Сердце истинного вампира - Северина Мар

Бланка принялась рассказывать о детях, и Катаржина слушала бы ее и дальше, если бы секретарь не коснулся мягко ее предплечья.

– Панде, простите, что отвлекаю, но есть срочный вопрос, который я должен с вами обсудить.

Катаржина все поняла и улыбнулась.

– Простите, панде Бланка, полковник Домак, боюсь, мне придется вас покинуть. Передавайте привет детям.

– Ничего страшного, мы понимаем. У вас же столько дел! – воскликнула Бланка.

– О да. Дел у меня много, конкретно это – самое важное.

Бросив быстрый взгляд на секретаря, Катаржина направилась через толпу к неприметной двери, за которой начинался коридор. Там, за одной из дверей, находилась удобная кладовка, которую она использовала уже давно.

Стоило хлипкой двери захлопнуться за ними, как Катаржина тут же притянула секретаря к себе, ухватив за галстук. Он поцеловал ее – жадно, горячо, словно хотел съесть. Катаржина обняла его, впившись ногтями в плечи.

– Только не помни платье, – шепнула ему на ухо.

– Я буду осторожен. – Он уже задирал ее юбку.

Первый толчок, и все внутри взорвалось. Катаржина ощущала, как, медленно набухая, готовится распуститься цветок.

Стеллаж, к которому он прижимал ее спиной, дрожал от его сильных движений. На пол со звоном падали какие-то склянки, но им было все равно. В этот миг ничто не могло бы их остановить.

Склонившись к ней, он сперва поцеловал ее шею чуть ниже уха, а затем укусил. Острые клыки пронзили кожу, оставляя крошечные ранки, которые она прикроет волосами, пока они не заживут.

Катаржина вскрикнула. Мир покачнулся и разбился мириадами брызг. Ее ноги подкосились. Она едва не упала, но он ее поддержал. Сделал всего один глоток, а затем отстранился и нежно ее поцеловал. Его губы были горячими и солеными на вкус.

Когда они закончили, он помог ей привести себя в порядок: опустился перед ней на колени, расправил юбку, натянул на бедро и прицепил к поясу сползший чулок. Пока он возился с одеждой, Катаржина достала из сумочки пудреницу, стерла смазавшуюся помаду и заново накрасила чуть припухшие после поцелуев губы.

– Пора идти назад. Скоро твоя речь.

– Ты прав, Яков. Спасибо, что напомнил.

Вернувшись в зал, Катаржина пошла вслед за Яковом сквозь разноцветную толпу. Он протянул руку и помог ей подняться по ступеням на сцену. Сквозь шелк перчаток она ощущала его холодные твердые пальцы. Все ее существо тянулось к нему. Она чувствовала, как сила, которую он ей передал, плещется внутри, как с каждым вздохом она бурлит, точно в водовороте.

Яков скользнул по ней ласковым взглядом и нежно улыбнулся, прежде чем сбежать по ступеням, оставив ее одну под палящим светом ламп. Зал погрузился во тьму, музыка стихла.

Катаржина глубоко вздохнула. Как новая Глава Содружества, она должна была произнести речь.