вышел неловким, так что невредимое щупальце вернулось обратно к брюху.
Тварь оказалась потрясающе быстра. Я едва успевал отражать удары длинных когтистых лап. Каждый раз мой клинок оставлял заметные быстро чернеющие раны, но монстра этот факт, кажется, нисколько не смущал. Краем глаза я заметил, что Актеон смог встать, быстро вылил на плечо какой-то бутылек и поднял с пола секиру.
Монстр не считал нужным прощать мне отвлечение внимания. Страшные когти без труда прорвали плотную кожаную куртку и оставили на животе четыре кровавых борозды.
— Вот сука! — я широкими движениям отмахнулся от атак твари, держась левой рукой за рану.
Сзади с ревом подскочил Актеон и со всего маху всадил секиру в плечо твари. Острое как бритва лезвие впилось в гнилую плоть на ладонь, и монстр, рыкнув, наотмашь махнул оставшимся щупальцем. Минотавр успел подставить руку, но все равно кубарем покатился по полу, оставив секиру торчать в плече потрясающе живучей твари.
Эта атака подарила мне мгновение, чтобы осмотреть мою рану. Я ожидал увидеть все, что угодно, включая собственные потроха, но никак не четыре прижженных раны. И заметно побледневшие в месте ранений узоры яда огненной гончей, который просто-напросто выжег заразу, попавшую в раны с когтей голема плоти.
Подскочив к твари, я поднырнул под стремительный горизонтальный удар и со всего размаху, наплевав на опасность нарваться на ответ, всадил вспыхнувший с новой силой клинок в глаз монстра.
Он снова завизжал и попытался меня ударить, но, видимо, последний удар наконец-то подкосил его. Вместо того, чтобы превратить мои внутренности в фарш, я лишь почувствовал, как треснуло ребро и из глаз катятся кровавые слезы — последствие крика голема.
Лихорадочно, пока эта ублюдочная тварь не очнулась, я потянулся к растворенному в моем теле яду Ищейки. Я смог его почувствовать почти сразу после сродства с огнем, но до этого момента не знал, как использовать этот факт. И вот теперь понял.
По клинку в голову монстра потекла выжигающая огненная отрава. Одновременно с этим я чувствовал, как стремительно бледнеют щупальца яда на моем теле. Огонь столкнулся со Смертью. И смерть оказалась слабее.
Как только я почувствовал, что полностью перекачал яд в новую жертву, то выдернул клинок и обессиленно рухнул на пол, сквозь кровавую пелену наблюдая, как в агонии корчится непобедимый страшный монстр, пожираемый огненным ядом. Рядом уселся минотавр, протянул мне открытую флягу. Я благодарно кивнул, сделал два хороших глотка. Чистый вискарь провалился в глотку, словно вода, я даже не почувствовал вкуса. Отдал флягу обратно, внимательно приглядываясь к никак не желавшему подыхать монстру. В каком бы аду сейчас не пребывали его создатели — живучестью они его наделили поистине фантастической.
— Да когда же ты сдохнешь, мразь! — невольно восхитился я, наблюдая за его потугами подняться.
И тут мне пришла в голову бредовая идея из серии «Не повторять! Опасно для окружающих!». Я вспомнил про заклинание-«вампира». Попытался воссоздать его по памяти, не обращая внимания на встревоженные возгласы минотавра.
Когда структура заклинания была готова, монстр уже смог подняться на одно колено. Вид его был страшен — яд здорово искорежил тело, но все же не смог уничтожить до конца. Я усмехнулся и наложил структуру на свой клинок. Подошел ближе и вонзил оружие в нетронутый глаз, одновременно активируя плетение.
Вот теперь монстра проняло по-настоящему. Он попытался снова завизжать, но получился лишь жалобный скулеж. «Вампир» с жадностью набросился на остатки магии Смерти, что еще оставались в немертвом теле, концентрируя их в единственном доступном накопителе — земляном клинке. Через несколько секунд окончательно мертвая тварь рассыпалась на отдельные, стремительно истлевающие фрагменты тел давным-давно умерших людей, а клинок стал иссиня-черным, матовым. Даже лезвие изменилось, став более хищным и зазубренным. Я попробовал развеять оружие — не получилось. Пожав плечами, я положил клинок на сгиб локтя и повернулся к окончательно офигевшему однорогому:
— Давай выбираться, что ли.
Глава 6. Особенности организма
Джамал стоял на открытой площадке, примыкающей к храму, и с наслаждением вдыхал соленый морской воздух. Подгоняемые разыгравшимся ветром волны приносили прохладу, но новый иерофант храма Ветра не обращал на это внимания. Чего не скажешь о пятерке молодых людей, выстроившихся в линию перед ним. Неофиты, изъявившие желание стать Приближенными клана Фтеротос.
Диомед после коротких продуктивных переговоров согласился на союз и уже мысленно примерял на себя корону повелителя всего Балканского полуострова. Тщеславный ублюдок. Но полезный, так что пока придется идти ему на некоторые уступки. В частности, увеличить магическую поддержку войск, без которой не получится преодолеть паритет сил между Спартой и Аттикой. Так что тут интересы Джамала и Диомеда совпадали.
Найти новичков оказалось не так сложно, как казалось. Достаточно было лишь попросить Диомеда согнать на центральную площадь побольше народу и продемонстрировать пару эффектных фокусов, а после пообещать доступ к скрытым знаниям и могуществу. В отличие от старика, давным-давно уставшего от жизни и оттого крайне неохотно бравшего учеников, Джамал знал, как вызвать интерес среди молодежи. И неважно, насколько они окажутся достойными. В подчинении можно держать любого. Одних приручить щедрыми подарками, других — наказаниями за неповиновение. Кнут и пряник — проверенная тысячелетиями методика.
На плече у иерофанта восседал выполненный из хрусталя сокол. Для стороннего наблюдателя птица могла показаться всего лишь искусной поделкой, но на самом деле в нем уже несколько тысячелетий находился сильф — дух воздуха, вырванный с одного из потусторонних планов. Его задачей было облегчить переход новичка в царство ветра, оградить от тамошних обитателей и помочь принять дарованную силу. Джамал не переживал насчет того, что придется оторвать от себя часть силы и передать кому-то. Накануне он уже нашел на спартанском базаре мелкого оборванца, силком притащил в храм и проделал нужный ритуал. Силы на это потребовалось очень немного, а дальнейшее развитие дара целиком ложилось на новоиспеченного Приближенного, а также на его способность к магии.
Джамал посмотрел на пятерку молодых людей, мнущихся в неуверенности перед магом. Только у одного в глазах он увидел неподдельную тягу к знаниям, могуществу и власти. Остальные явно пришли сюда, надеясь на непонятное им чудо, когда воон тот крутой дяденька сейчас и их сделает чуточку круче. Ничего. Подобную дурь из башки безмозглых юнцов приходилось выбивать не раз и не два. Джамалу нужны сильные бойцы. Даже если они не блещут особым интеллектом — выполнять приказы это не помешает.
Маг воздуха подозвал первого из будущих Приближенных, худого нескладного парня к крупными оспинами на
