по целевому назначению.
Если в первый день после перелома рёбер я ещё скакал диким кабанчиком, холодильник таскал, кровать в два приёма отволок (стиралку не смог), то теперь, не выспавшийся (спать в любой позе оказалось очень неуютно) и смурной, я сбавил обороты и действительно нуждался в трости, чтобы облегчить брожение по местности.
Компанию мне составляла Мин, которая оберегала меня с раздражающей заботой.
То она хотела сварить мне какой-то там куриный суп и даже натуральным образом притащила для этого целый пакет с ингредиентами.
Потом она хлопотала чтобы навязать мне шарф (к счастью, такой питерской штуки у меня в доме не нашлось) и даже хотела бежать в свой квартал покупать.
Теперь она нарезала вокруг меня круги и беспрерывно бормотала что-то снисходительно-ухаживающее.
— Так, стоп! — я с раздражением ударил по камню брусчатки тростью, потом ей же указал на лавочку неподалёку. — Мин, етить твою налево! Присядь-ка.
Она вздёрнула нос, но все же присела на ближайшую лавочку и даже не попыталась придержать меня за локоток.
— Мин, послушай сюда, надеюсь, я говорю об этом первый и последний раз.
— Да, мой господин.
— И отставить вот этих вот «господинов». Так вот… Допустим, я тебе нравлюсь, как мужчина.
— Да, мой господин, — расплылась она в улыбке.
— Это был не вопрос. Так вот. Тебе совет на отдалённо светлое будущее с твоим мужчиной.
— Да, мой господин.
— Прекрати это повторять. Так вот. Мужчина не любит чувствовать себя слабым. Не любит, когда к нему относятся со снисхождением. Вот, допустим, ты способна сломать человеку кулаком челюсть или какую-нибудь некрупную кость, так?
— Могу, — самодовольно согласилась она.
Я чуть покачнулся вперёд, в моей руке привычно оказался автоматический кольт и через секунду я с грохотом прострелил валявшуюся возле мусорного бака пустую бутылку из-под водки «Пшеничная».
Девушка вздрогнула, а я так же быстро, как достал, мгновенно убрал пистолет. Конечно, это не было совсем честно, бутылку я присмотрел заранее и отцепил фиксирующий ремешок, который защищает пистолет от случайного вываливания вперёд в результате резких движений.
— Я не умею ломать челюсть, но постепенно совершенствую навык стрельбы.
На грохот никто не прибежал, только из соседней лавки высунулся кавказец-торговец, убедился, что тут никто никого не убивает и не грабит, затем сразу же юркнул по своим делам. Это же блин, Кустовой.
— А что ты будешь делать, когда у тебя не будет пистолета? — снисходительно спросила справившаяся со своим волнением китаянка.
— Снимать штаны и бегать… чтобы оказать психологическое травмирующее воздействие. Смысл вовсе не в пистолете и не в твоих кулаках. Смысл в том, что, если тебе нравится мужчина, ты должна его уважать. Не стелиться перед ним, это, знаешь ли, раздражает, не тупеть от обожания, а уважать и давать ему возможность быть сильным. Понятно?
Она кивнула, но не факт, что поняла, а не соглашалась только, чтобы я наконец-то заткнулся со своими философствованиями.
— Давай к конкретике. Да, я получил пулевые в грудь и пулевые в спину, удержанные специальным артефактом «бронежилет», ты его уже могла заметить на мне.
— Да. Как он работает?
— Там специальные пластины. Не сбивай меня с толку. Вот я ранен и временно хреново себя чувствую. Не надо меня одеялком укрывать. Вообще, как говорил один мой знакомый главный архитектор Перцев, цитируя свою матушку: «Не делай людям добро, если они не просят». Если я нравлюсь тебе, как мужчина, дай мне быть сильнее и увереннее в себе, а не чувствовать себя размазней, который тебе чем-то там обязан. Это дешёвое манипулирование и оно приходит либо к тому, что ты мужчину задавишь и тут возникнет известный парадокс.
— Философия?
— Хренософия. Нет, сама жизнь. Девушки находят крутых мужчин, а потом истериками и психологическим террором превращают их в тряпку, чтобы манипулировать и контролировать. А в результате разочаровываются и уходят, потому что он вдруг оказался чмошник.
— Что значит слово «чмошник»?
— Не отвлекайся от сути. Либо второй вариант, ситуация с временной слабостью мужчины уходит, а потом и сам мужчина уходит. Ему по жизни не нужна мамочка, которая варит ему супчик и кормит с ложечки, потому что он больше не маленький мальчик в коротеньких штанишках.
— А если нужна? Нужна… Ну, не мамочка, конечно, — она раздражённо топнула ножкой. — Но верная и заботливая женщина рядом.
— Которая заменит ему мать, выполняя те же роли, подбирая носки и выпинывая в школу, то есть на работу?
— Ты очень упрощаешь все.
— Вопрос не в этом, а в том, нужен ли женщине такой супруг. Если да, то совет да любовь, а если ей нужен настоящий мужчина, а не маменькин сынок, то это тупиковый путь. Отношения будут развиваться, но с неподходящим человеком и рано или поздно, но это системное противоречие вылезет. И… вуаля, мы имеем бракоразводный процесс
— Так что же делать?
— Наверное, не пытаться манипулировать своим мужчиной. Тебе же нужна цельная личность, а не кукла на шарнирах. Да, это не исключает того, что у тебя к мужчине есть требования, критерии какие-то. И ты вправе их выкатить, только надо это сделать сравнительно честно и на достаточно ранних стадиях. А потом он либо станет им соответствовать, либо вы расстанетесь.
— Как это, расстанетесь⁈ А если он — любовь всей моей жизни?
— Значит, он не любовь всей твоей жизни, — хмыкнул я, потому что только что подспудно подвёл её к очень важной мысли, к варианту, что нет, как таковой, роковой и «единственной на всю жизнь любви», а бывают и «ошибки молодости».
Из-за поворота неторопливо появился Тайлер, чем избавил меня от необходимости продолжать свою мысль. Он направлялся к моему дому, но увидев меня, притормозил ещё сильнее в задумчивости. Смущала его, само собой, девушка.
— Так, этот разговор, как и любой другой стоящий, мы закончим на полуслове.
— Но последнее слово осталось за тобой!
— Как скажешь. Всё, завершаем нашу лекцию про любовь и отношения мальчиков с девочками. Ты делай выводы и работу над ошибками. А мне надо пообщаться с клиентом.
— Этим? — Мин с лёгким недоверием окинула взглядом Тайлера, который вид имел такой, словно только что вернулся из пиратского набега и на обратном пути усиленно пропивал трофеи.
— Какой уж есть. Всё. Если желаешь, можешь следить за мной на расстоянии.
— Это было бы очень странно. Пойду к
