ночи.
— Вот суки, — сказал Рома, глянув в окно кухни. — Слышь, Витька, ты посиди у меня. Не выходи пока. Там Нокин как раз шастает. С дружками. Приперся. Вспомнишь о дерьме, оно всплывает.
Я подошел к окну. Оно выходило во двор. Да, и вправду Нокин. И с ним еще трое.
Сидят на низкой изгороди, курят. О чем-то болтают.
— О, это очень кстати, — сказал я. — Пойду, поговорю с ним. Чтобы он отстал от тебя.
Рома удивился.
— Ты шутишь, что ли? Тебя Нокин вообще ненавидит. На куски порвет. Забыл, что в прошлый раз за гаражами было?
Нет, не забыл. Но тогда все было по-другому. Я сам был другой.
— Ничего, может, обойдется, — я покачал головой и направился к выходу. — Рома, давай, выздоравливай. Чай потом попьем.
— Подожди, какой же ты идиот, — Рома хотел остановить меня. Но не успевал за мной со своими переломами. — Они же из тебя фарш сделают.
Потом увидел, что я все-таки ухожу. И тоже начал обуваться. С собой взял палку для битья ковров.
— Я тебя просто так не отпущу, — заявил он. — Хоть одному, но голову проломлю.
Я улыбнулся.
— В этом нет необходимости. Просто побудь в сторонке. И обещай не вмешиваться.
Мы вышли из квартиры и спустились вниз по лестнице.
Глава 21
Возвращение
Мы вышли из дома. Нокин с друзьями сидел на противоположной стороне двора. На изгороди. И на бордюре.
— Слушай, Витя, давай потом? — отчаянно прошептал Рома. — Давай соберем толпу. И поговорим с ним. Чтобы раз на раз. Как ты хотел.
Я пошел к Нокину. Они уже как раз заметили нас. Лениво обменялись комментариями.
— Нет, зачем? Их же так мало. Да и что, опять за ним гоняться?
Рома обреченно вздохнул. Поплелся сзади.
— Ты стой здесь, — сказал я ему. — Не подходи. Если что, беги за подмогой.
Приятель остановился. Положил палку на плечо.
— За какой подмогой? Никто не придет. Если что, только за скорой.
Я кивнул. Дождался, пока Рома сядет на скамейку возле детской площадки. А сам отправился дальше.
Нокин и еще один его дружбан сидели на невысокой изгороди. Из железа. Изгородь окружала газон возле первого этажа противоположного здания. Решетка в виде всяких затейливых узоров.
Рядом на бордюре еще двое. Один из них, кстати, тот самый здоровяк, что помогал Нокину избивать меня. В начале лета.
— Ты чего хотел, пацан? — спросил Нокин. Потом удивленно уставился на меня. — Это ты, что ли? Да ты совсем другой стал. Хорошо, что ты пришел.
Тот, другой, рядом с ним, усмехнулся.
— Хорошо, что сам пришел. Теперь не надо за тобой…
Я не стал дожидаться. Все равно понятно, чем все закончится.
Поэтому я просто саданул его ногой в грудь. Прямой удар мае гери. Также, как привык у себя в лесу. По камню.
Парень был вообще не готов к нападению. От моего удара отлетел назад. Запутался там, среди кустов и деревьев, растущих в садике перед домом. Побарахтался чуток и застыл на земле.
— Ах ты сука, — и Нокин, и его дружбаны вскочили с места.
Бросились на меня. Явно рассчитывая быстро расправиться.
Один из них оказался быстрее. Он сидел ближе всех. И тут же очутился рядом.
Я пробил в него длинный прямой татэ цуки. Левой рукой. Кулаком, расположенным вертикально. Сам не знаю, почему поставил кулак таким образом.
Правой рукой прикрывал корпус. Левым предплечьем — подбородок. Удар получился сильный. От души. Как я и привык бить в лесу.
Бабах! Он тоже метил мне кулаком в лицо. Попал. Задел лоб по касательной. Но я не обратил внимание.
Мой кулак впечатался ему в нос и щеку. В следующее мгновение парнишка отлетел назад.
Врезался в изгородь. Перевернулся через нее. Тоже воткнулся в землю в огороде. И остался там лежать.
Впрочем, плевать. У меня больше насущных проблем. С другой стороны на меня навалился здоровяк.
И где-то там мельтешил Нокин. Он слишком хитрый, чтобы нападать первым. Предоставил эту честь своим вассалам. А сам делал вид, что готов к бою.
Здоровяк рад стараться. Выше меня на голову. Широкие плечи, пудовые кулаки. Круглая стриженая голова, красное от злости лицо. Пока я рубил других, он разогнался до нужной скорости.
И ударил меня кулаком.
Попал по затылку. Я успел убрать голову. Успел уложить второго. И теперь мог заняться амбалом вплотную.
Но не успел. Как раз в это мгновение здоровяк налетел на меня.
Видимо, рассчитывал сбить с ног. Массой своего немаленького тела. Для него это наверняка привычный прием. И одновременно добить кулаками по голове.
К счастью, я удержался на ногах. Вовремя повернулся к нему.
Там, в лесу, у меня было упражнение на устойчивость. Я набивал мешок землей и мелкими камешками. Раскачивал и вставал на его пути. Пытался противостоять ударам.
Сначала мешок все время сбивал меня с ног. Я не прекращал упражнения. А потом я уже стоял, не шелохнувшись.
Вот и сейчас я успел упереться ногами. Сгруппировался. Принял нападающего на плечо и бок. Голову прикрыл блоками.
Получилось. Черт подери, получилось. Я устоял под напором противника. Причем так хорошо, что он не ожидал этого. Ударился об меня, споткнулся о мою ногу, отшатнулся назад.
И упал. Прямо на тротуар. Свалился с громким шлепком. Набок. В отличие от других, не полностью выведен из строя. Так что, сейчас еще добавит неприятностей.
Поскольку Нокин так и маячил где-то на заднем фоне, я решил добить громилу. Тот как раз заревел: «Убью, сука!». Поднялся на четвереньки. Лицом вниз.
Я подскочил к нему. И пнул в бок со всей силы. Между прочим, в кедах я чувствовал себя неуютно. Непривычно.
Но что делать? На тротуарах полно острых камешков, гвоздей и битого стекла. Поэтому, как в лесу, босиком ходить не получится.
Поэтому прямой удар ногой, мае гери, получился смазанный. Но все равно сильный. Парень отлетел дальше по тротуару. Только и успел охнуть.
Там уже согнулся от боли. Кажется, я попал ему в печень. Специально хотел ударить побольнее.
Угрызений совести по поводу избиения лежачего я не испытывал. Ну, а какого дьявола? Когда они метелили меня втроем, тоже не церемонились. Так что, теперь пусть получают ответку.
Так, что там у нас с Нокиным? Я заметил движение краем глаза. Периферийным зрением. Резко обернулся.
Нокин отбежал еще дальше. Изворотливый крысеныш. Понял, что сила не на его стороне.
— Ты труп, Витя! — визгливо закричал он, уставив в меня палец. — Я тебя из-под земли достану! Тебя и твоего
