я не умею отпускать. Я в каком-то смысле, нет, даже в полной мере однолюб, и мне очень тяжело переключаться с одних отношений на другие. Нужно, чтобы прошло какое-то время. Я уже не испытываю к Диме никаких чувств, нет, ну разве только лёгкую досаду, что всё сложилось именно так… Но мне просто боязно снова нарваться на разочарование, понимаешь? Впрочем, так оно и случилось… Нарвалась!
Сзади кто-то громко всхлипнул, но Веда этого даже не услышала.
— Он никогда не был моим, — она криво усмехнулась и покачала головой. — Это я губу раскатала, размечталась, как дура. А сверху сказали: «Закатывай обратно». Всё, что помню, когда они с Аней встретились… как я бежала под дождём, словно в мыльной мелодраме, а потом ещё и в грязь пизданулась на глазах у всех…
Фиона едва удерживала ржач, закусывая верхнюю губу, чтобы не рассмеяться в голос и не обидеть и без того эмоциональную подругу.
— И с тех пор я как-то зареклась впускать кого-то в своё сердце. И когда за мной начал внезапно ухаживать Тугодумыч, у меня как будто включилось какое-то отторжение, почти отвращение к нему… Хотя он на самом деле замечательный парень, и я это прекрасно понимаю.
Она резко обернулась и метнула взгляд через плечо, словно проверяя, нет ли за спиной кого-то конкретного.
— А потом случился этот… Гад Ползучий!
— Так, окей, давай разложим по полочкам, — вмешалась Фиона, нахмурившись. — Значит, Дима номер один оказался гандурасом и свалил в закат со своей прошлой тёлкой. Дима номер два напоминает тебе Диму номер один, и поэтому не может лечь тебе на душу, насколько я правильно поняла. А со Змеёнышем-то что не так?
— В том-то и дело, что с ним одновременно и всё не так, и всё так! Как только я на него наткнулась, мне показалось, будто я знаю его всю свою жизнь, будто родного человека встретила. Но при этом что-то внутри меня настойчиво подсказывало, что он какой-то…
— Скользкий тип? — помогла ей Фиона.
— Вот именно!
— Так на то он и Уж, — квази отхлебнула полбутылки золотистой жидкости и довольно крякнула.
— Ты знаешь, наше знакомство выдалось ну очень странным. Я тогда удирала с того места, где заражённый трапезничал мудаком, который пытался меня изнасиловать. И я, если честно, неслась сквозь лес как в бреду, себя не помня. Замёрзла просто до костей и думала, что всё, умру прямо там под какой-нибудь ёлкой. А потом увидела слабый огонёк и палатки, страшно обрадовалась, потому что решила, что это наш лагерь. Но нет, ошиблась, это оказался лагерь Ужа и Эльбруса. Уж тогда сидел у костра один, вот я на него и напала, приставила нож к горлу…
— Епать колотить! Ну ты, подруга, опасная женщина, я смотрю! — расхохоталась Фиона. — Как ты, глиста в скафандре, умудрилась на него напасть-то?
— В том-то и дело, что это он сам дал мне на себя напасть! Он меня засёк, наверное, ещё метров за сто, как я к нему подбиралась. А ещё, оказывается, его дружок, эксгибиционист, вуайерист и куколд, блин, всё это время наблюдал за нами из кустов! Короче, я заставила его стриптизнуться, он отдал мне свой китель и флягу с живчиком, и я как втопила прочь! А это незнакомый лес, сама понимаешь, неслась куда глаза глядят, точнее куда ноги несли, потому что там было так темно, что никаких фонарей, кроме как у меня под глазом, не имелось. В итоге они меня всё равно догнали, но вовсе не для того, чтобы наказать или сделать что-то похабное, а наоборот, хотели помочь и отогреть. Только мне было так страшно, что я не могла вот так взять и довериться двум стрёмным мужикам, поэтому просто стояла как дура с фингалом и махала перед собой ножом. А потом внезапно потеряла сознание и свалилась прямо в ледяное озеро… А Уж прыгнул за мной.
Сзади девчонки уже не скрывали своего любопытства и слушали с открытыми ртами, жадными взглядами и приподнятыми бровями, потому что вся эта сцена разыгрывалась прямо у них перед носом, и каждая из них будто проживала историю Веды вместе с ней.
— А потом… потом я проснулась, — продолжила она, чуть улыбнувшись. — Голая! Ты прикинь, он меня раздел! Вся в мху с ног до головы. А он… он аккуратно развесил моё бельё сушиться на кустах, представляешь? Понимаешь, о чём я? Он не тронул меня, не обидел и даже не попытался, хотя мог бы сделать всё что угодно, пока я была в отключке…
— Короче, сначала ты его раздела, а потом он тебя… Гыыы… — не выдержала квази.
— Блин, Фиона! Мы тут о серьёзных вещах говорим! В общем, в тот самый момент, когда он меня спас, он мне почему-то понравился… Хотя я прекрасно понимала, что это как-то неправильно и вообще глупость какая-то. Короче, не хотела я себе в этом признаваться и гнала эти мысли прочь. Он был какой-то несерьёзный, слишком игривый, слишком флиртующий и чересчур обаятельный. Я тогда подумала: если он так со мной, значит, он точно такой же с каждой встречной юбкой. Но почему-то вместе с этим я почувствовала к нему что-то странное, у меня было ощущение, будто мы с ним знакомы уже очень и очень давно… Мне хотелось… Мне хотелось его… Это было какое-то ненормальное желание, Фи. И я до сегодняшнего дня не понимала, в чём дело…
Веда повернулась к Фионе, на губах её играла детская улыбка, а в глазах вспыхнули танцующие искорки воспоминаний.
— А потом за мной приехала ты, и я вдруг поняла: всё, это конец, я его больше никогда не увижу. И поцеловала его, просто на прощание. Обычный такой поцелуйчик, жест благодарности, не больше.
— Ага, обычный… Именно так фильмы для взрослых обычно и начинаются, гы-гы…
— Фиона!
— Всё-всё, молчу!
Она тяжело выдохнула и сцепила пальцы в замок.
— А потом я уже здесь, почти на этом самом месте, гуляла с Думом и воротила от него харю, хотя он отличный парень. И думала, что моё сердце больше никогда не дрогнет. И вот, буквально через несколько дней, я снова встретила этого… этого Змея…
— Так и?.. — Фиона вопросительно приподняла бровь. — Что с ним не так-то? Я так понимаю, со змеёнышем у тебя самое что ни на есть взаимное притяжение?
— Не взаимное, Фиона! — Веда закатила глаза и тяжело выдохнула. — Я с самого начала чувствовала, что что-то тут не чисто, и, как оказалось, не зря. У него есть дар, он может располагать к
