что он летает не так быстро, как они или духи Людей Льда, но то, чего он смог добиться, вызывало у всех симпатию. Марко понимал, что случай с Бенедиктой является слишком сложным для предков Людей Льда.
Это должно было стать для него боевым крещением. И если он справится со своей задачей, его предки смогут гордиться им. И еще важнее: только он один мог спасти Бенедикту от «того самого».
Так Марко прибыл к Переправе.
Уриэль не преувеличивал. Ситуация была очень опасной. Там находилась Бенедикта вместе с другими людьми, и из идиллического озера прямо на них поползло злобно рычащее чудовище. Молодая Бенедикта попыталась загнать его обратно в воду с помощью альруны («Спасибо, Руне», — подумал Марко, вспоминая об этом), но та оказалась недостаточно сильной для этого.
Марко не стал медлить ни минуты. Стоя на цветущей летней лужайке, он поднял руку и обратил ее в сторону привидения, паромщика, и в воздухе с шипением сверкнула молния.
«Сейчас или никогда», — подумал Марко.
Ему это удалось! К его огромному удивлению паромщик растаял в воздухе.
Никто из присутствующих не обратил внимания на то, с каким облегчением вздохнул Марко. Всем показалось просто, что он очень важная персона, и ему оказали соответствующий прием.
Но задача его еще не была выполнена. И когда он увидел статую Нертхюс-Тюра, он понял, что рано возликовал. В этот раз ему пришлось куда труднее, потому что за спиной ожившего Нертхюс-Тюра стоял Тенгель Злой собственной персоной.
И когда Марко наконец удалось обезвредить идола, он был совершенно измотан. Но он не хотел этого показывать остальным. Все должны были верить в его могущество, иначе из-за страха у них попросту был бы нервный срыв.
Но он справился с этим! Его первое крупное поручение было выполнено, и о том, насколько важным было это поручение, он узнал, только вернувшись домой, в Черные Чертоги. Прибыв на место, он был просто в шоке и так дрожал, что вынужден был лечь.
У Переправы он выполнил еще одну задачу — раскрыл предысторию этого места. Он давно уже знал, что обладает такими способностями, но теперь окончательно убедился в этом. И было приятно сознавать, что он вернулся с победой.
Марко, как все молодые, был не уверен в себе, охоч до похвалы.
Бенедикта родила сына от одного из молодых людей, бывших с ней у Переправы. И Марко заботился об Андре, испытывая симпатию к этому мальчику, растущему без отца. Во время одного из своих визитов в Липовую аллею он понял, что мальчик испытывает большие жизненные трудности.
И это на самом деле было так: старшеклассники не давали ему прохода только потому, что у него не было отца. Марко возмутился и вмешался, поддаваясь зову сердца. Во всех остальных случаях он не показывался на глаза своим родственникам, но Андре нужно было знать, что кто-то беспокоится о нем.
И Марко обзавелся преданнейшим другом. И у Андре появился друг.
Следующее его задание было несколько иного плана. От своих предков он получил известие о том, что молодая женщина, Марит Свельтен, на которой только что женился Кристоффер Вольден из рода Людей Льда, лежит при смерти. Предки не хотели, чтобы она умирала. Она могла принести роду большую пользу.
И он направился в больницу в Лиллехаммере. Вспоминая об этом у входа в долину Людей Льда, он мысленно улыбался. В этой лиллехаммерской больнице совсем недавно выздоровели двое представителей рода Людей Льда, Натаниель и Габриэл. В знак благодарности родственники послали туда цветы.
Спасти жизнь Марит Свельтен оказалось для Марко нетрудно. Следующая его задача была гораздо сложнее. Ванья. Дочь его родного брата. Она-то в самом деле сбилась с пути! Спуталась с демоном ночи! Конечно, не следовало забывать о том, что Тамлин был еще и наполовину демоном бури.
И Марко настроил Ванью на то, чтобы покончить с властью Тенгеля Злого над демонами ночи. И ей удалось это сделать. Разумеется, с помощью двух черных ангелов… Она выполнила еще более трудную задачу: освободила Тамлина от неразрывных цепей в Глубинной Пещере. Эти цепи разорвала ее самоотверженная любовь к Тамлину. Их потом приняли в Черные Чертоги.
Но через несколько лет, когда Марко снова был послан в Липовую аллею — в ту ночь, когда умирала Ванья — он уже не мог появиться в своем прежнем обличий. Всем обязательно бросилось бы в глаза, что он по-прежнему такой же молодой, как и тридцать лет назад. И черные ангелы с помощью магии превратили его в светловолосого Имре. А потом он помог Андре и Мали справиться еще с одним призраком, тоже вылезшим из воды — из одного лесного озера в окрестностях Варгабю. На этот раз маленькая альруна приостановила атаку привидения, хотя и не обладала достаточной силой, чтобы справиться с ним.
Марко использовал свои навыки: он освещал им дорогу в темном лесу, заставив светиться свою ауру.
Он начинал становиться мастером своего дела. Все ему удавалось. Но чего-то не хватало в его жизни.
Он был слишком человеком, чтобы не тосковать по земной любви. В Черных Чертогах все было пропитано любовью. Все там были бессмертными, и никто не нуждался в чувстве, способствующем продолжению рода. Все горячо любили друг друга в Черных Чертогах. Но эта любовь была совершенно свободна от эротических переживаний.
Но когда его отец, Люцифер, в очередной раз появился на земле, он полюбил земную женщину, Сагу из рода Людей Льда. Казалось, это сама земля, с ее красками, запахами и сменой времен года, вызвала у него влечение к существу противоположного пола.
И Марко был наполовину человеком.
Но он никогда не влюблялся в женщин. И тосковал по такой любви, признаваясь самому себе, что испытывает чувство неудовлетворенности.
Хорошо, что Ванья и Тамлин оказались в Черных Чертогах. Теперь здесь было уже несколько Людей Льда. Ведь Ванья была внучкой Люцифера.
В обличий Имре Марко навестил дочь Ваньи, Кристу. Многие годы он появлялся у своих земных родственников, когда им требовалась помощь, и со временем он заменил Имре его «сыном» Гандом, рыжеволосым юношей.
Но для него самого было облегчением, когда на Горе Демонов он смог, наконец, появиться в своем подлинном виде: как Марко из рода Людей Льда, принц Черных Чертогов.
В обличий Ганда он поспешил к смертному одру Хеннинга. Он хотел попрощаться с человеком, который так много значил для него в детстве и юности. Андре разгадал тогда взаимосвязь между Марко, Имре и Гандом.
И сам Марко с радостью поведал об этом Хеннингу,
