особых проблем. После чего несколько дней подряд ели конину – не пропадать же добру? Попавших в плен бандитов не стали даже судить – расстреляли прямо на месте.
- Но разве можно так, без суда и следствия? – ошарашенно спросила тогда Ленка Кузьменко.
- С такой сволочью только так и нужно, - отмахнулся от нее тогда вынесший решение капитан-танкист.
А потом пошли и новости об арестах партийных и советских деятелей в республике – и очень скоро они дошли аж до республиканского уровня, а затем охватили и соседние республики. Расстрелы следовали один за другим, тысячи чиновников и членов их семей отправились в лагеря, а дети – в детдома. Было изъято огромное количество припрятанных материальных ценностей, включая запасы продовольствия, пресечена деятельность целой сети контрабанды, разгромлены целые мафиозные кланы. Военная прокуратура церемониться ни с кем не собиралась…
А в начале августа вдруг грянуло постановление Совета Министров об изменении административно-территориального деления СССР. Северный Казахстан, так называемая «Целина», вошел в состав РСФСР, юг республики и все остальные среднеазиатские республики стали единой республикой с общими хозяйством и экономикой. Республиканские органы власти были полностью расформированы – в Политбюро приняли решение о необходимости ликвидировать «землячества», где нередко одни прикрывали других, пользуясь родственными или «клановыми» связями… То же самое, кстати, было сделано и в Прибалтике, которую решили объединить в единую республику, разгромив местные «своячества» и фактически назначив «наместников» из центра.
А потом как-то подошло и время возвращения… И вот уже, собрав свои немногочисленные пожитки, они грузились в поезд и ехали в обратный путь. Позади оставалось несколько построенных посреди бывших пустынь поселков, жизнь в палатках при свете керосиновых ламп, тренировки по обращению с оружием, которое так и осталось при них, помощь колхозникам. И постоянное чувство усталости! Каждый день по двенадцать часов работы, единственный выходной в неделю, когда все отсыпались без сил, не желая уже совершенно ничего… Даже с девчонкой погулять уже не хотелось! Максимум – посидеть и немного поговорить о жизни. И, особенно последний месяц, страх перед мятежниками. К счастью, не случилось хоть самого худшего – не началось Третьей Мировой войны… Хотя как сказать? Глобальной войны и впрямь не было – а вот на местах друг с другом резались только так!
В июне все же началось китайское вторжение в Корею, Индокитай и северную Индию – и хоть информации о происходившем там было немного, но бойня явно шла очень активная! Советские войска, в ответ на набеги, нанесли удары по Афганистану – применив, в том числе, химическое оружие. Неожиданно сцепились друг с другом страны бывшей Югославии – хотя там у них счетов друг к другу еще со времен Второй Мировой хватало, а потом к ним добавилась Гражданская война и развал Югославии. На фоне этого Энвер Ходжа выдвинул лозунг «жить и бороться как в окружении». В стране активно начали строить укрепления на границе, а, ввиду неурожая и мизерных запасов продовольствия, практически единственной едой албанцев стали массово вылавливаемая рыба и морепродукты. Впрочем, имея небольшое население и достаточно большой рыболовецкий флот, Албания имела все шансы пережить зиму на этом. Какое-то брожение наблюдалось и в Польше… Правительство ПНР требовало, чтобы СССР больше помогал, в ответ на что советское правительство огрызалось в стиле «и самим не хватает!»
Сообщалось и о проводящейся в эвакуации в стране… Еще в начале лета, расчистив дорогу и кое-как подлатав пути, эвакуировали по Трансполярной магистрали жителей Норильска и часть промышленного оборудования оттуда, включая котлы и турбоагрегаты ТЭЦ – электричества в стране надо было много. С помощью аэросаней и вездеходов эвакуировали людей из удаленных северных городков и поселков. К концу лета большая часть Сибири и Севера обезлюдели… Кроме того, писали в газетах и новости экономики… Переделывали в шахты многие карьеры по добыче угля и руд, наращивали объемы добычи и переработки нефти, массово строили теплицы. После зимней приостановки, когда делали лишь запчасти, было возобновлено производство грузовых автомобилей и тракторов, понемногу начали делать полноприводные легковушки. Все шинные заводы страны окончательно перешли на выпуск исключительно зимней резины, постепенно дорабатывая технологию их производства по итогам прошедших «массовых испытаний». В общем, в газетах писалось много про что… Но все оно воспринималось как нечто далекое-далекое.
Но вот они снова в родном городе, где еще на подъезде видно целые поля тепличных комплексов. Стеклянные крыши, стены из шифера с утеплением стекловатой, всюду линии электропередач, трубы котельных… Все построены по типовому проекту – как его называли, «стандартная модульная теплица образца 1966 года». Внутри – многоуровневые «стеллажи» с искусственным освещением и капельным поливом, где выращивали наиболее урожайные тепличные растения. А за пределами теплиц – засеянные поля… Только это не рожь и не пшеница, а какой-то «пшенично-пырейный гибрид» - растение, которое создавали для обеспечения населения хлебом на случай ядерной войны. Будучи очень неприхотливым и урожайным, он мог расти почти в любых условиях, причем был многолетником. Единственная беда – колос растения был настолько низким, что его не возьмет ни один комбайн! Но в сложившихся условиях и такой-то хлеб за счастье будет…
А вот уже и сам город… Где даже в конце августа в тени домов продолжает лежать снег! Но это кажется такой мелочь… Ведь главное – они дома! Хоть на юге можно было бы и еще минимум месяц отработать, но военные посчитали, что хватит с них, студентов. И так, дескать, немалую работу проделали! А тут впереди еще уборка урожая – помогать местным колхозниками с теми самыми пшенично-пырейными гибридами…
Выйдя из вагона, Михаил с Викой решили немного пройтись по центру – и с трудом узнавали родной город… Почти не осталось деревьев, которые спилили для удобства уборки снега. Грядки с овощами на месте газонов – репа, редиска, морковь, зеленый лук… Остатки сугробов в тени домов – уже не такие уж большие, не сравнить с тем, что навалили зимой но все же. И то и дело попадающиеся на глаза военные – то БТР напротив продовольственного склада, то патруль на Газ-69…
- Как же все переменилось, - глядя на город, тихо произнесла Вика.
- Переменилось, - согласился Михаил.
И странное впечатление вызывали все эти перемены… С одной стороны, все это словно лишний раз напоминало о случившейся уже чуть больше года назад катастрофе. С другой же… Судя по всему, власть поддерживает порядок, предпринимает меры для выживания. И это сейчас было самым главным!
Дорога домой – все на том же девятом трамвае…
