Всепожирающий хотел получить это тело, получить в свое распоряжение идеальный аватар. Неравный бой разгорелся в подземном убежище, и стальные двери не смогли удержать монстра внутри. Охотники защищали белую волчицу ценой своей жизни, в ней еще не было души, не было воли, пустые глаза смотрели вокруг, а тело, как и планировалось, подчинялось любому приказу.
— Кх, — блевала кровью Петра. Она была ранена, лежала на полу. Поломанные приборы искрили, дым заполнял комнаты. — Беги, беги! — говорила она рядом стоящей волчице. — Жди наверху, тебя найдут!
— Угу, — кивнула Омега. И, спокойно шлепая босыми ногами по лужам крови, начала двигаться к лестнице.
Оборот часов. Ученая из последних сил выкрутила ползунки кристаллов на максимум, десятки генераторов заискрили, и, вновь упав на пятую точку, она победительницей посмотрела на приближающегося монстра.
— Где она?! — схватил он ручищей ее за шею. — Где серебряная?!
— Ха. — Улыбка с кровью на зубах. — Дальше только судьба, чудовище. — Оправы кристаллов затрещали, лопаясь один за другим, во все стороны полетели винтики и болты. — Кх-х, су... дьба.
— Нет! — понял гнилой мутант.
Гул! Цепочка взрывов! Яркое разноцветное пламя охватило бункер, сжигая его полностью и унося все жизни внутри. Землю снаружи затрясло, и подпорки, не выдержав, рухнули. Подземная лаборатория обвалилась вовнутрь и еще глубже, превратившись в развалины. Магический огонь испепелил её в ничто, и чуть позже Гром получит доклад о происшествии. Ни одного уцелевшего, и что произошло в тот день, определить по пепельным остаткам было невозможно. Объект СЖ — ноль-ноль-один…
Мертва.
А маленький ребенок продолжал исполнять последний приказ. Она шла, шла и шла, брела, сама не понимая куда. Через несколько дней появилось чувство голода, усталость… Одна эмоция за другой. Злость от палящих солнц, радость от красивой бабочки на цветке. И затем...
Белая волчица проморгалась, её душа наполнилась первой встреченной эссенцией, дала толчок, подарила волю.
Алька, пробираясь через заросли, поправляла наплечный мешок. И застыла на месте, увидев одинокого волчьего ребенка у самого моря. Случайность. Первая и главная, что нарушила всеобщие планы мироздания. Ведьма, желающая искупить грехи прошлого, и первородный оборотень, не знающий своего предназначения.
— Привет, — осторожно подошла кукольница, оглядываясь по сторонам.
— Здравствуйте.
Её первые осмысленные слова, первые ясные воспоминания.
— Ты откуда такая? — присела Алька на колено, снимая с себя накидку, чтобы укрыть голое тельце ребенка. Первый подарок, первая забота.
— Я... — поморщилась волчица. — Я не помню. Ничего не помню. — Урчащий желудок заставил щеки покраснеть.
— Ну, одно мы уже выяснили, — улыбнулась ведьма. — Если не боишься, пойдем со мной, попробуем найти твой клан.
Алька не знала. Никогда не видела вживую брата Омеги, ведь вела сражение на другом конце Черной Земли, и для неё первородный волк, ведущий других, был не больше чем легендой. А белая шерсть найденной не вызвала удивления, особенно после встречи со многими необычными волками, чей окрас и внешность вызывали куда больший трепет.
— Х-хорошо, — по-детски протянула ручку оборотнесса.
Их ладошки соприкоснулись.
— Меня зовут Алька. — Пепельноволосая источала что-то светлое, доброе. Вживленные знания о мире рисовали перед волчицей страшную картину полной злобы войны, кто и с кем воюет. Но вот жуткие ведьмы… Самая приятная часть её недолгой жизни.
— Не помню, — парочка шагала, углубляясь в лес.
— Хм-м. — Называть незнакомку как-то было надо, а потому… — Не против, что пока я буду обращаться к тебе Айвори?
— Айвори? — Невинный взгляд.
— Это сочетание трех магических наречий и дословно означает: «ай» — «белая», «во» — «добрая», «ри» — «улыбка». — Каждое слово сопровождалось движением пальца.
— Как-то смущает, — снова покраснела девочка-волчонок. — Н-но... — чуть сжала она мягкую руку спасительницы. — Мне нравится. — Именно с этого момента Ави полюбила придумывать разные имена, вкладывая в них некий смысл или посыл.
