Владимир Городов - Козыри богов(СИ)

Когда в Одессе уже наступил поздний вечер, в Суродиле ещё только-только начинало светать. Провожая возле портала Бади с четырьмя гвардейцами в коммерческую поездку, я не переставал про себя удивляться парадоксам человеческой цивилизации. Углерода в окружающем мире - не меряно! А какие страсти, какие кровавые драмы подчас возникают вокруг его небольшого кристаллического кусочка!

Одесса,

вивината 8855 года

Очередь заступать на караул в Подземный Город подошла Васе и Диме. Я шёл во главе смены часовых, а за нами выделенный младшим герасимом Даду мужичок бодро катил перед собой тачку с дровами: я решил попробовать скопировать автомат.

Проём портала привычно открылся в зал управления, который за последние дни стал для меня чуть ли не вторым домом, однако предупреждающего окрика часового, который я ожидал услышать, не последовало. Такого ещё ни разу не случалось. Неужели уснул на посту? Ну, покажу ему сейчас, устрою разбор полётов! Яуже приготовился шагнуть внутрь, как услышал за спиной резкий окрик "стой!" и передёргивание затворов вслед за ним. Я обернулся и увидел автоматы наизготовку в руках гвардейцев. Дима бросился вперёд, прикрыл меня своим телом и, держа портал под прицелом, оттеснил меня за одно из укрытий, после чего два раза выстрелил в воздух.

- Сейчас подкрепление прибудет! - сказал он.

- А не зря тревогу поднял? - засомневался я.- Может, просто задремал человек?

- Не может,- уверенно ответил он.- А бы и задремал, то от выстрелов бы непременно проснулся...

Через несколько минут возле портала уже собралась вся гвардия во главе с Петей. Узнав, в чём дело, он коротко кивнул, одобрительно хлопнув Диму по плечу, и скомандовал:

- Дидо и Вася - пара, Коля и Ради - вторая, Дима - со мной. Вариант номер три. Остальные прикрывают.

Гвардейцы ворвались в Подземный Город и осмотрелись, после чего Петя сделал мне знак, что можно войти. Недалеко от портала ничком лежал один из часовых. Из-под его головы вытекала небольшая лужица крови.

- Петя, проверь второго! - Я бросился к лежащему, втайне надеясь, что он всё-таки жив, хотя сознание подсказывало противоположное. Перевернул часового. Никакой смертельной раны не видно: кровь натекла из носа и разбитого рта. Лицо перекошено страдальческой гримасой. Смерть наступила достаточно давно: тело успело остыть.