бы прибить это ничтожество, да только он ему пока ещё нужен. Эх, было бы куда проще, если бы он мог просто объявить родовую войну этому щенку и забрать всё так, как и полагается. По праву сильного. Но, он не мог. На такое решение обязательно бы наложили вето в столице. Слишком уж многие знают о его тёмных делишках с китайцами. И давать лишнее возможности тоже никто не хотел.
Григорий привык решать проблемы двумя способами. Тех, кого можно было подкупить — он просто покупал. Тех, же, кто оказывался слишком глуп и самонадеян для того, чтобы согласиться, он просто устранял. У Григория имелся богатый опыт и хорошие исполнители.
Правда, порой они выполняли его приказы с излишним усердием.
В любом случае, он был осторожен и никогда не действовал там, где мог привлечь излишнее внимание. В этом крылась одна из причин, почему он перебрался из близких к Европе регионов сюда, на дальний восток. Тут ему было куда проще проворачивать свои дела с Китайским Царством. Да и нравы здесь были... более жёсткими и прямолинейными.
Что, впрочем, его более чем устраивало.
Ведущая в кабинет дверь распахнулась и в неё влетел личный помощник Варницкого. Он на мгновение замер, увидев окровавленного Коршунова у ног своего хозяина, но практически сразу же забыл о нём, едва вспомнив, что именно привело его сюда.
— Господин! Кто-то ударил по нашим складам в городе.
— Что? — Григорий даже на мгновение растерялся. Не от испуга, нет. Просто он не мог поверить в то, что кто-то позволил себе такую наглость.
Он уже несколько лет строил свою репутацию здесь, во Владивостоке. В первое время ещё появлялись идиоты, которым хватало безмозглой храбрости на то, чтобы покуситься на то, что принадлежало ему. Но его люди быстро объяснили таким, что может произойти в подобном случае.
Как правило, особо храбрые потом выезжали на прогулку в лес. Чаще всего в разных пакетах.
— Вот, господин, — дрожа произнёс помощник и протянул барону планшет.
Ему хватило одного взгляда на фотографию. Один из крупнейших железнодорожных товарных складов, что находились во Владивостоке и принадлежали его семье — горел. Он выглядел так, будто кто-то обстрелял его из артиллерии.
Отпихнув своего поморника, Дарницкий резко подошёл к широким дверям, что вели на балкон и вышел наружу. Ему хватило пары секунд для того, чтобы увидеть далекий столб дыма, что поднимался в воздух.
Пальцы сжались с такой силой, что устройство в руках треснуло и разлетелось вдребезги, будто сделанное из тончайшего стекла.
— Мелкий, поганый, ублюдочный паршивец... Валентин!
— Господин?
Где-то в дали, в городе произошёл ещё один взрыв. Примерно там, где должна была находится стоянка для принадлежащих Варницкому поездов.
— Найди ублюдка и прикончи его... нет! Доставь его ко мне. Я сам убью этого недоноска.
— С превеликим удовольствием, Ваше Благородие.
На лице начальника гвардии появилось выражение, которое многие люди видели перед тем, как отправиться на свою последнюю прогулку в лес.
***
— Красота, — злорадно улыбнулся я, стоя на крыше какого-то пакгауза и наблюдая за тем, как огонь распространялся всё дальше и дальше по территории технической мастерской. — Слушай, а что это там так здорово горит?
— Так ГСМ, наверное, — предположил Кузнецов, стоя рядом со мной.
Пылало уже всё. Пустые грузовые вагоны, что стояли на путях. Несколько локомотивов. Ремонтное оборудование. Ещё немного и скоро от этого места останутся только угли.
— А мы не перебарщиваем? — поинтересовался стоящий рядом со мной Кузнецов, наблюдая за происходящим в бинокль.
— А, что толку себя сдерживать? Все, кто там был, уже свалили едва только мы начали.
Мы же не звери, какие-то. Тем более, что ночью тут кроме нескольких охранников, да поздний смены из дюжины техников и не было. А эти разбежались в тот момент, когда прозвучал первый взрыв. Первый выстрел специально сделали по стоящим в отдалении двух крупным локомотивам. Я заранее просканировал местность, чтобы быть уверенным в том, что мы никого не зацепим.
Нет. Всё же отличная ночь для того, чтобы устроить небольшую войну.
Ребята Кузнецова оказались очень легки на подъём. Мы с Николаем не успели добраться на попутке до города, а Андрей и его ребята на четырёх внедорожниках уже ждали нас в оговоренном месте.
Дальше всё пошло быстро.
Я приказал отправить парня домой и приставить к нему охрану. Не хватало ещё, чтобы он пострадал из-за моих разборок. Он и так всё ещё находился в шоке после случившегося. До сих пор помню, с какой болью он смотрел на искореженную и убитую машину отца, что догорала на лужайке перед моим поместьем.
О, нет. Такое я оставлять без ответа не собирался. Эта ночь только начинается. Ночь отмщения. Эта мразота решила, что может ударить меня! Я докажу, насколько ошибочно было подобное мнение.
— Эй, босс, может я ещё раз жахну? — с задором поинтересовался один из бойцов Кузнецова, таща на плече пусковую ракетную установку.
— Обязательно бахнем, Паша, — мечтательно сказал Андрей, глядя на то, как в километре от нас горела собственность Варницкого. — Но потом. Тем более, что у нас этих малышек всего три штуки осталось. Остальные же Костя с собой забрал. Кстати, Влад, ты так и не сказал, откуда они у тебя?
Последний вопрос предназначался уже мне, на что я весело усмехнулся.
— Места знать надо.
Да. Похоже, что следующий перевод от Габриэлы будет меньше, чем я рассчитывал. Сильно меньше.
Отправив Николая домой, я связался с моей знакомой итальянкой. Помню ведь, что хранилось на складе в порту. Пришлось немного поругаться, но я смог убедить её в том, что всё это пойдёт на благо. В защиту, так сказать, наших общих интересов.
Когда мы с Кузнецовым добрались до порта, то я открыл им доступ к подземному складу с контрабандой, что возили через Владивосток итальянка и её семейка. Ох, надо было видеть их лица. Словно Новый год наступил на шесть месяцев раньше. Ага. А я грёбаный Дед Мороз.
А-то, не дело это, начинать войну без хорошего запаса чего-то крайне взрывоопасного.
— Что по полиции? — поинтересовался я.
— То, что я и ожидал, — отозвался Кузнецов. — Хаос и паника. Они пока без понятия, что именно произошло. Но, это ненадолго. Чем скорее мы закончим — тем лучше... так погоди.
Андрей чуть наклонил голову, прислушиваясь к голосу в наушнике.
— Приближаются пять
