но они тут же пришли в себя и уже метнулись обратно. Добрый десяток пауков бросился сквозь языки пламени и теперь вел безмолвную битву в дыму, поднимаясь на дыбы и замахиваясь на Эву острыми как бритвы конечностями.
Она стукнула кулаком по раздутому брюху одной твари и разбила ее в блестящую пыль и брызги пылающей жижи. Эва отшвырнула останки и поймала другую тварь прямо в прыжке, когда та уже собиралась обхватить ее острыми лапами. Кончик зазубренного кристалла разодрал ее одежду и цепь, но на коже, ставшей твердой как сталь, оставил только неглубокие царапины. Ее губы изогнулись в злобной ухмылке, и она раздавила оскольчатую тварь руками. Двое уничтоженных за пару секунд. Она извлекла нож и принялась за работу, словно божество битвы, разрушая все на пути. Неужели это ей я врал, с ней заигрывал? Быть того не может.
Ко мне возвращался слух, а Шадея и Киллиан выпускали в оскольчатых ослепительные раскаленные залпы энергии, превращая их в трясущиеся и дергающиеся остовы из почерневших кристаллов.
Пироманты извергали в воздух пещеры ревущие струи пламени. Раскалившиеся докрасна оскольчатые верещали со скрежетом раздираемого металла, отчего у меня поползли мурашки по коже. Киллиан подняла руку, чтобы вытянуть влагу из воздуха, камня и со дна озера, и сформировала стену воды, а потом ударила этой волной в раскаленных демонов. Они разлетелись осколками, как стекло, вверх поплыли клубы пара. Уцелело всего несколько тварей, но они были в трещинах и истекали зловонной светящейся жижей.
С потолка соскочил последний громадный паук, приземлился прямо перед Киллиан и встал на дыбы, направляя острые лапы ей в лицо. Она быстро пригнулась, отступила и окружила демона сферой черной воды, скрыв его с наших глаз. Острые конечности вырывались из сферы и наносили беспорядочные удары в слепой охоте за своей мучительницей. Наконец оскольчатая тварь рухнула на пол и больше не шевелилась.
– Впечатляюще, – сказала Шадея.
Комплимент от нее был редкостней бриллианта чистой воды.
– В записях Византа утверждается, что оскольчатые твари дышат светом, а не воздухом, – сказала Киллиан. – Вероятно, их оставили здесь во тьме в качестве ловушки, и свет фонарей вывел их из спячки.
Водяная сфера разрушилась, с плеском рухнула и излилась в яму. А Шадея выбросом энергии разрубила надвое крупного паука. Пещера содрогнулась, а затем послышался шум падения нескольких невидимых камней.
Шадея осторожно поддела тушку мыском башмака.
– Нужно выяснить, что за сила позволяет этим тварям выживать в Сетарисе и кто за этим стоит.
Она перевела встревоженный взгляд на меня.
Эва с хрустом прошлась по разбитым кристаллам, невзирая на то, что осколки прорезали кожу ее сапог. Она быстро передавила все, что еще дергалось.
– Мне казалось, ты говорил, что это опасно? – сказала она, убирая нож.
Из неглубокой царапины на пол упали несколько капель ее крови.
И тут пол пещеры обрушился.
Я нырнул в ледяную воду. Фонари, постепенно тускнея, опускались на дно, в сгустках тусклого света я почти ничего не видел, тяжесть кандалов увлекала вниз. В меня врезалось что-то крупное, и я опрокинулся с резкой болью в боку. Я кричал, изо рта булькали пузыри. У воды был вкус железа и соли. Дар внезапно раскрылся, заставив меня содрогнуться. Мартену меня сейчас не достать. Сознание взорвалось. Маги барахтались надо мной, излучали панику, пытаясь выбраться из воды. К ним бросилась масса хищного безумия.
В бедре шевельнулся Расчленитель. Странное оцепенение развеялось, пока черные ползучие завитки живого железа пробивались через бинты, меня терзала боль. Расчленитель возродился из моей плоти и пополз вверх по телу, оставляя болезненные уколы. Острие разрезало кандалы. Рукоять скользнула в ладонь.
Поток снес меня на край ямы, и дыра в стене затянула одежду – это был выход в подземный ручей, перекрытый кем-то в спешке, чтобы удерживать в озере существо.
Над головой взорвались вспышки света, очертив контур чего-то крупного и бесформенного. Но для той гигантской твари, которую я видел в первый раз, оно было слишком ничтожно.
Жажда воздуха обжигала легкие. Я отталкивался от стены, пробиваясь вверх, пока наконец не вырвался из воды. Тяжело и жадно глотая воздух, я вцепился в стену и кашлял так, что из горла шел пар. Со мной рядом плавал один из стражей – половина торса была откушена, и оранжево-розовые внутренности извивались в воде. Над водой пронеслась струя пламени и объяла мясистую мразь. Из бесформенной кучи перемешанной плоти проросли руки, ноги и скрежещущие зубами челюсти. Существо выбралось из воды и поползло к напуганному пироманту. Пламя вспыхнуло жарче, маг дрожал в потоке проносящейся сквозь него силы. Масса скрученной плоти надвинулась на него, и его магия оборвалась с влажным хрустом. Раскаленные участки скалы светились огнем, но пламя мага не причиняло вреда колышущейся твари. Существо раздулось и поглотило его. Перепуганное лицо мага тонуло в туше, и свет разума у него в глазах постепенно сменился безумным голодом. Он взглянул в мою сторону, взвыл и щелкнул зубами.
Мой Дар внезапно погас, кто-то потянул меня сзади за шиворот и свалил на каменный пол. Вскрикнув, я взмахнул рукой, ощутил острие Расчленителя. Кто-то держал мое запястье.
– Тебе не уйти, – сказал Мартен, разворачивая меня к себе.
– Да ты что, – отозвался я и ударил его лбом в лицо. Глаза Мартена вылезли из орбит, и, разинув рот, он отшатнулся, из его носа полилась кровь. Слишком долго он имел дело с магами, полагавшимися на одно лишь мастерство. Я заковылял прочь, и Дар вскоре снова открылся.
Эва истекала кровью, на плече у нее зияла огромная рана. Я запнулся, разрываясь между необходимостью бежать и желанием помочь. Ее кожа была фактически непроницаема для острых лап оскольчатых, так как же… Ну конечно, тварь из озера питается магией и прогрызла магически укрепленную кожу.
Через мрак полетел рой зеленых огней, разрывавшихся в плоти твари. Десяток ртов одновременно заверещал и завопил от боли, а конечности молотили воздух и дергались. Кожа обгорела, но большего вреда твари это не причинило. На ее спине возникли глаза, выпучились, глядя на своего мучителя. Шадея вытянула из темной воды другого потерявшего сознание пироманта с глубокой раной на лбу, а потом хладнокровно выпустила копье света такой силы, что сожгло бы человека дотла. Но оно лишь проделало небольшое углубление на коже твари. Шадея что-то неодобрительно проворчала – провалилась и вторая ее атака.
Из туши проросли новые корявые конечности и потянулись к Шадее, та поморщилась и с ошеломляющей скоростью ответила десятком различных ударов – шарами огня и затвердевавшими в воздухе пурпурными кристаллическими дротиками.
