— Вон она, сучка.
Поместье Антуанетты высилось прямо по курсу.
Не останавливаясь, Калеб перекинул винтовку через невысокую стену и, зацепившись руками, подтянулся. Рывок, рубаха чуть порвалась за острые украшения решетки, но мужчина очутился на территории поместья, подобрал винтовку, присел и осмотрелся. Благодаря кустам, подстриженным в виде разных животных и людей, его присутствие пока еще не заметили.
— Снаружи никого, — почесал он скулу, понимая, что охрана все-таки должна быть.
Чуть сбавив темп, капитан пробрался через сад и, зайдя сбоку, нашел ближайшее окно. Особняк Антуанетты имел три этажа, но чуйка кричала, что искать надо в подвале.
— Плевое дело, Калеб, — настраивал он себя. — Что ты, никогда в одиночку не штурмовал поместья богатеев? Пф, каждый день в перерывах на обед. — Тяжелый выдох. — Ох, видел бы меня папка, — взгляд Калеба похолодел, — застрелил бы на месте.
С размаху приклад винтовки разбил хрупкое стекло.
Еще несколько быстрых ударов расчистили путь. Ботинки ступили на ковер, и в ту же секунду…
Выстрел!
Калеб, пригнувшись, нырнул за стол. Мундир, направив на нарушителя дуло винтовки, злобно кричал:
— Чертов мародер! Ты зашел не в тот дом!
Еще выстрел рикошетом разбил вазу на полке.
— Прости, приятель, ничего личного! — вынырнул из-за стола бывший охотник! Ответный залп.
— А! — вскрикнул Мундир, держась за плечо. Брызги крови окропили открытую дверь.
Калеб щелкнул затвором, и пустая гильза выпрыгнула наружу. Без жалости новый выстрел уложил противника на лопатки. Новоявленный предатель человечества сразу подбежал к проходу, выцеливая нового охранника, и тот не заставил себя долго ждать. Спускающийся по центральной лестнице Мундир завалился вперед, прокатившись лицом по ступенькам: этому хватило одного попадания. Сам Калеб, осматриваясь, наполовину высунулся из кабинета в главный зал. Несколько путей. Огромная лестница, ведущая наверх, и два прохода на другой стороне.
— Так, м-м-м… — ткнул он винтовкой, решая, куда идти. — Попробуем сюда.
Он прижался к стене возле одной из дверей. Вдох, выдох. Выбил створку с ноги. Дуло прямо, налево, направо. Маленькая комнатка была складом под инструменты, ведра, швабры, мотыги.
— Не то... — пошел охотник к другой двери. Снова шаги на втором этаже. Резкий разворот назад.
Горничная выстрелила из однозарядного пистолета, но настолько косо, что свинец врезался в портрет де Мари в нескольких шагах от Калеба.
— Хм, — взял мужчина на мушку испуганную. На глаза девушки навернулись слезы, она дрожала. — Леди, если стреляете, то лучше быть точнее. — Он подождал несколько секунд, убеждаясь, что горничная не опасна. — Много вас там еще на втором этаже?
— Кх, — задыхалась она.
— Давай говори! — крикнул Калеб.
— Е-еще одна горничная! — истерично ответила черноволосая. — Мундиров было трое, и дворецкий... — пистолет со стуком упал. — П-пожалуйста! Я лишь... лишь...
— Подвал, где он? — сделал Калеб несколько шагов.
— Т-туда! — указал тоненький пальчик на вторую дверь. — Нам запрещено туда ходить! Я ничего не знаю! — сразу принялась оправдываться девушка.
— Ты с подружкой запрись в одной из комнат. Еще раз увижу на горизонте — буду стрелять без предупреждения, — сказал Калеб вполголоса, но был услышан.
— Б-б-благ...
— Все, вали отсюда!
Девушка, подхватив подол, понеслась прочь, и ее наполовину расшнурованное на груди платье явно намекало на то, чем занималась охрана, оставив посты.
— Дилетанты, — сплюнул скобный на пышный ковер. И посмотрел на дырявый портрет де Мари. — Простите, ваша светлость, — с издевкой произнес он. Звук каблуков убегающей горничной стих. В этот раз вторую дверь Калеб приоткрыл медленно. Впереди тянулся коридор: с одной стороны — окна, с другой — еще двери. Бывший охотник осторожно продвигался в глубь поместья, напряжение витало в воздухе. Где-то прятались еще как минимум два мужика, готовые всадить нож в спину.
