события, плюс данные первичных просвечиваний — не обнаружили никого «на борту». Тогда вопрос, какой корабль путешествует без экипажа? Разведчик, транспортник, камикадзе? Я пытался думать об этом, пока шли события…
— Ты же был без сознания.
— Бессознательное не спит. Мне приснился ответ: величавый живой корабль плывёт далеко-далеко, без единого пассажира, к неведомой цели. Несёт ценный груз, исследует звёзды или падает на планету, уничтожая её… Я смотрел видение за видением, они чередовались всё быстрее, пока не слились в одно. Разведчик, транспортник, камикадзе… а может, всё сразу? Корабль-семя, который должен отыскать мир и засеять его собой.
Ана поёжилась, это был сильный образ.
— А харзаи охотились на них и убивали на мясо.
— Не только на мясо. Убив и разделав первого странника, они поняли, что это биоконструкт. В нём есть нечто очень ценное, технология, ради которой харзаи готовы пойти на жертвы, чужие и свои. И они начали охоту за вторым.
— Раньше я хотела отдать им Левиафана, чтобы спасти их народ, — сказала Ана. — Но теперь не хочу. Он и правда важнее, чем эти убийцы…
Одиссей отрицательно покачал головой.
— Важны все, — сказал он. — Мы должны прекратить войну, найти выход для харзаи и спасти наследие Иксар.
— Битва над планетой заканчивается, — оценила Ана. — Почти все брузеры уничтожены или потеряли боеспособность. Два прямо сейчас берут в плен, ещё три отступили от планеты… но деваться им особо некуда. Они вряд ли могут покинуть систему без материнского корабля.
— Но кинетическая блокировка скоро истощится. И как бы не потрепало остатки их боевого флота, флагмана харзаи достаточно, чтобы сокрушить крабитян. Чтобы этого не допустить, нам нужен решающий козырь.
— Где же его взять?
— Внутри Левиафана.
Пауза, все пытались понять логику, которая привела к такой идее.
— Если это корабль, у него есть шлюз, — подсказал детектив. — Чтобы загружать и выгружать биоматериалы; входить внутрь и лечить корабль, если он поломается или заболеет; чтобы перевозить пассажиров. Должен быть вход. И вполне очевидно, где он.
— Пасть! — воскликнула неравнодушная Жель, которая изучила собранные данные по чудо-зверю уже несколько раз. — Ведь это вовсе не пасть. Странствующее космическое существо не ест ртом: в межзвёздных перелётах есть нечего! Значит, и рта у него быть не должно. Кричит оно, кстати, фильтровой системой на спине, через которую идут все выбросы.
— Да, существо не нуждается в еде, что-то питает его изнутри. А раз так, значит, создатели снабдили Левиафана внутренним источником возобновляемой энергии, — согласился Фокс. — Био-термоядерный синтез или вроде того. Думаю, именно этот источник и жаждут заполучить харзаи. Мы должны взять его под контроль раньше, чем они. Значит, нам нужно лететь внутрь.
— Пасть у него всегда приоткрыта, — сказала Жель, рассматривая уникального зверя, который так её восхищал. — Там интересная многослойная мембрана, я не могла понять, зачем, а это вход!
— Летим киту в пасть, — улыбнулся Одиссей.
— Пошла пятая фаза, — глухо сказал ру’ун. Все эпохальные откровения прошли мимо него, это был маленький, очень усталый и очень сосредоточенный кинетик на грани подвига или провала. — Приступаю к подаче вещества.
Звезда забилась в растущей на глазах опухоли, детектив глухо застонал, чувствуя, как жадные нити шевелятся в его истерзанной груди. Сердце застучало, как сумасшедшее, в глазах померкло, Фокс сдавленно всхрипнул и перестал дышать. Только шипящий хрип вырвался из мучительно раскрытого рта, а фарюк на груди раздувался, напоминая бесформенный мешок. Человек пытался вдохнуть, но не мог.
— Тшш, тшш, всё хорошо, — доктор Жель ласково держала его, словно мать, баюкающая ребёнка. — Не бойся, теперь твоё тело дышит само, тебе не нужно двигаться, расслабься, просто лежи.
Они не зря поставили Фоксу имплант лёгких, и теперь тусклая вытянутая штука дышала за него. Но говорить детектив пока не мог.
— Захожу на пасть Левиафана, — сообщил ИИ. — Подлёт через один такт.
— Variola начала втягивать нити, — ру’ун подался вперёд, его глаза лихорадочно сверкали. — Пятая фаза завершается.
Если бы они не успели, если бы Трайбер с Гаммой не захватили станцию и Ана вовремя не вспомнила про своего эксперта — сейчас эта безмозглая тварь-паразит исковеркала бы человека, превратила половину его тела в кашу и сожрала для своей эволюции. И несмотря на все усилия и победы, Одиссей Фокс стал бы бесформенной грудой останков. Из-за глупой шалости, из-за проклятых консервов.
Ана судорожно вздохнула. Неужели мы его спасли, подумала она, боясь спугнуть надежду. И увидела то, чего ждала и боялась: зелёный контур вокруг крейсера харзаи подёрнулся спазматической рябью и начал меркнуть.
— Блокада кончается! Скорее, Ворчун!
— Подлетаем.
Все, кроме Фокса, подключились к наружным камерам отсека и заворожённо смотрели, как разрастается гигантская морда существа-корабля. У него не было глаз, но гроздья симметричных наростов неравномерно усыпали голову — скорее всего, сенсорные органы. Вечно приоткрытая пасть звёздного зверя застыла в грустной и загадочной усмешке, и она всё росла и росла, как будто маленький медицинский отсек влетал в улыбку космической Джоконды.
Левиафан не пытался их остановить, а как будто вообще не замечал. То ли не считал их угрозой, то ли по какой-то причине не видел в них врагов. Зверь сжимал в объятиях потрёпанную станцию размером почти с себя, но его совершенно не затрудняло тащить её неведомо куда. Он плавно и сильно скручивал и распрямлял щупальца, бросая тело вперёд, и его скорость возрастала с каждым рывком.
Впрочем, почему неведомо куда? Ана быстро поняла, что Левиафан бежал прочь от корабля харзаи с конкретной целью: обогнуть планету и скрыться на её обратной стороне.
Отсек влетел в приоткрытую пасть размером со стадион, их накрыла тень. В сумрачной глубине виднелись частые складки мембран, под одним углом они становились прозрачны, под другим цвета слоновой кости. Они были похожи на китовый ус, но тоньше и мягче.
— Вот врежетесь в них, и чудище вас выплюнет, — предупредил Ворчун с некоторым злорадством. — Или съест.
Но никто не испугался. Да, все волновались, Жель с трудом находила себе место, и даже абсолютно невозмутимый Амму выглядел слегка растрёпанным. Но никто не боялся, предчувствие чуда заполнило сердца столь разных существ. Ана уже понимала, что это за магия, ведь она жила рядом с тем, кто воплощал её в жизнь. Магия удивительной истории, частью которой тебе довелось стать.
Их маленький импровизированный кораблик замедлился, как
