с каменным лицом:
— Эти зубы не от лучшего голливудского дантиста… Хотя их обладатель тоже облюбовал побережье Калифорнии…
В зале встревоженные возгласы, непрекращающиеся вспышки фотокамер, щёлканье меняющихся на кинокамерах объективов. Хиггинс выждал ещё минуту и пояснил:
— Правда, было это двадцать миллионов лет назад, а челюсти я одолжил в музее естественной истории специально для этой лекции. Просто мне важно, чтобы вы поняли: эта гигантская акула была настоящим королём океана.
Хиггинс поднял руку с короной, и она ещё больше засверкала в свете вспыхнувших софитов.
— Зубы эти принадлежали предку современной белой акулы кархародону. Их стали находить в Калифорнии во времена золотой лихорадки и долго приписывали мифическим животным. Например, драконам. Каждый зуб весит 350 граммов и достигает 17 сантиметров в длину.
За спиной океанолога на огромном экране возникло изображение огромного чудовища, внешний облик которого являл собой воплощение самых страшных ночных кошмаров. На картине свирепая акула гигантских размеров внезапно появлялась из пучины и яростно атаковала небольшое пассажирское судно, курсировавшее по мирной акватории.
— Даже сейчас трудно вообразить насколько чудовищных размеров была эта акула — продолжал Хиггинс. — Я полагаю, что некоторые экземпляры могли достигать 35–40 метров в длину и весить порядка ста пятидесяти-двухсот тонн. Самая большая из пойманных белых акул, названных «белой смертью», выглядела бы жалкой селёдкой рядом с этим монстром.
Хиггинс оглянулся на окаменелые челюсти.
— Так что это пасть ещё средней доисторической акулы. У некоторых во рту смогла бы с комфортом разместиться футбольная команда.
Лектор стал говорить, что 350 миллионов лет эти акулы вынуждены были бороться за своё выживание с ещё более сильными противниками — динозаврами. Эта была схватка не на равных, чаще всего древние акулы терпели поражения и вынуждены были скрываться от более мощных морских хищников. Но акулы терпеливо ждали своего часа, и он настал!
Чаша весов эволюции склонилась в сторону акул после серии оледенений, прекративших эру динозавров — 50 миллионов лет назад акулы впервые почувствовало свою мощь и неограниченные возможности.
— Миллионы лет эволюции, жестокой борьбы за существование отлично подготовили акул к любым невзгодам, превратив в совершенного хищника. Организм акул настроен на максимальный уровень выживаемости — отличный иммунитет, полная невосприимчивость к любым инфекционным заболеваниям, низкий порог чувствительности к боли.
Хиггинс подошёл к картине, которая будоражила воображение публики, и объявил:
— Перед вами настоящий чемпион по выживанию в подводном мире! Эта особь смогла пережить детство и юность, избежав роли «главного блюда» для великого множества хищников. Для акул, равно как и для любых других представителей океанской фауны, достижение больших размеров подобно джек-поту в рулетке — это лучшая превентивная защита от любых, даже самых крупных хищников. Эта особь долго скрывалась где-то в тёмных глубинах и успешно вела там свою тайную жизнь. Теперь этот гигант по праву занимает место на вершине пищевой пирамиды, и может никого больше не опасаться.
Сотни людей слушали докладчика, затаив дыхание. А он перешёл к главному: Хиггинс был убеждён, что гигантский хищник из мелового периода снова скрывается в океанской толще…у побережья Калифорнии.
Хотя заявление выглядело фантастично, и вряд ли кто-то ещё из серьёзных учёных решился бы публично разделить его. Но Хиггинс никогда не боялся осуждений коллег и обвинений в раздувании фальшивых сенсаций. Ещё неделю назад на первой полосе «The New York Times» самый выдающийся авторитет страны по акулам опубликовал статью, которая так и называлась «Возвращение суперхищника». Почти одновременно появились аналогичные материалы в ряде других крупнейших изданий. Они произвели колоссальный эффект на общество. Многие коллеги попытались призвать зарвавшегося учёного к порядку. Хиггинс даже согласился на дискуссию на страницах научного журнала «Scientific American» с крупнейшим авторитетом в криптоихтиологии и редактором Национального географического общества Хьюго МакКормиком Бертоном и двумя учёными из академии естественных наук Калифорнии. Причём Хиггинс сумел если и не одержать над оппонентами полную победу, то, по крайней мере, выйти из дебатов непобеждённым.
И вот в этом зале он снова предъявлял миру собранные им факты:
— Научная группа, которой я руковожу, проанализировала последние таинственные инциденты с исчезновением морских и воздушных судов…
Мы тщательно изучили доступные документальные материалы и пришли к выводу, что все эти случаи нельзя объяснить погодой — в эти дни она не представляла никакой угрозы для отправившихся в путешествие людей. Объяснить всё проблемами технического порядка или человеческими ошибками тоже нельзя.
— А что-нибудь боле конкретное, чем слова вы можете предъявить? — возглас из зала принадлежал самоуверенного вида молодому человеку лет двадцати пяти с копной рыжих волос. Он представился журналистом, пишущим для популярного сборника «Ридерз дайджест». Это издание как раз специализировалось на разных тайнах и сенсаций, вроде загадки снежного человека или поисков загадочного морского змея.
Профессор попросил тишины и дал знак звукорежиссёру. После недолгого ожидания из больших динамиков на сцене послышались странные звуки. Хиггинс комментировал:
— Вы слышите голос из мира, ушедшего от нас в прошлое на десятки миллионов лет. До сих пор он оставался для нас безмолвным. Но так было до недавнего времени. Специалисты моей лаборатории изучили записи сигналов с высокочувствительных гидрофонов. И выделили на фоне шума, представляющего собой «позывные» различных морских обитателей, некий гораздо более мощный звук. Мы полагаем, что это «Его» голос.
По залу пробежал взволнованный рокот:
— Заблуждение! Обман! Фальшивка! — в голосах слышалось изумление, недоверие, насмешка и лёгкая истерия…
Но Хиггинс оставался невозмутим и продолжал:
— Если кто-то считает меня мошенником, то хочу уведомить данную аудиторию, что, насколько мне известно, военные тоже встревожены. Командование ВМФ решило снарядить несколько кораблей и самолётов с торпедами и глубинными бомбами на поиски большой белой акулы, которая повредила какое-то их оборудование в океане.
Я предупредил знакомых адмиралов, что это может кончиться плохо, но пока меня не желают слушать. Нынешнее флотское начальство слишком полагается на новейшие электронные сонары и самонаводящиеся торпеды. Жаль… это может привести к напрасным жертвам.
Глава 44
Конец июля 1947 года, мост «Золотые ворота» (Залив Сан-Франциско)
Он пришёл сюда за несколько часов до рассвета, одинокий, отчаявшийся человек, мечтающий лишь об одном — сбежать от доконавших его проблем в полное небытиё. По пути мужчина скользнул равнодушным взглядом по большому яркому плакату, буквально криком взывающему к нему одуматься: «Надежда есть. Позвони. Последствия прыжка с этого моста фатальны и трагичны». Вдоль всего ограждения были установлены
