Космические циклы романов - Юрий Константинович Тарарев

Игорь приоткрыл глаза и сразу зажмурился от брызнувшего в глаза света. Голова болела, да что голова, все тело, как будто его пропустили через мясорубку. Он снова приоткрыл глаза теперь осторожно, привыкая к освящению. Взгляд сфокусировался и уперся в прозрачный колпак.

«Ага, понятно, медицинская капсула, а не гроб, уже хорошо!» – пошевелил руками, все тело сразу отдалось болью, капсула наполнилась движением, автоматика отреагировала на реакцию организма Игоря и ввела целый комплекс лекарств, среди которых присутствовало и снотворное. Игорь снова погрузился в блаженное небытие! Такую же операцию автоматика медицинских капсул проделала с остальными членами экипажа.

Через стандартные сутки Игорь снова пришел в себя, на этот раз самочувствие улучшилось, и прозрачный колпак капсулы ушел в сторону. Игорь вылез из капсулы, состояние организма не радовало, но жить можно. Он с минуту приходил в себя, вспоминая, что произошло, но вспомнил только до команды старт. Откинулся еще один колпак и из капсулы появился Майкл, осмотрелся, увидел обнаженного капитана и заулыбался. Игорь понял, в чем дело и ответил на улыбку:

– На себя посмотри!

– Да вижу, давай одеваться, пока Светка не проснулась, зачем ее смущать?

– Какой ты заботливый, Майкл! – не преминул уколоть его капитан, беря одежду у робота.

Оделись, подошли к капсуле Светланы и оба слегка покраснели, она находилась в капсуле обнаженной, ее формы притягивали взгляд, она, единственная женщина на звездолете, была для них олицетворением всего светлого и дорогого!

– Капитан, ей тут находиться еще две недели, посмотри диагностику, два ребра сломано!

– Плохо конечно, пусть лечится! Пойдем посмотрим, что с навигатором!

Диагностика Сергея показывала, чтобы привести в норму позвоночник нужно еще двое суток, травма не серьезная, но требующая покоя и лечения.

– Главное все живы! – оптимистично заметил Игорь.

– Ты прав, капитан, это главное, но все равно возникает вопрос, как такое могло случиться? Почему не сработали системы безопасности? Что вообще произошло?! – спросил озадаченный Майкл.

– С этим будем разбираться, а теперь в рубку управления, Майкл. – Отмел его волнение Игорь, собираясь выйти из отсека.

– Э, нет, Игорь, посмотри сколько времени мы находились в капсуле! – тот кинул взгляд на хронометр и побледнел, прошептав:

– Двое суток! Не может быть!

– Спокойно, капитан, без нервов, если мы живы до сих пор, значит все нормально. Пойдем быстренько перекусим и вот тогда в рубку. Ведь мы же не Фил, нам нужно питаться.

– Точно, Майкл, Фил, где он?

– Капитан, свяжись с ним, пока он будет докладывать, как раз перекусим.

Игорь согласился, они направились в кают-компанию, где заказали себе обед в специальном автомате. Игорь связался с Филом, тот сразу начал доклад.

– Капитан, как вы помните при выходе из тоннеля «кротовой норы, звездолет получил повреждения, и чтобы произвести анализ повреждений и ремонт, вы дали команду приступить к торможению и лечь в дрейф. Во время торможения, по не объяснимым пока причинам, мощность торможения увеличилась в разы, вы и члены экипажа потеряли сознание, получив повреждения. Учитывая это, я поместил вас в медицинский центр.

– Спасибо за заботу, Фил! А какая перегрузка была при торможении?

– Средняя перегрузка составила шестьдесят G, а пиковая двести пять G.

– Ничего себе, противоперегрузочная система сработала прекрасно. Шестьдесят G для нее не проблема, у нас было бы легкое недомогание, но двести пять! Нам еще повезло, командир, что создатели звездолета заложили возможность, хоть и не таких, но видимо очень экстремальных условий полета. Так что легко отделались и самое главное остались живы! – с удивлением в голосе проговорил Майкл, выразительно посмотрев на Игоря. Тот поднял руку, успокаивая своего помощника.

– Разберемся, не переживай! – и добавил, – Фил, через полчаса будь готов к полному докладу по состоянию звездолета.

Оба активно жевали, обдумывая ситуацию, наконец, Игорь разрядил обстановку.

– Майкл, я понимаю что-то пошло не так, обстановка, аварийная ситуация, но сейчас главное корабль и его исправность, от этого будут зависеть наши жизни!

– Да прав ты, капитан, тысячу раз прав, пошли в рубку, пора работать.

Обед закончился, настала пора действовать.

Минут через десять они прибыли к рубке управления, сканер проверил их личности, после чего переборка ушла в сторону, пропуская в рубку. Рубка сияла чистотой и деловым перемигивание индикаторов на панелях. Развернулось кресло за пультом первого помощника, Фил встал и по-военному четко начал свой доклад.

– Капитан, во время торможения, из-за нештатной ситуации, силовой каркас корабля достиг предела прочности и готов был развалиться, я принял решение отключить тормозные двигатели. Решения принимались мною, потому что вы находились без сознания!

– Не мудрено, корабль не выдерживал, а куда нам-то выдержать такую нагрузку! – буркнул Майкл.

– Продолжай доклад, Фил. – Не обращая внимания на ворчание Майкла, распорядился Игорь.

– А дальше я поместил вас в капсулы и провел диагностику систем корабля на предмет повреждений. Диагностика показала, что снесло половину гарнитуры на корпусе, разгерметизировался транспортный ангар и повреждены две выхлопные дюзы маршевого двигателя. Что же касается маневровых двигателей, то повреждения незначительные. В остальном корабль работоспособен!

– Что сделано за то время, что мы находились в медицинском отсеке?!

– Восстановлена герметичность транспортного ангара, установлено тридцать процентов внешней гарнитуры на корпусе звездолета, идет ремонт дюз маршевых двигателей. Все работы будут завершены через стандартную неделю!

– Фил, ты определил координаты нашего нахождения, куда нас выбросило? Куда мы попали?

– Капитан, координаты корабля не определены, этого просто невозможно сделать, за бортом ни одного ориентира, ни одного созвездия, не за что зацепиться, сканеры не работают, внешние датчики уничтожены.

– Фил, какие-то излучения космические мы принимаем?

– Никаких, капитан!

– Этого не может быть! Ты уверен?

– Капитан, мой доклад основывается не на предположениях, а на конкретных данных, поступающих от неповрежденных датчиков корабля!

– Ситуация понятна, Фил, продолжай работать. Игорь, давай ознакомимся с записями произошедшего. – Предложил Майкл.

– Давай, заодно войдем в курс дела!

Просмотр занял много времени, они спорили о природе изменения «кротовой норы», что заставило тоннель «кротовой норы» изменить свои параметры. Но решения не находили.

– Игорь, посмотри, при аварийном выходе из тоннеля оставшиеся приборы зафиксировали пространственную аномалию, ну а потом их срезало как ножом?!

И действительно, просматривая информацию внимательно, бит за битом они пришли к выводу, что тоннель изменил параметры под воздействием внешнего космоса.

– Делааа… – протянул Майкл, – получается, что мы вылетели в аномалию, а потом еще и задействовали тормозные двигатели? В неизвестном пространстве?

Его предположение повисло в воздухе, оба осмысливали полученную информацию.

– Фил, скорость корабля?

– Неизвестна, нет точек отсчета, капитан!

– Майкл, берем анализаторы и выходим в открытый космос для изучения