Глава 8
Интерлюдия. Подготовка заговора в СССР. Никита Хрущёв.
Никита Хрущёв находился совершенно в отвратном настроении. Строить политическую карьеру не получалось. Все намёки в сторону Сталина будто пролетали мимо, Вождь не слышал или не хотел слышать намёков. Политбюро ЦК КПСС уже не оказывало такого влияния на внутреннюю политику страны, хотя полностью управление не потеряло. Сталин по-прежнему оставался Председателем Совета Министров СССР, а вот первыми заместителями стали Косыгин, Машеров и Громыко. Хрущёва бесило то, что Сталин тянет молодые кадры наверх, а ведь он сам, Никита имел ввиду себя, немало сделал в стране, чтобы утвердить Советскую власть. Этот «кремлёвский старец» протянул в ЦК КПСС Романова, Шелепина, Семичастного, Машерова. Более того Машеров уже в первых замах Председателя Совета Министров ходит. А он, Никита Хрущёв, заслуженный партиец и в стороне. Никита сплюнул прямо на пол в кабинете. Злоба клокотала в нём. Хрущёв собрал вокруг себя кое-какую компанию недовольных новой политикой Сталина, но это всё мелкие сошки. Надо привлекать на свою сторону армию. Ещё раз поговорить с Жуковым? А что, если Жуков возьмёт и сдаст Никиту самому Сталину? Думать о таком не хотелось. Организовать покушение? Если делать такое, то наверняка. Никита пробовал осторожно поговорить с Виноградовым, личным врачом Сталина, чтобы тот стал подкидывать какие-либо препараты, чтобы подорвать здоровье грозного грузина.
— Владимир Никитич, возраст у нашего вождя вызывает опасения. Помню ещё в конце войны он мучился головными болями, а ведь прошло десять лет. Может вам начать выписывать для применения какие-то препараты, для поддержания бодрости? — расплывчато спросил Хрущёв.
— Ну что вы, Никита Сергеевич, здоровье Иосифа Виссарионовича в полном порядке. Недавно он летал в Биробиджан, там прошёл обследование на самом современном оборудовании. Пока здоровье нашего Главнокомандующего не вызывает опасений. У него нормализовалось давление. Ни как у молодого, конечно, но всё же в полном порядке, да и с сердцем замечаний нет. Для возраста товарища Сталина всё как нельзя хорошо, — ответил Виноградов.
Вспомнив тот давний разговор, Хрущёв опять сплюнул на пол. Старый грузин собирается прожить до ста лет? Чёрт бы побрал этих грузин и прочих горцев, среди них часто встречаются долгожители. Никита с досадой подумал, что он всего на шесть лет моложе Сталина. Так можно и не дождаться, когда сходишь на похороны Сталина. На последнем заседании Политбюро, Сталин резко оборвал Хрущёва и подверг критике. В этот день Никита Хрущёв решился на повторный разговор с Жуковым. Он остался в Москве, в этот же вечер посетил Жукова.
— Георгий Константинович, пора бы вам вырасти до министра Обороны, на мой взгляд Василевский не дотягивает до нужного уровня. Жёсткости у него не хватает, — начал беседу Хрущёв, когда они прогуливались по парку.
— Главнокомандующему видней, куда поставить служить офицеров. Если Василевский не будет справляться его заменят, — ровным тоном отозвался Жуков, делая вид что не понимает намёков Хрущёва.
Никита Сергеевич поморщился, но далее на «скользкую тему» разговор продолжать не стал. Поговорив ещё о делах в армии, они распрощались. Хрущёв после встречи с Жуковым направился к командующему Московским военным округом. До 53-го года округом командовал генерал-армии Артемьев, к нему Никита даже не рискнул бы обращаться, так как Артемьев был человеком Берия. Но с 53-го года Московским округом стал командовать Кирилл Семёнович Москаленко. Встретились они на загородной даче командующего. Разговаривали в парке, чтобы снизить риск подслушивания. Разговор Никита Сергеевич начал с того, что политика страны изменилась совсем не в лучшую сторону.