Недельное путешествие вместе показало белой волчице несколько сторон незнакомого ей мира, хороших и плохих. И в итоге сам ребенок принял решение, что хочет остаться с Алькой, пока она не прогонит. А кукольница ни за что бы так не сделала, и оттого…
— Знакомьтесь! — открылась дверь маленькой избушки. Снег мягкими хлопьями покрывал плечи и головы новоприбывших. — Это Айвори.
— Здоров, — помахала рукой Рифа.
Мур молчаливо улыбнулась, Мелони только хмыкнула, не доверяя незнакомке.
— Рада познакомиться, — протянула руку Нова.
А Рита, пришедшая с охоты, мягко сказать, удивилась.
— Меня не было всего несколько часов, а у нас уже новый ребенок?
— Ну, ты знаешь, как это бывает. Сначала один, потом хочется еще, — пережевывала мясо Нова.
— Замолчи! — фыркнула бурая.
Домик наполнился смехом.
"Так вот о чем говорила госпожа Алька, — думала про себя Айвори. — Семья".
Широкая улыбка заворожила обитателей одинокого убежища. Им предстоял еще долгий путь, но даже сейчас простые теплые чувства начинали затягивать раны прошлого.
* * *
Омега отошла от чаши. По щекам потекли слезы.
— Вся моя жизнь... — прошептала она, не зная, как продолжить.
— Это ложь, — нанес родной брат удар ей в самое сердце.
Глава 35 А чего хочешь ты?
Волчица чуть отошла от чаши под пристальным взглядом первого Альфы и, к его удивлению, просто уселась на землю, утонув наполовину в тумане. Она смотрела в глубину, слушала журчание воды, её глаза тускнели, превращались в чистое бельмо. Брат видел эту пустоту, давал время все обдумать и... сел рядом.
— Знаешь, — прошептала Ави, — я всегда знала, что со мной что-то не так. Что-то вечно рвало меня изнутри, щипало, терзало. — Угасающий смешок. — И моя... Моя семья. Они всегда были рядом, помогали, направляли меня.
— Они сдерживали тебя, — спокойно ответил Альфа. — Благодаря им ты выжила, я не отрицаю этого, но именно их учение, их опека не подпускали тебя ко мне. Не подпускали тебя к самой себе.
— А кто я? — окончательно исчезли зрачки. — Даже... Даже мои чувства — это фальшивка, я не могу любить, кого захочу, не могу защитить, не могу выбирать, я... — усталый вздох. — Я просто эксперимент, как и все волки. Существо из пробирки.
— Нет, — отрицательно покачал головой юноша. — Ты наша надежда, Омега, ты наш последний шанс все исправить. Вернуть то, что нам причитается, и не я один в это верю. — Альфа аккуратно взял сестру за руку. — Честно, я не знаю, кто такая эта Беатриси, но она помогает, она воссоединила нас, она твой и мой друг.
— Ведьмы ничем не отличаются от людей, все одно и то же, — вскинула белая волчица голову. — Я так устала от этого! Вечные заговоры, вечная борьба за ключи от дома над бездной.
— Тогда надо снести этот замок, уничтожить дверь. — Альфа встал на ноги. — Но это снова указка, да? — виновато улыбнулся он. — Давай зададим другой вопрос? — протянул он руку. — А чего хочешь ты?
Пустые глаза на мгновение наполнились жизнью, красные зрачки взглянули на руку брата.
— Я хочу... — Клиф, Мелони, Мур, Рифа, Алька, Нова, Рита, Аннет. Их лица тонули, исчезали в пучине злобы, угасали. На их месте серебряная видела охотников, смерти, которым не было числа. Бродя в потемках, все сражаются против всех. Ради чего умер старый дедушка-медведь? Корица? Ее друзья в форте, Расти... Ради чего? И эта тягучая мысль пронеслась ровной линией через все её путешествие в никуда. Они погибали, спасая Айвори. Айвори слабая, глупая девушка, которую постоянно нужно защищать. Довольно. Хватит. — Я хочу… — Красные зрачки побелели, наполнились светом серебра. — Хочу уничтожить этот проклятый мирок под названием Черная Земля, хочу, чтобы не было больше боли, чтобы больше никто не жертвовал собой, чтобы была гармония.
