Пока люди Эствы спорили, кому идти под кулаки Ларика, Драмир с помощью друзей приводил в себя Каспера. Кое-кто втихую предлагал устроить свалку – бой группа на группу. В таком случае люди Вирабле имели больше шансов на победу. А так, один на один, только Драмир и Ларик могли противостоять оппонентам на равных.
– Побьет Ларик их человека – тогда, – предложил Драмир. – Чтобы тех поменьше было.
– Так и сделаем, – прохрипел Каспер, которого уже привели в чувство и отпаивали водой. – А этому гаду я сверну шею. Сволочь!..
Хозяин гостиницы на предложение сдать в аренду лошадей минут пять хмыкал и качал головой, глядя на нас маленькими хитрыми глазенками. Оценивал по внешнему виду платежеспособность. И прикидывал, стоит ли связываться с такими проходимцами – вдруг заплатим фальшивой монетой или обсчитаем? А потом назначил цену.
– Идет, – не стал я торговаться.
– И если с лошадьми что-то случится – с вас убытки.
– Хорошо.
– Слушай, а что за шум? – спросил хозяина Марк. – Свара, что ли? Орут как бешеные…
– А-а, это! – махнул рукой тот. – На заднем дворе у конюшни слуги рыцарей спор затеяли, кто сильнее в бою.
– Соревнования? Чего это им в голову взбрело?
Хозяин удивленно посмотрел на нас и ответил:
– Как обычно. Они, почитай, каждый раз устраивают бои. То на кулаках, то на палках. А кто с господином в отряде ходит, тот даже на мечах. Деревянных, правда.
– Турнир, епона мать! Чемпиона выбирают.
Это слово хозяин не знал, вопросительно глянул на Марка, а потом сказал:
– Лошади на конюшне. Пошли выбирать. Только сразу говорю, вороных не дам. Выбирайте других.
– А много их у тебя?
– Увидишь.
Крики, стук палок, хеканье, ругань и топот ног мы слышали еще, когда шли сюда. Но тогда не обратили внимания, думая, что кто-то из прислуги выясняет отношения. И только теперь сообразили, что шум длится слишком долго для обычной разборки. А сейчас, выйдя со двора к конюшне, еще и увидели местный вариант чемпионата.
Метрах в тридцати от конюшни на довольно большой площадке столпилось человек двадцать. Все молодые, до сорока лет. Разного роста и телосложения, в далеко не новой, штопаной одежде. У многих в руках палки, небольшие щиты, кастеты.
Толпа стояла по периметру площадки, окружив двух мужчин, бившихся в центре. Каждый вооружен щитом и деревяшкой, выструганной под размер среднего меча. На головах теплые шапки, на теле – кожаные нагрудники. На руках щитки.
Пара бойцов неторопливо двигалась по кругу, то и дело нанося друг по другу резкие удары. «Мечи» глухо стучали по щитам, изредка попадая по нагруднику или шапке. Пот тек на глаза, лица красные, дыхание сбито. Видно, что оба вошли в раж и не хотят останавливаться. Хотя силы покидали их и каждый последующий удар был слабее предыдущего.
– Добросовестные парни, – заметил Марк. – Вон как лупцуют. Только техника однообразная. Рубящие по шее и рукам. На ноги мало внимания обращают. Явно не знают, как «завести» меч.
– Что ты хочешь! Приемы простые, однообразные, а нормальное фехтование знают единицы. Да и уровень-то…
Хозяин, что шел впереди, услышав незнакомый язык, обернулся и бросил на нас настороженный, даже подозрительный взгляд. Опять посмотрел на одежду и… молча пошел дальше.
Я толкнул Марка в бок – потише, мол, болтай. Не дома.
Благодаря небольшим прямоугольным окнам под потолком конюшня была довольно прилично освещена. Два ряда стойл, почти все заняты. Крепкие перегородки и запоры, в стойле охапка сена, в нише вода. Кони ухоженные. Видно, что деньги постояльцы платят не зря.
В принципе иного и быть не могло. В эту эпоху лошадь – главное богатство. За одного породистого скакуна на Руси, например, можно было купить две-три деревни. С населением, разумеется…
Хозяин провел нас в самый конец, где и воздух почище, и свету побольше. Указал на стойла с левой стороны:
– Смотрите. Этих двух не дам, а остальных выбирайте.
Оценив вид пары вороных жеребцов, я подошел к другим стойлам. Там были кобылы. Выглядели они не так представительно, как вороные, но вполне нормально с учетом недальней дороги и кратковременности аренды.
– Эта и эта, – ткнул я пальцем в двух лошадей.
– Ладно. Три монеты.
Я вложил в широкую, покрытую мозолями ладонь хозяина три монеты, отлитые из сплава серебра и меди.
– До вечера, – напомнил уговор хозяин.
– Да. Где седла?
– Сейчас принесу.
– Езжай сразу, – сказал я Марку, когда хозяин отошел от нас. – Я буду ждать в комнате. Наверняка вся группа уже здесь, так что вы обернетесь быстро.
– Хорошо. Только ты тут поосторожнее.
– Ясен пень.
Выходившего из конюшни хозяина остановил один из слуг. Сплевывая кровь из разбитой губы, он хрипло выдохнул:
– Это кто такие?
– Кто?
– Двое здоровяков, что зашли в конюшню?
– Да так, – пожал плечами хозяин. – Постояльцы. Приехали сегодня. На третьем этаже остановились.
– На третьем? – переспросил слуга и ощерился.
Вопрос не простой. Здесь этаж играл роль своеобразного мерила общественного положения. Чем выше ранг – тем ниже этаж. Если эта парочка с верхнего этажа, значит, они бедняки. А с них можно при случае и содрать отступные. За то, чтобы целыми отсюда убрались.
Знать бы еще, кто их господин. Чтобы тот потом претензий не предъявлял.
– За сколько они заплатили?
– За день.
Слуга растянул улыбку еще шире. Приехали без господина, одни. Иначе бы заплатили больше. Значит, это либо местные (что не очень хорошо), либо вольные. Охотники там, рыбаки… Есть шанс повеселиться. Неплохой шанс.
Отпустив хозяина, слуга подошел к своим друзьям и что-то зашептал им. Звали слугу Каспер…
Город постепенно наполнялся людьми. Приезжали новые рыцари, кто-то со свитой, кто-то в сопровождении только одного оруженосца. Кто-то и вовсе один.
С окрестных деревень к городу и замку потянулись длинные обозы. Охотники везли кабанов и лосей, забитых недавно. Из деревень везли хлеб, пиво и овощи. Рыбаки спешили показать богатый улов. Пастухи гнали коров, баранов и свиней. Можно будет подать к столу запеченные и зажаренные целиком туши.
Мастерские города работали без перерыва. Кузнецы, кожевенники, оружейники, ткачи, повара. Седла, сбруя, подковы, одежда требовали ремонта. А то и замены. Оружие требовало ухода – чистки, заточки и смазки. Нуждались в ремонте повозки и телеги.
Ну и конечно, требовался отдых людям. Поэтому вскоре все места в трактирах и гостиницах были заняты. И те, кто приехал позже, искали для себя угол в домах горожан и в ближайших деревнях. Из-за толчеи и сутолоки возникали короткие ссоры и свары. Иногда дело доходило до драки. Но оружие пока никто не обнажал.
