отпустили, надо пользоваться возможностью. По прибытию домой запираюсь в подвале и погружаюсь в медитацию. Первым делом отстраненный анализ и поиск возможностей для рода. Важная составляющая — появление в гвардии боевых магов. Но здесь мешает проблемная репутация моего рода. Да, все знают, что я юный самородок, но в то же время известно, что большинство активов Филиновых принадлежат другим сильным родам, которые не прочь избавиться от меня. Кого-то всё равно наберем, и я уже дал задание Алисе с Василисой начать рекрутский процесс, но этих «кого-то» явно будет недостаточно. Возможно, вместе с Камилой мы усилим часть наших преданных гвардейцев и обратим в магов. В этом направлении точно стоит работать.
Второй мой изъян — отсутствие клана. С недавних пор я стал графом, но вассалов-дворян у меня нет. В принципе можно было бы забрать к себе Соколовых и Енеревых, но тут надо общаться с Великопермским. Князь не отдаст бесплатно крепкие рода, нужно договариваться. Лучше уж объединяться с московскими дворянами, но таких желающих еще искать и искать.
Третье — личная сила. Я далеко не слабак, но отсутствие магов и клана требует большой компенсации за счет собственной мощи родоначальника. А значит, качаемся.
Я ныряю в мираж с солнцем и морем. С недавних пор сюда же в компанию к Вороновому и Дубному подселил и Егора-«кровника». Как раз он сейчас и дрыхает на шезлонге, закрыв лицо книжкой.
— Привет, — бросаю. — Как занимается?
— О! Шеф! — тут же подскакивает он, сбрасывая книжку. — Да я вот читал основы по магии, да и уснул чего-то.
— Понятно, — а ведь не врет — правда, под «Основами» храпел. — Ну продолжай грызть гранит науки, а я пойду проверю твоих сожителей.
— Ага-ага, — он, демонстративно нахмурив лоб, склоняется над книгой и перелистывает страницу.
Заворачиваю на виллу. В библиотеке устроились Дубный с Вороновым, причем хорошо устроились — сейчас вовсю рубятся в настольный теннис. Воронов явно выигрывает.
— Не помню, чтобы я размещал в библиотеке теннисный стол, — задумчиво смотрю на стол, моргаю — и он резко исчезает.
— Шеф! Ну ты что⁈ — вскидываются оба легионера.
— Для игр есть игровая комната, — пожимаю плечами. — Захотите сделать перерыв — сходите туда, не развалитесь, тем более что вы всего лишь бестелесные слепки сознаний.
— А вот сейчас обидно было, — замечает Воронов.
— На правду не обижаются, — парирую. — Дубный, пошли со мной. Надо тебя обучить одной каменной технике.
— Так может, я по старинке? — кивает рыжий на полки с книгами. — Мне даже стало нравиться читать.
— Чтение никто не отменял, — я подхожу ближе к здоровяку и тыкаю пальцем в его лоб. — Но приоритетные техники мы можем и по-быстрому изучать.
Передаю через ментальное касание технику дискомета, и Дубный удивленно хлопает глазами. А в следующее мгновение я забираю богатыря с собой в реальность, и мы оказываемся в подвале.
— Пробуй, — киваю на макивары и передаю каменщику контроль над своим телом.
Дубный формирует каменный диск у меня в руках, правда, почему-то весь в дырках, как голова сыра.
— Хм, а вентиляция зачем? — удивляюсь. — Давай заново.
С третьей попытки получается сплошной гранитный диск. Но дальше возникает проблема с метанием, всё же скилл очень оригинальный для каменщика. Постепенно Дубный приспосабливается и даже сбивает пару макивар.
— Ну как? — рыжий выпрямляется, весь переполненные гордостью.
— Они еще должны возвращаться обратно в руки, — задумчиво роняю, и Иван, громко матернувшись, принимается создавать новые диски.
Возимся до ночи, но зато Иван наконец осваивает бумеранговые броски. У меня, кстати, они быстрее получаются, но я уже привык осваивать техники чужеродной магии. Когда я наконец заваливаюсь к себе в постель, Лакомка оказывается тут как тут. Моя рука оглаживает ее мягкое бархатное бедро, альва довольно мурлычет, так и засыпаю под ее тихий голос.
Утром отправляюсь в Академию. Пары еще не начались, но мне нужно обсудить со своим замом итоговое расписание на семестр. Таков порядок, как сказал Фирсов. Причем Смородина наотрез отказалась ехать ко мне домой, да и принимать меня у себя тоже. Как выразилась Екатерина, «нужна нейтральная территория». Кафе и кофейни тоже были отвергнуты с комментарием «это не свидание». Мда, девица мнительная до жути.
Монументальное здание Академии ощущается непривычно пустым. Я здесь еще никогда не был, но чувствую, что эти широкие коридоры обычно бурлят потоками студентов. Широкий холл с колоннадами остается позади, и я захожу в приемную учсовета.
— Данила Вещий-Филинов, — представляюсь веснушчатой девушке за столом. Она как раз уминает пирожное с чаем. — Староста группы первого курса, специальность Устранители, факультет Телепатии. Можно ключи от свободной аудитории? Мне предстоят рабочие переговоры со своим замом.
— Могли бы просто пойти в кафе, — девушка, пожав плечами, достает ключи из шкафчика на стене.
— Я заму так же сказал, — со вздохом отвечаю. — Но, видимо, она бережет фигуру. Спасибо.
— О, явился, Вещий! — громкий противный голос режет по ушам как пила. — Даже не ожидал тебя застать! Ну, пойдем теперь на учебную арену!
Оглядываюсь. Скотина Костя Митович собственной персоной. Да еще с двумя прихлебателями. Думают, вместе устроить мне темную на арене? Или неужели Митович набрался честности схватиться один на один? Плевать. Выродок у меня еще за Лакомку не ответил, отцовский ремень не считается.
— Конечно, пойдем, — киваю спокойно, соблюдая приличия. — Я буду очень рад занятиям со старшими товарищами.
Глава 14
Права за рубежом
— Арена закрыта, — равнодушно замечает веснушчатая девушка, с грустным вздохом посмотрев на пирожное. Выражение ее лица недвусмысленное: мол, и зачем же вы все тащитесь сюда, отрываете меня от серьезного занятия? Полностью разделяю ее мнение — пирожное офигенное. Торт «птичье молоко», ммм, пальчики оближешь. — Пары еще не начались.
— А у нас есть пропуск, — Костя Митович с ухмылкой достает пластиковую карточку. — Фехтовальный клуб. У нас поручение от мастера подготовить арену к сезону.
— Ладно, — глянув на карточку, девушка достает из того же шкафчика новые ключи. — Сегодня учсовет работает до часу. Верните ключи до этого времени.
— Конечно, мы успеем, — Митович удивительно радостен. Мазохист какой-то. — Ну, что Вещий пойдем на твой первый урок?
Его прихвастни ржут, да еще так заразительно, что я тоже
