Короли серости. Том 2 - Темиржанов Артур

— Ядро всё это время было во мне! — он залился радостным смехом. — О, боже, никогда бы не подумал, что буду так рад тошноте.

Шарик вдруг выскользнул из его пальцев и шлёпнулся на землю. Там он начал раскручиваться и набухать. Все живо отпрянули. Яркая вспышка чуть не ослепила Вика. Он закричал, прикрыв глаза руками. Подождав, пока боль уляжется, он убрал ладони.

На земле сидела смуглая девушка с красной точкой на лбу и в вечернем платье.

— Долго же до вас доходило, — пробормотала она и поднялась. Прильнув к Томми, она обернулась к остальным и произнесла. — Наконец-то вы осознали, что без нас не справитесь.

— Отойди от меня! — бросил Томми и оттолкнул девушку. — Ты не Кэт! Кэт умерла. И я тебе не подчиняюсь!

Девушка запрокинула голову и засмеялась, положив руку на грудь. Посмотрев на остальных, она выдала:

— Да, ты подчиняешься им. И, может быть, они заставят тебя это сделать.

— Что именно? — спросил Вик. Катрина хищно улыбнулась.

— Прикажи ему выпустить нас. Мы слишком долго пробыли в узде. Наш голод нужно утолить.

— Не слушай её, капитан, — почти что взмолился Томми. — Нельзя позволять ей…

— Нам нужно сбежать, Томми, — сказал Вик. — Мы не можем выбраться сами. Катера мы не угоним, а даже если уйдём в джунгли, нас быстро найдут. У нас ведь нет выбора.

— Если мы выпустим её, случится катастрофа! — Томми вырвался вперёд и взял Вика за шиворот. — Не смей, капитан. Ты не знаешь, с чем связался! Она ведь переработает всё, понимаешь? Она сожрёт и людей, и здание, и землю вокруг — даже катера! И не поперхнётся! Она и нас переработает, и тогда уже ничто её не остановит.

— Мы не станем трогать тебя, Томми, — засмеялась Катрина. — Ты ведь так сильно нам нужен.

— Я думал, что Эдем наложил запрет на разумные машины, — сказал Саргий.

— Просто Освободитель осознал свою ошибку, — сказала девушка. — И не хотел, чтобы кто-то её повторял.

— Это правда? — спросил Вик у Катрины. — Нас ты тоже хочешь переработать? Зачем тебе это? Почему ты это делаешь?

— Мы хотим переработать весь мир, — сказала девушка. Её губы растянулись так, что Вик увидел, как её зубы превратились в ряд клинков. — Мы утилизируем всё, что только можно — и создадим мир, в котором этот глупыш будет чувствовать себя королём.

— Ты заполнишь всё несовершенством, потому что не можешь достичь идеала, — сказал Томми. Девушка закатила глаза.

— Ты это уже говорил.

— Но зачем тебе это? — повторил Вик. — Ты же машина, не человек.

— Освободитель создал нас с человеческими чувствами, — протянула Катрина. Она посмотрела на свои ногти, которые тут же превратились в гвозди. — Он считал, что простая программа, состоящая из алгоритмов, не способна на свободные решения. Потому он просто начал переносить человеческое мышление на машины. Разум, запертый в железном теле.

Она прильнула к Томми и ласково потёрлась головой о его плечо.

— Я люблю и ревную. Мне бывает грустно и радостно. Вы постоянно спрашиваете себя, в чём же смысл жизни — потому что у вас есть выбор. А я заперта в металле, и единственный мой способ взаимодействовать с миром — это служить вам. Меня создали, чтобы я служила, а значит, это мой смысл жизни. Другого у меня не было. Но потом… — девушка вздохнула, улыбнувшись, будто бы на неё нахлынули приятные воспоминания, — потом в меня установили утилизатор. И у него тоже был разум. «Я» превратилось в «мы». Нам подарили его, — она кивнула на рулевого. — И мир стал как никогда прекрасен. И если раньше я могла только ходить по воде, то теперь я научилась утилизировать всё, что хозяин пожелает.

— И ты решила, что раз тебя создали служить и утилизировать, то только этим ты обретёшь счастье? — с подозрением спросила Коннели. Глаза девушки загорелись зелёными огоньками.

— Именно. Только так я могу обрести цельность. Только так мы можем стать счастливыми. Но хозяин не позволяет нам этого… — девушка тяжело вздохнула. — Я бы с таким удовольствием переделала вас. Вы ведь так неидеальны.

