Берой потрогал потеплевшие сефиры в мешочке на груди. Он приготовился к неожиданностям и к вероятному сражению. Путешественник внимательно осматривался, остановив плот посередине русла. Студент-маг понимал, что посланец Хаоса подготовил коварную встречу.
В это время из-за леса показалось несколько крупных гусей, собирающихся сесть на воду.
Хищники начали охоту.
Рыба-брызгун сильными и меткими струями сбила одного гуся. Но он упал не сразу в воду, где ожидала хищная рыба, а, потеряв ориентацию и беспорядочно хлопая крыльями, пролетел еще несколько метров и свалился в раскрытые красные листовые пластины, как в пасть, огромной венериной мухоловки.
Она захлопнулась – несчастная птица попалась, продолжая громко гоготать уже внутри ловушки. Однако скоро затихла, и голодный брызгун остался ни с чем.
Второго гуся сбил паук Болас. Сидя на длинной толстой ветке дерева над водой, он раскрутил передними лапами свое паучье лассо и метнул его в пролетающую мимо птицу. Липкий шар на конце паутинного аркана, пропитанный ядовитой слюной, попал точно в цель – в глаз гуся, приклеился и убил его. Но и эта добыча досталась плотоядному растению – тяжелая птица упала на широко раскинувшиеся гигантские листья росянки. Паук-охотник быстро побежал вперед к своей жертве. Однако, неосторожно ступив на листья громадного хищного цветка, он намертво прилип лапами к железистым каплям на длинных щупальцах, и растение начало медленно сворачивать лист-ловушку, удушая паука и подтягивая его вместе с пойманной и убитой птицей к огромной красной розетке для дальнейшего переваривания.
Остальная стая испуганных гусей пролетела дальше, а двухметровая рыба выпрыгнула из воды и громко плюхнулась обратно, подняв тучу брызг.
Гусь, прилипший к листьям росянки, продолжал трубно кричать и яростно биться крыльями, пытаясь освободиться. Этот шум немедленно привлек внимание еще одного голодного хищника – невероятно увеличенного посланцем Хаоса птицееда, который появился из укрытия в корнях дерева и начал охоту.
Громадный мохнатый хищный паук, бросился вперед, намереваясь напасть на беспомощного гуся, но неожиданно сам попал в одну из многочисленных ловушек другого плотоядного гигантского растения. Сразу две его ноги захватил капкан венериных мухоловок. Паук дернулся изо всех сил и сумел вырваться, оторвав и оставив в плотоядной Венериной пасти две толстые дергающиеся ноги. Он успел пробежать еще пару шагов, как был сбит в воду точным попаданием мощной водной струи рыбы-брызгуна. Тут же на барахтающегося и беспомощного в воде паука налетела мощным тараном с открытой зубастой пастью голодная рыба, сразу вцепившаяся в его бок. И сразу же забурлила вода от вездесущих алчных пираний, приступивших к кромсанию острыми, как бритва, зубами толстого тела птицееда; а вокруг уже медленно плавала огромная зеленая альдрованда, хватая плотоядными ловушками потерявших всякую осторожность и одуревших от добычи пираний и подхватывая куски, оторванные от туши птицееда.
Берой, воткнув шест в дно и обездвижив плот, наблюдал вместе с Убобоем за этим бурлящим месивом-пиршеством посередине реки.
– А вот и наши старые знакомые, – сказал студент и показал собаке на двух аллигаторов, подплывающих к месту водной трапезы. Один из них, раскрыв зубастую пасть, хапнул, что попало – откусив голову брызгуну, вцепившемуся в бок паучьего тела, а другой крокодил, одновременно с первым, сцапал и проглотил другую половину рыбины. Потом они быстро разделались с тушей птицееда. Альдрованда тихонько уплыла, сносимая медленный течением и подхватывая плывущие по реке остатки пиршества, пираньи исчезли в речных глубинах, как только еда закончилась, а крокодилы, насытившись, нырнули на дно.
– Зло пожирает зло… – проговорил Берой и погладил Убобоя.
Он направил плот к протоке – узкому проходу в русле между поваленными деревьями. Осторожно отталкиваясь шестом, путешественник миновал опасное место, где им угрожали гигантские и хищные росянка и венерина мухоловка, уже занятые переваривание пищи. Убобой лежал, не двигаясь и высунув от волнения язык. Плот вышел на чистую воду.
За запрудой – вниз по реке
Но еще одна смертельная опасность подстерегала впереди – второй гигантский коричневый паук Болас забрался на большое дерево, толстые ветки которого нависали над рекой, повис вниз головой, зацепившись задними ногами, и раскручивал свой метательный снаряд как лассо, с крупной и тяжелой ядовитой липучкой на конце. Он намеревался заарканить Бероя.
