломлённой Искридой.
Тем не менее в большей мере присутствующих поразило не её явление, а холодные и надменные слова, обращенные к Марагне, которые повергли всех в состояние шока:
— Глупая… баба!
— От могущественной Руны Истребления я готова стерпеть такое оскорбление, — невозмутимо произнесла Опаляющая, демонстрируя той приветственный реверанс.
— Ты столько времени наблюдала за ним и испытывала его терпение, а до истины так и не докопалась, — разочаровано покачала головой Альяна.
— Не влезай, малышка, — осёк я сухо Руну, вставая прямо напротив нахмурившейся Марагны. — Теперь это только наше с ней дело.
— Как вижу, клинок всячески поддерживает своего носителя, — хмыкнула загадочно архидемон. — И не даёт его в обиду.
— Прости, Марагна Опаляющая, я была не права, — закатила глаза спата и вполне по-человечески потерла пальцами лоб, а её последующие слова вновь заставили всех ошеломиться. — Ты еще более глупа, чем я предполагала.
— Хватит, Истра! — громко выпалил я. — Не встревай!
— Как скажешь, мой разоритель, — с мягкой улыбкой кивнула та мне.
— Всё становится еще более интересно, — фыркнула серьёзно женщина. — Строптивый клинок и не менее строптивый носитель. Как говорят люди: «Два сапога — пара». Ладно, мы отошли от сути. Ты хотел мономахию, и ты её получишь, Ваерс Пустой. Покажи на что способен без своего оружия и пусть твоя помощница даст команду к началу.
— Истра, ты её слышала, — невозмутимо изрёк я, медленно шагая в противоположную сторону, а моя противница в это время делала то же самое.
Несколько гнетущих мгновений растянулись на целую минуту. Не нужно и говорить, что все за исключением Руны изнывали от тревоги и напряжения. Однако спата продолжала слабо улыбаться, а затем сделав пару шагов вперед, она неспешно подняла руку и резко опустила её вниз.
— К БОЮ!
Мир демонов жесток и опасен, а владыки Инферно стоят на вершине пищевой цепи. Никто и никогда не говорил, что Марагна слаба. Нет, она сильна. Но прямо сейчас шестая по силе в Инферно абсолютно не спешила.
Впрочем, не спешила она до тех самых пор, пока в руке у неё не материализовался длинный тёмно-изумрудный клинок, объятый пламенем смерти. Стоило орудию вспыхнуть со страшной силой, как могущественная аура женщины вздыбилась до пугающего значения. Вся область оказалась во власти огня смерти гиар, а затем он сделала всего-навсего один шаг вперед и обратилась в самую настоящую комету.
Сила и сокрушающая мощь. Архидемон Пылающей Стали не сдерживалась. Длинные языки огня смерти первыми пошли в атаку и ринулись в мою сторону, пытаясь поглотить не только пространство рядом со мной, но и меня самого.
Вот только все движения и будущие атаки Марагны я видел наперед. Опустошитель изнывал от нетерпения, протест переключился на запредельное поглощение энергии, чтобы всячески предугадывать опасность, а затем я сделал неуловимый шаг навстречу противнице.
Сумрачный Поток…
Жажда Опустошителя. Первый эшелон…
Облачение Опустошителя…
Восход Опустошителя…
Высший Арбитр…
Все источники загрохотали в едином ритме, даруя своему владельцу непомерное количество сил и возможностей, а в следующее мгновение произошло сокрушительное столкновение двух противоборствующих сторон. Один единственный удар, но Марагна вложила в него невиданную доселе мощь. Глейпнир зазвенел от ярости, а защита заскрипела от враждебного натиска. Облачение защищало не только от выплеска пламени, но и от ударных волн.
Вот только выпад женщины являлся только началом. Она передвигалась по полю боя будто свирепый огненный вихрь, нанося сотни ударов одновременно с разных сторон не только необычайно длинным клинком, но и разрушительной магией. Стены большого зала дрожали и сотрясались, но чудесным образом сдерживали натиск не только её, но и мой, поглощая ударные волны, а также излишки магической энергии.
По крайней мере, теперь становилось ясно почему для сражения она выбрала именно большой тронный зал. Всё помещение было пропитано оборонительными барьерами и защитными массивами.
Чем дольше длилось сражение, тем больше я попадал под влияние своих собственных губительного наследия и власти Опустошителя. Удары становилась более грубыми и менее изящными, а столкновения с клинком и магией Марагны стали на порядок ожесточённее. Архидемон Пылающей Стали пылал не только внешне, но и внутренне. Женщина с каждым разом выкладывалась всё сильнее, но я ничем ей не уступал, а даже наоборот, взвинчивал темп поединка гораздо выше. Медленно, но верно Марагна всё чаще переходила из атаки в оборону.
Те силы и возможности, которые я до сих пор пытался держать под контролем начали вырываться из-под моего влияния под градусом сражения. Плюсом сказалось то, что я уже слишком долго не пользовался пожиранием. Тело против воли хозяина стало поглощать любую энергию из окружающего пространства.
С каждой секундой я распалялся лишь сильнее, а гогот Опустошителя утробным воем гремел в разуме:
Ну … же … Хва тит… сдержи ваться!.. Скол ько… мо жно… кор чить… из … се бя… слиз няка?..
Заткни пасть!
Однако в том и состояла проблема. Грань между моим разумом и волей Опустошителя стала размываться и против собственной воли я по крупицам стал перенимать все возможности губительного наследия.
Марагна более не нападала. Ей приходилось защищаться. Лицо женщины становилось более угрюмым. Огонь смерти уже не приносил столько проблем, как в начале мономахии. Сейчас он мне казался обычным недоразумением и помехой, а чтобы избавиться от помехи, под влиянием всех увиденных факторов, я в азарте боя тихо прошептал:
— Жажда Опустошителя. Второй эшелон…
Три грохочущих источника моментально слились воедино и следующий разрушительный удар Пут Фенрира пробил брешь в оборонительном пламени Марагны, а затем беспрепятственно достиг её тела, отчего та будто пушечное ядро отлетела в стену.
Таран Искор енения…
* *