— Мы больше не помогаем коммунистам в других странах, чтобы они могли в своей стране развивать революцию. Завели дружбу с немцами и американцами. Помнишь НЭП[292] в 20-ые годы? Чем сейчас отличаются частные малые предприятия от буржуев? Репрессированы сотни достойных коммунистов на руководящих местах. Был Союз из республик, а сейчас непонятно что. Старика надо отодвигать от власти, заигрался он в новую политику. По улицам Москвы разгуливает, играя в доброго дедушку советских пионеров, — Хрущёв, не останавливаясь минут сорок перечисляя недостойные для настоящего коммуниста шаги.
— Никита не пойму куда ты клонишь? Меня не втягивай в свои игры. Вы там в Политбюро сами разберитесь. А у меня есть Верховный Главнокомандующий, чьи приказы я выполняю, — хмуро произнёс Москаленко.
Москаленко догадывался чего добивается Хрущёв, но участвовать в этом не хотел. После разговора с Хрущёвым перед командующим Московским ВО встала проблема. Докладывать о разговоре или промолчать? И генерал-полковник решил промолчать. В Киев Хрущёв возвращался с пониманием, что решительно изменить ситуацию надо не разговорами. Нужен снайпер, который ликвидирует Сталина, вот тогда Никита Сергеевич сможет развить какую-то деятельность. В Киеве Хрущёв стал ворошить старые знакомства, чтобы найти обиженного и в то же время умеющего стрелять из снайперской винтовки. В этом направлении Хрущёву повезло, нашёлся фронтовик, который воевал снайпером, но после войны его родственников обвинили в растратах и осудили на большой срок. От Никиты Сергеевича теперь требовалось только организовать покушение.
Осень 1957-ой год. Немецкий заказ. ГДР и СССР.
Немцы нам здорово помогли в вопросе с Венгрией, настал наш черёд выполнить просьбу руководства ГДР. У меня не было окончательного решения, С ФРГ у нас наладились вполне продуктивные торговые отношения. Почти сразу после разговора с министром МИД ГДР, я решил вызвать Судоплатова и Старинова, совет от профессионалов точно лишним не будет. Пояснил им то, что хотят от нас немцы. Тогда Судоплатов и Старинов взяли паузу на то, чтобы подумать. Прошло пару месяцев, и мы вернулись к разговору, первым докладывал Судоплатов.
— Товарищ Сталин, наша агентура промышленной разведки кое-что приготовила для нас. Нам опасен канцлер ФРГ Конрад Аденауэр, по политическим взглядам русофоб, но выгоду от сотрудничества с нами не упустит, потому не возражает по поводу торговых отношений с СССР. Что касается Президента Теодора Хойса, то на него есть компромат. Нам его предоставят, но не бесплатно. В БНД[293] попал служить агент, которого мы завербовали пять лет назад, за документы просит тридцать тысяч марок, — доложил Судоплатов.
Я посмотрел на Старинова, он мой взгляд понял правильно.
— Товарищ Сталин, на базе подготовки мы смоделировали операцию в нескольких вариантах. Пришли к выводу, что при силовой операции американцы так или иначе об этом узнают. Даже если мы отберём ребят с чисто арийской внешностью. Есть риск вызвать недовольство наших заокеанских «друзей». Стоит получить информацию о Президенте Хойсе, а устранить канцлера по-тихому нет проблем, — высказался Старинов.
Командир отряда «Вымпел» прав, шум нам не нужен. Германию не только надо воссоединить, а сделать это так, чтобы будущая Германия осталась нашим верным союзником и другом. Я дал согласие на оплату услуг агента и более полный сбор информации. Сам же связался с руководителем ГДР по закрытой правительственной связи. Такую связь мы наладили со странами Варшавского договора в 56-ом году. Наши учёные создали прибор кодировки, который кодировал сам разговор по проводной связи. Ах да, я же не рассказывал, что советские учёные уже несколько лет работают над созданием сотовой связи. Это конечно не та связь, к которой я привык когда-то в 21-ом веке, но очень приближённый вариант. В общем я связался с Вильгельмом Пиком и предложил ему выслать группу офицеров из ведомства Штази[294]. Нашим спецслужбам пора начинать взаимодействовать. Группа офицеров из Штази прилетела через десять дней под видом туристов, встречал их сотрудник из КГО. Далее они уже напрямую работали с Судоплатовым и Стариновым. Операция получила название «Встреча друзей и родственников».