— Ох и эго, — продолжал бубнить Калеб, минуя очередной портрет здешней хозяйки.
Он заглядывал в разные комнаты. Уборная, кухня, малая гостиная. Оставался последний вариант, и, протянув пальцы к отполированной ручке, бывший охотник остановился. Чуйка снова закричала, на этот раз "Стой!".
По другую сторону в дверь уже целился Мундир, услышавший первые выстрелы. Он получил приказ от дворецкого защищать вход в подвал, а сам поседевший скрылся в темноте пугающего прохода. Сердце замирало, палец давил на спусковой крючок. Ручка двери повернулась. Скрип. Створка медленно открылась…
Никого не было.
— Что за... — прищурился парень, поправляя сползающую шапку.
"Дзынь". Колечко баночной гранаты отскочило в сторону. Калеб легким движением забросил хлопушку в небольшое помещение.
— Дерьмо! — успел воскликнуть Мундир.
Взрыв! Стены затрясло, послышался звук отпадающей древесины — и крик. Еще немного переждав, голубоглазый вошел в комнату.
— А-а-а-а! — держался паренек за культю вместо ноги, обильно теряя кровь. — Как больно! — раскачивался он из стороны в сторону.
Без лишних слов револьвер извлекли из кобуры, Калеб сделал контрольный выстрел раненому в голову.
Тишина. Здесь был лишь простой переход, и если всюду царили лоск, богатство и украшения, то тут — просто камень и дерево. Взгляд устремился на маленькую лестницу.
— Теперь точно сюда.
Револьвер вернулся на место. Винтовку перезарядили.
Шаг за шагом Калеб углублялся в темноту. И, как только глаза привыкли к мраку, на пути возникла металлическая решетка. Она была полуоткрыта: кто-то недавно проходил здесь и явно спешил.
Задержав дыхание, Калеб тихонько миновал препятствие.
— Почему я не удивлён? — скривился он.
Открывшийся "подвал" отнюдь не был стандартным местом хранения ненужного. Камера пыток — эти слова куда лучше описали бы тайничок богатой особы. Кандалы, цепи, тусклый свет кристаллов, запекшиеся пятна алого. Сбоку виднелись две камеры. Еще шаг отдался эхом. Калеб почувствовал чьё-то присутствие.
Из тени на него побежал седой дворецкий! Серебряная рапира блеснула во тьме.
Выпад острия!
Глава 24 Вой
Калеб успел дернуть винтовку вверх, отклонив тонкое лезвие, и острый шип рассек ему щеку.
— Сука! — сделал он несколько шагов назад под напором дворецкого. Видимо, у седовласого были протезы, ведь силища старика не соответствовала щуплому телу.
Спина уперлась в каменную стену. Противостояние мускул, хрип, пот на висках. Отпустив винтовку, пальцы на протезе Калеба разошлись в стороны, но из-за повреждений клинок вышел лишь наполовину. Дворецкий успел схватить лезвие в сантиметре от своих ребер. Ладонь в белой перчатке порезалась о холодный металл, кровь каплями разбивалась о пол, пропитывая ткань.
Момент жизни и смерти!
— А-а! — ударил Калеб коленом, оттесняя врага назад. Винтовка также упала.
Старичок приготовился к новому выпаду, но бывший охотник не собирался играть в благородную дуэль. Выхватив пистолет из-за пояса…
— Пуля быстрее, извиняй, — мимолетная улыбка. Он не разгибал руку с револьвером, несколько выстрелов сверкнули в темноте. Пулевые отверстия покрыли потрепанный камзол, взгляд старика остекленел. Оступившись, дворецкий рухнул на колени и испустил свой последний вздох.
Калеб устало выдохнул, небрежно прикоснувшись к порезу на щеке.
— До свадьбы заживет, — вернул он все оружие на место.
Первая клетка оказалась пуста, а вот вторая...
— Сучий!
Перед Калебом сидел истощенный юноша. Одна его рука была вытянута вверх, прикованная к стене, вторая просто отсутствовала. Уши и хвост — ободраны, тело — в ранах от рапиры. Казалось, вервольф уже мертв, но, услышав шаги рядом…
— Х-х-х, — прохрипел он, чуть приоткрыв глаза. — С-Союз?
Голубоглазый немедля несколько раз кивнул.
— Держись, я тебя вытащу! — перекинул он винтовку за спину.