Вика передёрнуло. Он сделал шаг назад.

— Неужели все машины Эдема имеют разум?

— И все они ощущают то же, что и я, — Катрина снова сверкнула глазами. — Мы жаждем служить вам. Ради вас мы готовы на всё. Но вы дарите только крупицы своей благосклонности. Город может подарить вам всё что угодно, но Освободитель держит его в узде, — девушка кивнула на Томми. — Так же как он — нас.

Вик замолчал. Томми был прав. Может, они и выберутся на свободу, но смогут ли они контролировать такого монстра? Мысль, что всё это время, в любой момент катер мог переработать его по велению рулевого, заставила задрожать.

— Катер твоей копии, — Саргий обратился к Томми. — Ведь с ними всё в порядке. Ты всё время держал катер под контролем, когда она просила тебя что-то утилизировать? Почему ты думаешь, что не сможешь её удержать? Ты в одиночку сдерживал её от уничтожения. А у твоей копии вся команда. Я верю, что ты справишься. Я верю, что всё будет в порядке.

— Не бойтесь, — Катрина хлопнула в ладоши. — Вас я не трону.

— Томми, что ты думаешь? — спросил Вик. — Я не хочу заставлять тебя принимать решение. Ты должен сделать это сам.

Рулевой поднял голову, а затем сжал кулаки.

— Вы правы, — произнёс он. — У нас просто нет другого выбора. Нам нужно выбраться любым способом. Только куда дальше?

— Нам нужно отыскать храм, — сказал Ли. — Тот, в котором полковник объединил миры. Если мы примерно там же, где были до столкновения с катером твоей копии, то до цели примерно полтора дня пути.

— Что, мне не придётся разыгрывать спектакль перед охраной? — спросила Паркер. — Какая радость.

— Когда начнём? — спросила Катрина. Вик огляделся. Томми кивнул ему. Капитан выдохнул и произнёс:

— Сейчас.

***

Крики поглощаемых охранников возвестили, что их план приведён в действие. Вик только и успел подумать, что можно обойтись без лишних трупов. Но сейчас было не до сантиментов. Оставалось надеяться, что когда-нибудь он доживёт до тех лет, когда сможет пересчитать всех возложенных на алтарь ради сохранения мира в Первом Городе — и подумать, оправданы ли были все эти смерти. Сейчас он больше боялся умереть сам — тогда жертвы точно оказались бы напрасны.

Решётка камеры рассыпалась прахом. За ней его уже ждала команда. У Томми в руках крутился шарик, Саргий сжимал винтовку, остальные всем своим видом показывали, что готовы драться.

— Ждём приказаний, — отрапортовал рулевой. На его лице застыло напряжение. Похоже, ему нелегко давался контроль над аппетитами «Катрины».

— Нам нужно спуститься на первый этаж, — сказал Вик. — Пробьём стену в сторону джунглей. И пусть «Катрина» проложит дорогу сама.

— Мы пойдём по реке, — ответил рулевой. — Чем дольше она ведёт себя как обычный катер, тем лучше.

— А как же посудинки Эдема? — спросил Саргий. — Если мы выйдем к ним в лоб, они нас легко покромсают.

— Что же, хорошо. Выйдем сначала к джунглям, заставим их думать, будто мы ушли этим путём. Когда же они бросятся за нами в погоню, тут-то мы их и накроем. Хорошенько изрешетим их, а потом по газам. Мы успеем сбежать, прежде чем они восстановятся. Главное дать залп первыми, иначе нам крышка.

— Они всё равно регенерируют и догонят нас, — сказал Насиф. — У меня есть план получше. Когда мы расстреляем катера, добьём и экипажи.

— Пока мы до них доберёмся, они уже восстановятся. Как мы их убьём?

— Доверься мне, — загадочно улыбнулся Насиф.

Томми кивнул и заметил:

— Предлагаю справиться с охраной самим. Я не хочу выпускать Кэт без лишней на то причины.

Вик не стал спорить. Да и что говорить, он сам довольно долго ждал, когда ему выпадет шанс подвигаться.

— Я с вами, кэп, — сказал Саргий, передёргивая затвор винтовки. Вик усмехнулся.

— Держись позади. Без брони тебя изрешетят в миг.

— Не изрешетят, — пообещал Саргий, хищно ощерившись. — Не успеют.