тут же ее вскрыл и жадно к ней присосался.
— Че там у тебя? Энерготип-то, поди, уже проверил? — спросила Серафима, когда я вернул ей пустую бутылку.
— Свет за ночь просел еще на единицу.
— Всего-то! — фыркнула женщина. — Да ты, практикант, и впрямь у нас везунчик. Честно говоря, я ждала, что ухнется единиц на пять. Все мозги себе сломала, изобретая способ тебя отсюда до срока вытащить… А оно, вишь, как повернулось-то! За ночь всего на единицу… Невероятная удача! Если так пойдет дальше, появится шанс, что все утрясется само собой.
Искренняя радость женщины едва не спровоцировала меня выложить Серафиме все, как есть, на духу. И про странное поведение кукольника, заставившего вчера Марину проглотить трепыхающееся сердце тряхуна. И про симбиоз крестража с превратившимся в моем желудке в артефакт сердцем. И, наконец, о случившемся после этого, сегодня ночью, диалоге с темной сущностью.
«Не вздумай, идиот! Она не та, за кого себя выдает!» — окрик читающей мои мысли союзной сущности мгновенно прочистил мозги, не позволив признанию сорваться с языка.
«Эта сука уменье какое-то ментальное активировала, — продолжила Марину уже спокойней. — Я чувствую. Но против меня такие штуки не работают. Держись, Сергей! Не позволяй этой старой ушлой крысе запудрить тебе мозги!»
— Сережа, ты ничего не хочешь мне рассказать? — вдруг спросила соседка, словно почувствовав мое недавнее намерение, косвенно подтверждая этим свои вопросом предостережения Марины.
— Чего рассказать? — включил я дурочка.
— Ну, может, что-то с тобой случилось?
— Да что могло случиться-то? Я ж ночью спал здесь, рядом с тобой. А днем, сама говорила, все время был у тебя на глазах.
— Не знаю, может, сон тебе приснился какой-то странный?
— Фиг знает, мне, вроде, много че снилось. Но я, как проснулся, сразу забыл все.
— Так-таки и все?
— Да правда, блин… И, вообще, я не пойму, че за дурацкий допрос?
— Какой допрос, бог с тобой. Просто сидим, и беседуем о ерунде всякой, коротая минуты до рассвета, — ловко дала заднюю соседка, столкнувшись с решительным отпором, и тут же сменила тему: — Кстати, че-то мы с тобой, Сергей, и впрямь заболтались. А время-то уже осталось — всего ничего. Пора готовиться к старту.
Подавая пример, Серафима первой проворно вскочила на ноги и тут же стала убирать в бездонный карман свой складной стульчик. Я гораздо медленнее поднялся следом и, передав соседке подушку, стал энергично дрыгать руками и ногами, разминая их (насколько позволяла теснота убежища) перед грядущим стартом.
— Сегодня наша цель третий подъезд, — напутствовала Серафима. — Это вон тот, — даже рукой мне показала, для пущей наглядности, как дебилу.
— А сам бы я, типа, не догадался, что третий идет следом за вторым, в котором мы были вчера? — не удержавшись, фыркнул я в ответ.
— Поостри мне еще тут! — шикнула Серафима. — Все, секундная готовность. Сейчас озарится. Три… Два… Один… Ну че встал! Бегом марш! И ходу, практикант, ходу!
Интерлюдия 5
Линда в стильном розовом костюме бизнесвумен вошла в модный ресторан, и уверенной походкой зашагала к дальнему столику, где в одиночестве обедал импозантный мужчина в смокинге.
Двое плечистых молодцев, побросав вилки, мгновенно вскочили из-за столика по соседству и молча загородили дорогу незнакомой девице.
— Мне назначено, — ничуть не испугавшись грозного вида охраны, спокойно пояснила Линда.
— Ребята, пропустите, — подтвердил ее слова, властный голос сзади.
Так же ни слова не говоря, охранники вернулись за свой стол.
— Эдуард Семенович, — улыбнулась мужчине в смокинге Линда, опускаясь на стул напротив.
— Линда, — кивнул мужчина, отрезая кусочек стейка и отправляя мясо в рот.
— Приятного аппетита.
— Благодарю.
— Вы сделали, что я просила?
— Разумеется.
— И?..
— Не желаете отобедать? Здесь отменная кухня.
— Благодарю, я сыта. Извините, Эдуард Семенович, но у меня очень мало времени.
— Хорошо, — мужчина отложил нож с вилкой и вытащил из внутреннего кармана запечатанный конверт. — Как договаривались?
Линда достала из клатча смартфон и, пробежав пальцами по экрану, объявила:
— Я перевела деньги на ваш счет. Проверяйте.
— У что вы, Линда. Какие глупости. Разумеется, я вам верю, — улыбнулся мужчина и передал конверт.
— Посмотрите позже, — мужчина прервал порыв девушки тут же вскрыть покупку. — Линда, позвольте полюбопытствовать: чем вызван ваш внезапный интерес к свернутым аномалиям? Неужели дела так плохи, что вы собрались податься в сталкеры?
— Да ну бог с вами, Эдуард Семенович, — рассмеялась девушка, пряча конверт в клатч. — Просто прикупить хочу кое-что из добычи сталкеров. И намереваюсь сделать это из первых рук, в обход, так сказать, посредников.
— Что ж, в таком случае, можно считать, вам повезло. Один как раз возвращается на днях из аномалии.
— Да что вы говорите. Любопытно?
— Некая Серафима. Досье на нее приложено к моему отчету… Ну, как говорится, не смею вас больше задерживать. Удачи вам, Линда.
— Всего хорошего, Эдуард Семенович.
Девушка встала из-за стола и не оборачиваясь зашагала к выходу.
Глава 22
Я испытал острый приступ дежавю, когда в рассветных лучах выглянувшего из-за горизонта солнца вокруг нашего убежища снова в изобилии стали отрываться зеркальные порталы. Как и вчера, мы с Серафимой рванули наперегонки, и практически одновременно скрылись в подъездном проеме. Дезориентированные в первые секунды после портального переноса твари нас проигнорили, и мы снова благополучно спрятались в очередной пыльной квартире на первом этаже.
От начавшейся за окном грызни меня практически сразу же отвлекла Марина:
«Чтоб Серафима ничего не заподозрила, предлагаю передать управление телом мне.»
Еще чего! — мысленно возмутился я. — Вчера весь день в отключке провел. Хочешь и сегодня меня с первых минут вырубить?
«Теперь так не будет. Мы же…»
Нет — я сказал!
«Не тупи, Сергей, я ж как лучше хочу. Серафима ждет твоего преображения. И сильно удивится, если его не случится.»
Я что-нибудь придумаю.
«Ну, как знаешь…»
— Как самочувствие, практикант? — спросила Серафима, встревоженно вглядываясь в мое лицо.
— Все норм.
— Че-то ты у меня какой-то бледный совсем. Ну-ка дай руку, пульс проверю.
Не дожидаясь моего согласия, Серафима сама цапнула мою правую ладонь… И в следующее мгновенье меня тряхнуло, как от удара током. Но, вместо боли, сознание заполнила волна
