Если бы по ним врезали из четырех дробовиков - дело совсем другое. Примерно половина выбыла бы сразу.
Засада была устроена грамотно, им просто не повезло, что я на них наткнулся. А теперь главное - чтобы не пристрелили.
Упокоив по дороге двоих мертвецов, я добрался до края дома и, не высовываясь крикнул:
— Парни! Я свой!
— Свои в такую погоду дома сидят, телевизор смотрят, - был ответ.
Дурацкий какой-то. Во-первых, погода прекрасная, во-вторых, чтобы смотреть ящик нужно электричество. А его нет. Да и если тратить топливо дизельных генераторов на такую ерунду, то вещания все равно нет. Заглушили все, что имелось. А аналоговая сеть с телевышек давно уже не пашет. Только эфир и кабель.
Разве что через короткие волны можно что-то поймать. Если старые советские приемники, конечно, остались. Черт его знает.
— Да это я снайпера снял! - крикнул я. - И урода второго подстрелил тоже я! Не стреляйте, я выйду!
Быстро отсоединил магазин, поднял руки вверх и вышел в переулок. Если расстреляют, значит, так мне и надо, что каким-то непонятным типам доверился.
А ведь у них раненые есть, как минимум двое. Один сейчас плечо себе перематывает, второй присел, штанина кровью пропитана. Дробь или автоматная? Хрен его знает, но артерию явно не порвало, иначе уже отъехал бы.
— Добрый самаритянин типа? - спросил один из них, высокий мужчина с короткой стрижкой и окладистой бородой.
Такие не все себе позволить могут носить. Особенно сейчас, когда вашей наверняка развелось… Я вот побрился первым же делом, как свободный вечер в санатории был.
— Откуда? - спросил он.
Называть свою принадлежность к одной из группировок не хотелось, они могут оказаться с ней на ножах. Или обман раскроют и начнутся вопросы. Но говорить, что я снаружи, тем более.
— Санаторский я, - решился я наконец. Это не совсем враньё, да и база за городом находится, так что меньше шансов, что тут имеет место конфликт интересов.
— Санаторский? А чего тут делаешь?
— Это важно сейчас? - спросил я. - У тебя раненые, скоро зомби сюда придут. Здесь подъезд есть чистый, там укрыться можно.
— Завести нас куда-то хочешь?
Вот ведь параноик.
— Зачем мне вас куда-то заводить, я бы ещё из окна половину из вас перещелкал бы. К тому же я-то с тобой пойду, и, если что, первая пуля моя.
— Логично, - хмыкнул он. - Ладно, Женя, Иван, трофеи соберите, только в дома не лезтье. Остальные, пошли.
Я мог сказать, что трофеи принадлежат мне, ведь и снайпера, и второго парня, что сверзился из окна, завалил я. Только решил не жадничать. У меня и так два лишних автомата и боекомплект. И это я в мешки убитых бандитов ещё не лез. Унести бы все.
Мы двинулись в парадную, где я убивал бандитов. Внутри все оказалось по-прежнему, кроме того, что сверху в проем между пролетами лестниц капала кровь. Немного, ну уже образовалась лужица на полу.
— Бандита на лестнице прирезал, - пояснил я. - Вот и капает.
Первыми вошли бойцы, убедились, что все действительно безопасно. Потом внутрь завели раненых, и носильщики стали затаскивать тележки. Парадные просторные в этих домах, будет, куда их поставить.
— Переждать придется, - сказал старший своим товарищам. - А потом двинем, только другим путем. Зомби жрать будут, того, что упал, потом разбредутся. Чисти их теперь снова.
Похоже, что я был прав.
— Андрей, - протянул он мне руку.
— Свят, - ответил я.
— Святослав? - спросил он.
— Не, - я покачал головой. - Позывной такой.
— Ну давай наверх поднимемся, Свят, - сказал он. - Перетрем.
Глава 3
Мы поднялись в ту квартиру, откуда я стрелял. Андрей только хмыкнул, посмотрев на труп с перерезанной глоткой, про второго, расстрелянного из пистолета, тоже ничего не сказал. Уселся на диван, положив свой автомат на колени.
Дурачок или просто доверяет мне? Ясное дело ведь, что при незнакомом человеке с непонятными мотивами садиться нельзя. Во-первых, диван низкий, быстро встать с него не получится. Во-вторых, мягкое сиденье само по себе расслабляет. А этот уселся.
— Из санатория, значит, пришел? - спросил он. - Ну и как у Славы дела? Все командует у вас?
— А у нас нет Славы, - я улыбнулся. - Пробить меня пытаешься?
— Ну, надо же удостовериться, - ответил он.
А ведь он не боится. Мне просто руку с автоматом поднять и навестись, я его свинцом нашпигую. И внизу не факт, что услышат, ствол-то у меня с глушителем, а дверь мы предусмотрительно закрыли.
— Слушай, Андрей, - сказал я. - Если б не я, вы сейчас там на улице лежали бы, а добро ваше эти уроды потрошили бы. Их восемь человек было, стали бы стрелять первыми, две минуты и конец войне. Все бы полегли. Понимаешь?
— Понимаю, - уже серьезно подтвердил он.
— Так что давай в игры эти играть не будем, - сказал я. - Я из санатория. У меня дело в городе, на которое я один пошел, потому что остальные не согласились. Но про него я тоже кому попало рассказывать не могу, скажу только одно, оно не с тем, чтобы нажиться связано.
— Ладно, Свят, давай заново начнем, - вздохнул он. - Как Стас поживает?
— Нормально он поживает, - ответил я. - В последний раз, когда виделись, они в город собирались ехать. А тебе в этом интерес какой?
— Да, дела вели раньше, - сказал он. - И до всего, и после уже. Продукты для санатория он у меня закупал, у меня большая продуктовая база была. Ладно хоть люди нормальные работали, с которыми даже сейчас не пропадешь.
— Только вот хозяин базы ты, а караван сам ведёшь, - сказал я. - Что так?
— Ну то, что у меня продукты есть, меня старшим ещё не делает. Жратва - это не все, что людям нужно. Ещё сила требуется для того, чтобы всех защитить. Если понимаешь, о чем я. Вот и мне пришлось к таком сильному прибиться.
Более-менее ясно. С одной стороны, запаса еды лишился, а с другой - не поломойкой же работает, и не говночистом, караван водит. Тоже почетная должность должна быть. Пусть товар, наверняка, большей частью и не его.
— Где квартируетесь? - спросил я.
— А тебе в этом какой интерес?
— Знать хочу, где нормальные люди сидят, - я пожал плечами. — Мало ли, попутным ветром занесет.
— В промзоне мы сидим, на фабрике ткацкой, - ответил
