принадлежат они явно одной паре сапог, смотри, характерная выбоина на каблуке, сюда наведываются с завидной периодичностью.
Мальдира остановилась и принялась осматриваться.
— Это нехорошо, — заметил Федель. — Если сюда приходят, то привидение может быть привычным к визитёрам.
— Может, — согласилась Мальдира. — И это делает историю весьма запутанной. Сюда приходили для того, чтобы упокоить его, или для того, чтобы спросить совета? Просто так нападать не получится. Сам понимаешь. — Некромантка вздохнула и с удивлением поймала себя на этом человеческом проявлении.
Раньше не хотелось выражать эмоции, раньше не было страха, волнения. И это всё было как-то неправильно. Словно неведомый шутник сделал её менее эффективной, менее полезной для Мортерры. Пока анализируешь все эти человеческие штучки, проходит время. То самое время, которое может стоить кому-то жизни.
— Тогда давай просто попробуем поговорить? Если будет агрессия, то тогда будем защищаться. Как тебе план? — предложил Федель, обводя взглядом внутренности башни.
От окружения было немного не по себе. Башня чем-то напоминала храмовое помещение. Декоративные полуколонны по бокам служили явно для красоты, а не для того, чтобы держать потолок, с которого почти везде уже обвалилась лепнина. Кто в здравом уме будет в оборонительной башне устраивать подобные излишества? Непонятно. Да и камень, из которого это всё сложено, вызывает оторопь. Чёрный, словно ночь, с кроваво-красными прожилками. Почему-то снаружи башня казалась совершенно обычной, замшелой и серой. Даже тот кусок стены не давал представления о том, что на самом деле скрывается внутри.
— Иди за мной, — сказала Мальдира, осторожно продвигаясь вперёд.
Она уверенно простукивала концом посоха каждую каменную плиту, на которую наступала. Ровный гул разносился по полуразрушенной башне. В помещении явно когда-то была хорошая акустика, но время и разрушения сделали своё дело, и только в редких местах звук звенел и летел вперёд.
Пройдя большой зал, Федель и Мальдира оказались в небольшой тёмной комнатушке. Свет из единственной бойницы разделял её на две почти ровные части. Слева лестница уходила наверх, справа вела вниз.
— Ну и куда нам теперь? — задумчиво спросил Федель.
— Вниз, — ответил ему тихий девичий голос. — Вы пришли за ответами при свете дня, поэтому вам идти вниз, незваные гости.
Мальдира резко напряглась, сжала сильнее в ладонях посох и резко обернулась. Никого. Голос исходил, казалось, от самой башни. Красные полосы на чёрном камне неуловимо изменили свой рисунок, в чём некромантка была готова поклясться. Тёмное место скрывало куда больше тайн, чем казалось на первый взгляд.
— Пойдём? — тихо предложил Федель.
Мальдира обернулась на него и неуверенно кивнула. Ей не доводилось раньше сталкиваться с чем-то подобным. Она не знала, что делать, но что-то делать определённо было нужно.
— Дай нам свет, — обратилась она к клирику.
Федель кивнул, прошептал слова заклинания, призывая небольшой светляк к навершию посоха Мальдиры. Стало светлее, но вот странный леденящий ужас, облизывающий пятки длинным скользким языком, никуда не исчез. Свет хоть и разгонял тьму, не мог забраться в трещинки, в выбоинки, разогнать мрак везде. И в получившемся контрасте между светом и тьмой стало отчётливо видно, что в темноте что-то копошится. Рассмотреть это что-то не получилось. Поднесёшь светляка — и нечто превращается в чёрную дымку, спешащую скрыться куда подальше.
— Ладно, пошли. Я с этой гадостью дел иметь не хочу. Раньше разберёмся, что это за привидение такое, раньше вернёмся домой.
— Как интересно. Меня зовут Виттима, а раньше звали Витой. Как мило, что кому-то это интересно, — ответил голос, доносящийся одновременно отовсюду. — Спускайтесь, спускайтесь же скорее. Я думаю, мы скоро сможем увидеть кое-что интересное.
— В смысле — “интересное”? Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила Мальдира, осматривая ступени лестниц.
Та, что вела наверх, явно использовалась чаще уходящей вниз. Тут тебе и паутина у потолка, и даже перепревшие виноградные листья. То ли влажность подвала делала своё дело, то ли Мальдира пришла к правильным выводам.
— Быстрее. А не то я не успею вас спрятать, — поторопил их голос.
Маль стало немного не по себе. Особенно от этого “спрятать”. Что призрак имел в виду? Но чутьё некромантки потребовало не медлить. Она решительно ступила на первую ступень, потом на вторую. Сзади шуршал рясой Федель, и Мальдира могла позволить себе не оборачиваться. Она знала, что клирик следует за ней, осторожно наступая точно в её следы.
— Вы долго, — заметил девичий голос, когда они спустились в подвальное помещение.
От стен веяло холодом. Могильным холодом, пробирающим до самых костей. Он не дарил отдых знойным летним днём, а скорее высасывал все силы. Такие ощущения обычно накрывали с головой в проклятых местах, там, где кого-то жестоко убили.
— Покажись, — потребовала Мальдира, украдкой сжимая небольшой кристалл вигоры в кармане.
— А может, не стоит? — с сомнением спросило привидение. — Нет, я не боюсь. Но зрелище не из приятных.
— Покажись, — с нажимом повторила Маль, поудобнее перехватывая посох.
Некромантка резко крутила головой из стороны в сторону, пыталась уловить каждый звук, каждый едва различимый шорох, но всё равно пропустила момент, когда явилось привидение.
Из-за полуразрушенной колонны показалась девичья голова в венке из роз.
“Да что ж это такое?! — возмущённо подумала Маль. — Невеста? Но почему не брошенная тогда? Что за ужасы здесь происходят?”
Впрочем, виду она не подала. Расправила плечи и указала посохом на место посередине зала.
— Выходи полностью.
— Не надо, пожалуйста, — зажмурившись, попросило привидение. — Я… я не хочу вас пугать.
— Выходи, — рыкнула некромантка и обернулась.
Федель всё это время бледной тенью себя стоял у стены и не издавал ни звука. То ли был напуган, то ли проникся важностью момента. Мальдира надеялась, что последнее, но не была уверена.
— Воля ваша, — печально ответило привидение и перелетело на середину комнаты.
Мальдира была привычна к таким поворотам и лишь отвела взгляд, показывая, что ей не всё равно. А вот Федель испуганно вскрикнул и осенил себя знаком Всеблагой.
— Не поможет. Она глуха к нашим молитвам, — с тоской заметило привидение. — Я молила о жизни, но вместо этого получила вечные блуждания где-то на грани.
Вздохнув, привидение отвело взгляд, а вот Мальдира принялась с интересом рассматривать прижизненные раны. Судя по некоторым следам, например, внезапно обрывающимся разрезам на предплечьях, смерть была не из приятных. На остальное смотреть было неприятно. Девушку зачем-то выпотрошили. И это, как предполагала Маль, и стало причиной смерти. За обнажёнными рёбрами пряталось сердце, но больше никаких внутренних органов не было.
— Что за жестокость? — с ужасом спросила Мальдира.
— Желание возвеличиться, стать равным богине. Попытки обратить смерть вспять, госпожа некромантка. Я не знаю, какой ответ верный, но каждое предположение причинило мне
