вот, допился до чертиков, — тяжело вздохнул Гумалин, убирая свою заначку нетронутой обратно под стол, пока еще и белочка не наведалась.
* * *
Пустыня, Боевой материк
— РР-ТЯВ!
Ратвер оглядывается на глухое тявкание и видит на высокой песчаной дюне рогатую псину. Праотец ликанов моргает, и собака исчезает. Взяться ей было неоткуда, а потому Высший оборотень приходит к единственному возможному выводу.
— Вот и глюки пришли, — рычит недовольно оборотень. — Это всё из-за проклятого солнца.
— Фыр-фыр, — раздается новый звук.
Вдруг из песка, где только что стояла псина, показывается маленький шарик, весь в иголках. И только взглянув на него, оборотень ощущает, словно ему во внутренности плеснули ледяной воды.
— А-а-а-а-а! — с воплем Праотец ликанов бросается прочь. Подальше от опаснейшего существа в этой пустыне. Подальше от уисосика.
* * *
Ха, похоже, Гумалина еще можно отучить от пьянства. Хорошая новость.
— Пока не показывайся нашему бородачу в рогатом облике, — приказываю Ломтику, который уже вернулся в свой пушистый, милый облик. — По крайней мере, пока он трезвый.
— Тяв! — коротко откликается Ломтик, как бы подтверждая приказ.
Мы возвращаемся в мой кабинет. Ломтик, набегавшись за день, уютно устраивается у меня на руках и быстро засыпает, а я с наслаждением попиваю горячий кофе, одновременно просматривая его недавние воспоминания. Одно удовольствие — наблюдать, как Ратвер, Высший оборотень и член великой Организации, носится в панике, наткнувшись на подкинутого уисосика. Похоже, он больше не решится испытывать на вкус эту колючую «аромобомбу».
Ломтику отлично подошла новая боевая форма. Ну в самом деле, не в медведя же обращаться малому? Как-то это неправильно. Еще и инстинкты перемешаются, и он станет тянуться к зимней спячке и поиску мёда. А вот в образе пса-бергеста практически ничего принципиально не меняется. Щенок становится крепче, сильнее, выносливее — настоящей машиной… ну, пусть и легковушкой. К тому же, в своём кудрявом миниатюрном облике Ломтик слишком уязвим. Позже мы доработаем боевую форму и расширим её возможности. У меня уже есть несколько идей для апгрейда, но это на потом.
— Маззззака, меняемся, фака, — возникшая Змейка забирает кружку с моим недопитым кофе и ставит взамен другую, полную до краев.
Я не успеваю и слова сказать, как змееволоска, вильнув выпуклой попой, ныряет в стену. Секунду удивленно смотрю ей вслед, анализирую непонятную реакцию хищницы, а затем, пожав плечами, беру кружку и наслаждаюсь свежим кофейком. Можно, конечно, прочитать мысли Змейки, но зачем? Я ведь пью свежий кофе, и даже просить никого не пришлось.
После кофейной передышки я отправляюсь на полигон. Там как раз Настя, превратившись в волчицу, изо всех сил пыхтит, раздувая щеки и яростно рычит на столб, да всё без толку.
— Материализация рыка? — с пониманием отношусь.
— Ага, ни фига не получается, — с досадой отвечает оборотница. — Как у меня тогда получилось? Понять не могу.
— Зато я могу, — замечаю с улыбкой.
— Откуда? — она вылупляет волчьи желтые глаза, а я продолжаю молча улыбаться. И Настя тут же хлопает передней лапой себя по лбу. — Кольцо! Конечно!
— Верно, — киваю. — Мне не составит труда провести ментальный и энергетический анализ твоего состояния в тот момент, когда ты использовал рык… если ты хочешь.
— Конечно, хочу! — Настя, то ли от возбуждения, то ли от нетерпения, мгновенно превращается обратно в девушку в спортивном топике и легинсах. Мои перепончатые пальцы! Сейчас ее ноги полностью одеты, но сквозь плотно прилегающую ткань отчётливо видны все её изгибы, вплоть до ягодиц. — Даня, помоги, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…!
— Ладно, но сначала перевернись обратно в зверя. — На самом деле это поможет и мне не отвлекаться.
Настя послушно обращается обратно в волчицу, и, проведя анализ, я вызываю в ней тот агрессивный настрой, который был у неё в момент материализованного рыка. Настя с яростью рычит, едва не задев меня, вовремя успеваю отскочить, и деревянный столб разлетается на щепки. Оборотница приходит в себя.
— Ура!!! — радостно вопит она, виляя хвостом. — Получилось, Даня!
— Запомнила каналы напряжения? — спрашиваю, отключившись от её энергетического потока.
— Да! — утвердительно мотает она головой. — Спасибо, Даня!
— Кстати, сегодня я отправляюсь в Ликанию, — вспоминаю. — Со мной поедет Светка, и если хочешь…
— Хочу! — тут же вставляет она. — Можно?
— Ну раз я сам предлагаю, — замечаю. — Тогда собирайся. Не забудь прихватить недельный запас спрея. Мы можем задержаться на Той Стороне.
— Поняла, — Настя мгновенно становится серьёзной.
Если подумать, то если Ратвер действительно породил ликанов, и если допустить, что Настя на самом деле его дочь, ей предстоит встретиться со своими двоюродными правнуками и правнучками. Забавно, но, возможно, именно эта встреча поможет мне выяснить, есть ли у них родственные связи. Хотя, если честно, не знаю, зачем мне эта информация. Не думаю, что Ратвер будет особо тронут, обнаружив дочь. Хотя кто его знает.
Вспоминается, как когда-то, еще будучи дембелем с перепонками на левой ноге, мне пришлось спасать одну девушку от её мутировавшего отца. Тот собирался полакомиться её кровушкой. Но девушка готовила такую вкусную шаурму из крысятины, что я ни в какую не мог позволить съесть ценного повара. В итоге папаша получил дробь в бобровую пасть, а девчонка присоединилась к нашей общине.
В обед мы выдвигаемся из Турьего Рога. В отряд, помимо Насти и Светы, входят Паленый, отряд тавров под командованием Булграмма, Змейка и, конечно, Золотой. Ну а чтобы не отставать от желточешуйчатого, мы седлаем грифонов.Звери давно застоялись в стойлах, так что такая прогулка им явно на пользу. Можно было бы выбрать пегассиров, но крылатые лошадки когда-то принадлежали Кенрису, и король ликанов вряд ли обрадовался бы такой встрече.
Стыковочная станция на Той Стороне находится в Авиарии. Карлан Пятый лично возглавляет встречающую делегацию. Видно, что орнитанты оживляются при виде Золотого, который величественно парит под высоченными сводами портального зала.
— Что случилось, Карлан? — я внимательно смотрю на короля пернатых.
— С чего ты взял, конунг, что что-то случилось? — он инстинктивно хватается за антителепатическую брошку на камзоле.
Я улыбаюсь.
— Мне не нужно читать твои мысли, чтобы понять. Ты бы не пришел сам меня встречать, если бы не было необходимости поговорить.
Карлан морщится, но признается. Да и как ему не признаться, если есть необходимость?
— Конунг, один
