потянется назад и задушит ее.
— Наемники в доспехах соласиона были отправлены в замок Эйдолон.
Зевандер замер; его тело перестало реагировать на ее прикосновения, а кровь застыла в жилах.
- Кто отдал этот приказ? — спросила Лойс.
Не отрывая взгляда от пола, он покачал головой. - Не могу сказать.
- Что ж, предлагаю тебе попытаться сказать, если хочешь, чтобы твой член остался прикрепленным к телу.
Она продолжала ласкать Зевандера, еще больше разжигая его нетерпение и раздражение, пока произносила угрозу.
- Мне не было доверено это знать, генерал.
Она вздохнула, и Зевандер понял, что это звук скуки с ее стороны. - Ну, тогда кто тебе об этом рассказал?
- Советник короля Джерета. Один из них жив. - Солдат отвечал кратко и без интонации.
- Кто из них? — перебил Зевандер. - Кто выжил?
Взгляд солдата скользнул по Зевандеру и обратно, а на его лице отразилось сострадание, подобное тому, которое можно было бы проявить к бродячей собаке. Когда он поднял подбородок, игнорируя его вопрос, Зевандер дернулся, но его удержало объятие генерала Лойс.
- Кто выжил? — повторила она.
- Один из наемников. Ему удалось сбежать.
- Сбежал? - Она провела подушечкой пальца по его соску, и, черт возьми, ему пришлось сдерживать желание отмахнуться от нее.
- Похоже, была контратака.
- Со стороны кого? - Она продолжала расспрашивать, в то время как Зевандер впивался в каждое слово, вырывающееся из уст солдата, отчаянно желая узнать, кто мог напасть от имени его семьи.
- Наемник упомянул пауков. Сотни пауков.
Пауки. Бранимир. Хотя они никогда не делали ничего больше, чем угрожали напасть на Зевандера и его сестру, он представлял, что продожа его брата способны на полную жестокость, если представится возможность.
— А что насчет ридайнов? — Словно генерал Лойс задавала вопросы ради него, так как она задавала именно те вопросы, которые терзали его мысли.
Солдат бросил взгляд на Зевандера, а затем снова на генерала. — Боюсь, я не могу сказать.
— Говори то, что знаешь. — Зевандер бросился на солдата, но генерал снова крепче сжала его.
— Успокойся, любовь моя, — приказала она и схватила его за горло. Предупреждение. — Вопросы буду задавать я, — прошептала она ему на ухо и снова обратила внимание на солдата. — Сколько наемников было отправлено?
— Дюжина? Не могу сказать точно.
— Где сейчас этот пленник?
— В шахтах, генерал. Насколько я понимаю, надзиратель проявил к нему благосклонность.
- Неужели? - Она сняла руки с тела Зевандера. - Что ж, пока мы не узнаем, кто отдал приказ о нападении, полагаю, он останется под опекой надзирателя. Ты свободен.
Солдат кивнул и вышел из комнаты.
Зевандер откинул голову в сторону. - Отдайте его мне, — прорычал он. - Позвольте мне убить его.
Она усмехнулась, слезла с кровати и подняла халат, скомканный на краю. - Это не мольба о свободе, а боевой клич о мести.
- Я не собираюсь умолять о том, чего ты мне никогда не дашь. Я верно исполнил твою месть и не ждал ничего взамен. Я прошу тебя передать его мне. Окажи мне эту единственную услугу.
- Одолжение, которое может стоить мне головы, если именно король приказал казнить твою семью.
- Разве его отправили бы в шахты за то, что он выполнил приказ короля? — бросил вызов Зевандер.
- Нет. - Она неспешно подошла к столу с мясом и сыром и налила себе стакан вина. - Его отправили бы сюда за то, что он не подчинился. Расскажи мне об этих пауках. - Она отпила глоток вина, глядя на него поверх края стакана.
- Я ничего о них не знаю. - Он сохранял бесстрастное выражение лица, как его учили.
Она опустила стакан, изучая его, несомненно, пытаясь понять, способна ли она по-прежнему читать его мысли. - Тогда, боюсь, я не могу тебе помочь. Возвращайся на «Гильдону. - Я вызову тебя позже вечером.
Очевидный блеф, но у Зевандера не было времени на ее игры, и он точно знал, как долго она была бы готова это продолжать.
- Они были продозжа моего брата.
Она приподняла брови. - Я не знала, что у тебя есть брат. Как интересно.
- Он очень болен. Слабый и хрупкий. - Еще одна ложь, ради брата.
- И тем не менее, его продожа сумело атаковать дюжину наемников, позволив сбежать лишь одному.
- Даже хрупкий человек может собрать силы, защищая свою семью.
Ее губы растянулись в улыбке, и она сделала еще один глоток вина. - Да, полагаю, ты прав. Я видела впечатляющие проявления силы, когда ею движет страсть. - Медленно она прогулялась к нему и опустилась между его ног. - Дай мне свою семя. Соединись со мной. И я подам твою месть на золотом блюде.
Годами она умоляла его об этом, и, как Зевандер со временем понял, это было единственное, чем он мог управлять в ней. Единственная часть его самого, оставшаяся незапятнанной ее руками. Хотя его тело реагировало на ее издевательства эякуляцией, это не было тем же, что связывающая сущность между партнерами. Серебристая опалесцирующая жидкость, которая, попадая в тело партнера, давала самое возвышенное наслаждение из всех существующих. Для этого требовался очень священный ритуал и обмен кровью.
При этой мысли у него сжалось сердце, но даже последним вздохом он позаботится о том, чтобы нападение на его семью было должным образом отомщено. - Я сделаю это.
* * *
- Ты жаждешь унизить меня. Так? - Генерал Лойс ходила взад-вперед перед Зевандером, который лежал, связанный за запястья и лодыжки, а каменная плита, служившая ему постелью, давила ему на позвоночник. Воздух вокруг него искрил от её ярости, и Зевандер задался вопросом, видел ли он её если когда-нибудь такой разъярённой. В течение нескольких дней она выжимала из него сперму, обмениваясь с ним таким количеством крови, что у него кружилась голова, и заставляла его трахать ее часами. Она даже привела других служанок, чтобы завязать связь.
Его тело сопротивлялось.
Как бы он ни молился богам, как бы ни убеждал себя, что она может быть его парой, он не мог заставить себя соединиться с связывающей сущностью. Даже когда она прибегала к жестоким наказаниям.
Он слышал о договорных связях раньше, знал, что, если не соединиться с другим, два человека могут успешно сформировать связь. Почему его тело