Путешественник «проглядел» хищного охотника и беззаботно толкал плот вперед – после увиденной им кошмарной битвы, когда опасность осталась позади, наступило короткое расслабление.
Как он ошибался!
Болас метнул свой смертоносный снаряд, когда плот находился в десяти метрах от засады. И хотя Берой почувствовал внезапный жар от сефир, но Убобой опередил его. Пес первым заметил движение паучьих лап и летящий снаряд. Он мгновенно прыгнул мохнатым шариком вверх и, как тараном, ударил телом в ядовитый снаряд-болас.
Как только это произошло, все дальнейшие события происходили с молниеносной скоростью:
– Берой увидел огромного коричневого паука Боласа, висящего на ветке дерева над водой вниз головой и длинную тонкую нить, протянувшуюся от паука к барахтающемуся в воде фокстерьеру;
– в голове моментально возник образ коричневой плюющейся кобры;
– он резко и сильно толкнул плот вперед к дереву с пауком-хищником;
– парень исчез, а вместо него на плоту мгновенно появилась свернутая в кольца огромная коричневая кобра;
– верхняя часть её тела с мешочком с сефирами на шее быстро поднялась на метровую высоту, глаза змеи встретились с глазами паука Боласа, и кобра мгновенно плюнула;
– яд стремительно пролетел несколько метров и точно поразил цель – черные паучьи глаза;
– паук сдох, его лапы оторвались от ветки, и он мешком рухнул в реку.
Убобой спас жизнь хозяину и другу – массы, скорости и точности хватило фокстерьеру, чтобы ударом своего тела отклонить траекторию ядовитого шара. Пес вместе с липучкой упал в воду рядом с плотом. Густая шерсть и вода сохранили ему жизнь: яд не успел быстро достать до кожи, а вода уменьшила его концентрацию.
Змея тут же изогнулась, раскрыла пасть, бережно за кончики шерсти подцепила Убобоя и вытащила его из воды на плот. Затем также аккуратно кобра взяла в пасть липучку, вырвала ее и выплюнула в воду. Мокрый, как мочалка, пес сидел ни жив ни мертв, а на его глазах огромная коричневая ядовитая змея вмиг оборотилась Бероем, и молодой маг ласково потрепал его по загривку. Верный Убобой тоненько взвизгнул, лизнул руку своего хозяина и улегся на плоту. Пес чувствовал слабость, но это должно было быстро пройти, потому что количество паучьего яда, попавшее на кожу, к счастью, оказалось минимальным.
Рядом с тушей паука Боласа, медленно плывущей по поверхности реки, вдруг забурлила вода – это стая вездесущих и алчных пираний-санитаров терзала новую добычу. А рядом, как обычно, тихо плавала элегантная альдрованда, хватая хищными ловушками зазевавшихся зубастых рыб и подбирая оторванные и несъеденные ими куски от туши паука.
* * *
За запрудой течение реки постепенно ускорилось, и Берой держался поближе к берегу, чтобы не потерять шестом дно. Хаос его больше не доставал. Путешественник размышлял, что бы это значило? На ум приходила только одна мысль: «Возможности Темного ограничены, и он не может быть везде одновременно. Наверное, отвлекся на кого-то из друзей – на Узо или на Лумпизана».
Берой пожелал им удачи и приналег на шест – он работал без остановки.
Быстро темнело. Путешественник спрятался под густыми деревьями, растущими из воды. Надо было быстро принимать решения и исчезнуть из этого места – неприятные гости от Хаоса могли нагрянуть в любой момент.
Студент-маг посмотрел на своего друга Убобоя.
– Ничего не бойся, – сказал он и превратился в крупного филина с большими желтыми глазами и с мешочком на шее.
Филин осторожно взял в когтистые лапы, как в кольцо, Убобоя, расправил широкие крылья и взлетел.
В небе стояла полная луна. Низко над водой бесшумно и почти незаметно неслась большая птица, в ее лапах белел маленький комочек, он иногда еле слышно повизгивал. Убобою было страшно.
Как только ночная птица улетела, над рекой появился смерч и из него, как из плотного пчелиного роя, посыпались черные комки, на лету превратившиеся в хищных клыкастых летучих мышей-вампиров. Они сформировались в стаю и полетели к тому месту, где был спрятан плот Бероя. Там летучие мыши начали бесшумно носиться по всем окрестностям в поисках путешественников. Никого не обнаружив, они с противным писком снова сбились в стаю на плоту, жадно обнюхали его, затем взлетели и низко над водой погнались за Бероем-фи-лином с Убобоем: хищных мышей-вампиров вел запах путешественников, шлейфом оставшийся в воздухе над речным руслом.
