class="p1">Первое, что я заметил — это лужа крови на асфальте. Нет, не свежая, она успела уже побуреть, хотя дождем ее не смыло пока что. Ну, в общем-то и не удивительно, шторм прошел несколько дней назад, и нового не было, а здесь в общем-то было не очень дождливо.
Но кровь даже с грязью особо не смешалась.
— What the fuck? — пробормотал рядом Шон.
— Ага, — кивнул я. — Непонятная какая-то хуйня, правильно Палыч сказал.
— А еще вон туда смотри — кивнул он на землю чуть впереди.
Я присмотрелся, и увидел на асфальте небольшое красное пятнышко. Подошел поближе, наклонился, разглядел гильзу. Подобрал, посмотрел внимательно — стреляная, естественно, на ней написано: «полева 6у». Пуля то есть, калибр двенадцать на семьдесят. На близких дистанциях штука довольно жесткая, так что неудивительно, что такая лужа натекла.
Вопрос только в том, кто стрелял. Я поднес гильзу к носу, принюхался и почувствовал отчетливый запах сгоревшего пороха.
— Один день, может быть, два, не больше, — ответил я, отбрасывая пустую пластиковую оболочку в сторону. — Люди тут все-таки были. Значит, что-то случилось.
— Вопрос только в том, что именно, — сказал Шон.
— Думаю, никого живого мы тут уже не увидим, — сказал Палыч. — Похоже, что напали. Вы сюда точно не заявлялись до этого?
— Шутишь что ли? — я хмыкнул.
— Ну да, — он вдруг усмехнулся в бороду. — Если бы это вы были бы, то здесь везде автоматные гильзы валялись бы, лужи крови, ну и как минимум один из домов ты бы взорвал.
— Ага, — кивнул я. Понятно. Раззвиздели уже, не могли язык за зубами держать.
Хотя, если уж совсем честно, то еще одна модифицированная противотанковая сейчас была у меня в рюкзаке. Как серьезный аргумент на критический случай. Ну а что, если эта тема сработала, то почему бы и не воспользоваться ей еще раз? Тем более, что это действительно неожиданная штука.
— Пошли дальше, — проговорил Шон. — Идемте.
Мы двинулись по улице вглубь деревни. По карте она была больше всего похожа на осьминога, разве что ног у него было не восемь, а всего пять. Она еще и будто бы расползалась вдоль лесного массива, так что посмотреть все будет не так уж и просто.
Но живых тут нет. Определенно нет. В самой деревне. Однако это не отменяет того, что кто-нибудь может все равно ждать нас. Или не нас…
Метров через сорок я увидел еще одну лужу крови, но на этот раз гораздо больше — будто тут убили минимум двоих или троих человек. Чуть в стороне трава оказалась примята, причем так, будто туда упало что-то массивное. Например, человеческое тело.
— Сегодня, — проговорил я. — Утром или днем, черт его знает. Если бы вчера, то когда роса выпала бы, трава бы поднялась.
— А трупов нет, — сказал Баст. — Уволокли куда-то.
— Смотрите, еще гильзы, — показала Бренна. — Вон, валяются.
Я подошел ближе, наклонился и хмыкнул. Гильзы серые, практически черные. И я даже знал, что это именно — триста шестьдесят шестой. Который вроде бы гладкоствол, но не совсем. Патрон охотничий.
— Из карабина стреляли, — проговорил я на русском, обратившись к старику. — Под триста шестьдесят шестой. Видел уже такие штуки. Редкость редкая.
— Ага, — кивнул вдруг Палыч. — У меня такой был. Болтовка легкая, «Горностай» называется.
— Может быть и из нее, но больно уж вблизи. Скорее всего, из карабина какого-нибудь на базе Калашникова. Ладно, идем дальше, смотрим.
Мы повернули, и я увидел в центре развилки большое высокое дерево. И обомлел. Не из-за красоты, и не потому что мне вдруг захотелось поговорить с дубом, причина была в другом. Хотя определенная красота в этой картине, наверное была.
На раскидистых ветках дуба висели люди в петлях. Я насчитал одиннадцать человек. Подошел поближе, и понял, что вешали их уже мертвыми — на телах каждого можно было разглядеть пулевые отметины. Причем не одну даже. Да и крови накапало под дерево тоже немало.
Трупы еще не воняли, разложиться не успели. Я подошел ближе, схватился за ногу того, что висел ниже всего, сжал мышцу. Холодная и уже окоченевшая. Это было совсем недавно, точно.
— Похоже, что нас кто-то опередил, — проговорил за моей спиной Шон. — Что на этих табличках написано?
На груди каждого из бандитов висело по картонной табличке. И на них действительно были неровные надписи, выведенные черным маркером.
— Бандит. Мародер. Убийца. Насильник, — прочитал я вслух на английском.
— Wild, — ответил Шон. — Это жестко. Так что же тут произошло?
— Не знаю, — я покачал головой. — Может быть, еще какие-то народные мстители образовались? Или еще что-то случилось? Пойдем посмотрим, что там еще.
— Может уйдем? — вдруг сказал Палыч. — Если без нас справились? Помощь местным, очевидно, не нужна, так что…
— Нет, кое-что еще посмотрим, — ответил я и двинулся в сторону ближайшего дома.
Повернул ручку на калитке, чуть потянул, осторожно заглянул вниз. Почему-то мне сразу же очень живо представилось, как на меня уставится черное дуло ствола. Но нет, ничего подобного не произошло. Тогда я вошел, добрался до входа в дом, попытался открыть дверь.
Она поддалась. На всякий случай я внимательно обследовал дверной проем — опыт, который мне преподали мои же спутники, когда я вместе с бандитами искал их в Судаке, никуда не делся. Обжегшись на молоке после этого всю жизнь будешь дуть на воду. Ну или как там еще говорят?
Нет, никаких ловушек. Я прошел в дом, включил тактический блок, просветил следующий дверной проем. Услышал за спиной шаги, повернулся — Шон. Он, похоже, тоже решил посмотреть.
Мы вошли в основное помещение, и я сразу же увидел здесь следы сборов. Причем, очень торопливых сборов. Вот ваза разбита, похоже, что случайно локтем толкнули. А на кухне ни грамма продуктов, причем, все шкафчики открыты. Будто кто-то даже времени не хотел тратить на то, чтобы их закрыть.
Что ж. Больше всего это было похоже на то, что произошло в Дачном. Кто-то перебил бандитов, а потом собрал людей и ушел. Не в ту сторону, с которой мы пришли — там следов не было. Значит, куда-то в другое место. Надо поискать, разобраться — если толпа людей уходила, да еще и недавно, мы
