к рассвету.
– Да, – сказал он. – Лучше всего уходить ранним утром. Прощайте. И спасибо за все.
– Прощайте, – сказал Пионер.
– А на посошок… – начал было Оружейник и осёкся.
На том месте, где только что стояли, взявшись за руки, Человек-Т и Пионер, уже никого не было.
– Вот и все, – сказал Капитан. – Эх, братцы, как же я соскучился по Земле!
Эпилог
По космодрому гулял весёлый легкомысленный ветерок. Нёс он с собой запахи цветущих окрестных лугов, нагретых весенним солнцем металлокерамлитовых плит, и что-то ещё, неуловимо-родное, от чего сразу становилось понятно, что это Земля.
Экипаж «Пахаря» в полном составе выстроился внизу, у пандуса, ведущего к грузовому люку. Поодаль стоял большой сверкающий лаком глайдер с встречающими Чрезвычайного посла планеты Лирулла официальными лицами. Официальные лица вели себя тактично и терпеливо ждали.
– Вот сейчас вы уйдёте, – заметил Доктор, – а самое главное так нам и не сказали.
– И что же это? – спросила Вишня. – Спрашивайте. Между друзьями не может быть никаких секретов. Ну, или почти никаких.
– Ну как же, – сказал Доктор. – Вы так и не рассказали, с какой миссией Лирулла отправила на Землю Чрезвычайного посла. Неужели нам придётся узнавать все из газет?
– А, это, – засмеялась Вишня. – Все просто. Просто и удивительно. Вы не поверите, но наши учёные недавно совершенно точно установили, что люди являются далёкими родственниками первых разумных обитателей Лируллы. Когда между двумя расами началась война на уничтожение, и мы, теперешние хозяева Лируллы, стали побеждать, вмешались Пионеры. Они и вывезли остатки ваших предков на Землю. Самое забавное, что сначала, за несколько сотен тысяч лет до этого, Пионеры же и заселили Лируллу прямыми предками будущих кроманьонцев, вывезя несколько сот пар гоминидов с Земли. Это они так пытались разумную жизнь в галактике распространять. Кстати, и распространили. Ещё неизвестно, сумели бы мы, коренные лируллийцы, развиться до нужного уровня, если бы не этот дополнительный фактор в виде появления умного, живучего и беспощадного конкурента. В общем, в результате Пионерам пришлось спасать своих «крестников». Получился эдакий двойной обмен. Сначала туда, а потом обратно. Вот с этой целью, – рассказать человечеству, как всё было, я на Землю и была послана. Сами понимаете, что такими вещами нужно делится только при личной встрече. Особенно учитывая не слишком тёплые отношения между Землёй и Лируллой.
– Да уж, – сказал Капитан. – А почему наш Пионер ничего нам не сказал по этому поводу?
– Наверное, потому что вы не спрашивали, – предположила Вишня. – А я спросила. И он подтвердил, что всё так и было на самом деле.
– А! – догадался Оружейник. – Так вы, вроде как прибыли налаживать родственные отношения?
– Что-то вроде того, – засмеялась Вишня. – Да и совесть успокоить. Мы-то всё время думали, что уничтожили своих гуманоидов, то есть ваших предков, подчистую. А теперь выяснилось, что не успели. Прямо камень с души свалился, как принято у вас говорить.
– Вот и отлично, – сказал Капитан и первым взял бокал «Милого Джона» с подноса, который всё это время держал на вытянутых манипуляторах Умник. – Давно бы так. Я всегда чувствовал в вас, Вишня, родственную душу.
– И я, – сказал Штурман.
– И я тоже, – признался Механик.
– Присоединяюсь к вышесказанному, – слегка поклонился Доктор.
– Ура!! – крикнул от избытка чувств Оружейник.
– Взаимно, друзья, – улыбнулась лируллийка. – Взаимно.
И экипаж «Пахаря» вместе с госпожой Чрезвычайным послом дружно сдвинул бокалы.
Алексей Евтушенко
Древнее заклятье
Глава I
ГОША
Эту историю я собирался начать такими словами: «Гоша Рябинин, обыкновенный русоволосый мальчишка двенадцати лет от роду…»
Собирался, но передумал. Вернее, задумался.
Ведь если писать по правде (а только по правде и стоит писать), то Гоша вовсе не был обыкновенным мальчишкой хотя бы потому, что ОБЫКНОВЕННЫХ мальчишек и девчонок в природе просто не существует. Каждый мальчишка и каждая девчонка — необыкновенны. И все они необыкновенны по-своему.
Это уже потом, вырастая, они превращаются в обыкновенных дяденек и тетенек, очень озабоченных своими взрослыми проблемами, да и то, ежели как следует копнуть, в душах этих взрослых и скучных дяденек и тетенек можно обнаружить остатки того НЕОБЫКНОВЕННОГО, которое живет в них с детства.
Так что, поразмыслив, я решил убрать слово «необыкновенный», дабы не путаться в терминах, и все-таки начать.
Начинаю.
Гоша Рябинин, русоволосый и кареглазый двенадцатилетний мальчишка, жил со своими родителями и старшим братом в старинном русском городе… ну, допустим, Звягине.
Вы скажете, что такого города на карте нет, а я в ответ на это спрошу вас: «На какой именно карте, милостивые государи?» А? То-то. Вот вы и попались, потому что карты — они разные бывают и… Но мы отвлеклись.
Как я уже упоминал, Гоша Рябинин жил со своими родителями и старшим братом Володей в городе Звягине.
Мама у Гоши была учительницей истории и работала в школе, а папа — офицер российской армии — командовал воинской частью, расположенной… впрочем, давайте не будем об этом распространяться, чтобы ненароком не выдать военную тайну. Скажем только, что Гошин папа имел чин подполковника и, как многие офицеры, часто менял место службы (разумеется, не по собственной прихоти, а по приказу начальства). Так что город Звягин не был Гоше родным городом — семья Рябининых переехала сюда полтора года назад с Дальнего Востока, где тогда еще майор Рябинин служил… тьфу ты, господи, опять военная тайна!
Полтора года — целая вечность для двенадцатилетнего мальчишки, который всю свою жизнь переезжает с места на место, и Гоша, привыкший к самостоятельности, успел хорошо изучить город Звягин и полюбить его неброскую красоту.
Вообще-то в свидетельстве о рождении Гоша был записан как Игорь, но родители и старший брат с самого раннего младенчества звали его Гошей, к чему он привык и новым знакомым всегда Гошей и представлялся.
Той ранней осенью, когда началась вся эта история, Гоша пошел в восьмой класс, то есть на самом деле в седьмой по счету, но восьмой по названию (чего не могут понять до сих пор ни Гоша, ни его родители, ни учителя, ни даже ваш покорный слуга, а только дяди и тети из Министерства образования России).
Почему в восьмой, спросите вы, когда, судя по количеству прожитых лет, он вроде бы должен идти в седьмой?
Объясняю.
Дело в том, что Гоша был в некотором роде вундеркиндом, но вундеркиндом особенным, вовсе не похожим на то замученное науками несчастное создание с не по-мальчишески серьезными глазами за толстыми стеклами очков, которое привычно рисует нам наше воображение
