ты не любила Джефа Тюка, когда сбежала с ним. И ничего о нем не знала – только то, что он из тех, кто берет себе новую жену, когда старая еще не остыла.
Илэйн залепила Ренне пощечину, но Ренна, пристально глядевшая на сестру, даже не вздрогнула, и та отшатнулась.
– Лэйни, разница между нами в том, что я не убегаю. Я бегу.
– Бежишь? – переспросила Илэйн.
Ренна кивнула:
– Я не хочу жить в Тиббетс-Бруке. Здешние жители позволили отцу творить все, что вздумается, и выставили меня в ночь. Не знаю, каково в Свободных городах, но уж всяко лучше, чем здесь.
Она наклонилась к сестре и понизила голос.
– Лэйни, я убила отца. – Ренна подняла наполовину расписанный метками нож. – Убила. Убила этого выходца из Недр. Его нужно было убить не только за то, что он сделал, но и за то, что мог натворить еще. Папа никогда не платил за то, что можно было просто отобрать.
– Ренна! – Илэйн отпрянула от сестры, как от подземника.
Ренна покачала головой и сплюнула через перила крыльца.
– Была бы ты чуток посмелее, сама бы его прикончила, когда мы с Бени были еще малы.
Илэйн молча смотрела на нее большими глазами, но Ренна не понимала, виновато или потрясенно. Она отвернулась, глядя на двор.
– Я тебя не виню, – сказала она, помолчав. – Будь я посмелее, я бы убила его в ночь, когда он меня испортил. Но мне было слишком страшно.
Она обернулась и посмотрела Илэйн в глаза.
– Но теперь я никого не боюсь, Лэйни. Ни Рэддока Стряпчего, ни Гаррика Рыбака, ни этого вестника. Он, похоже, неплохой человек, но если окажется таким же, как папа, я избавлю мир от него. Уж поверь мне.
Через несколько часов прискакал Меченый. Ренна ждала на крыльце. Она подошла к Сумеречному Плясуну, который вставал на дыбы и поднимал пыль.
– Не будем терять время. – Меченый протянул ей руку, не удосужившись спешиться.
– Ты даже не попрощаешься?
– В Бруке начинается веселая жизнь. Лучше никому не знать, что я не просто украл тебя у Джефа и Лэйни Тюков.
Ренна покачала головой:
– Твой отец заслуживает большего.
– Я не стану говорить ему, кто я такой, – сверкнул глазами. Меченый.
Ренна не испугалась:
– Хотя бы скажи ему, что его сын жив, иначе ты не вправе судить, кто заслуживает метки, а кто нет.
Меченый нахмурился, но спешился. Ренна была права, и он это знал, хотя ему было неприятно это признать.
– Мы уезжаем! – крикнул он, и все высыпали во двор. Меченый отыскал взглядом отца и кивнул. Джеф отделился от толпы.
– Однажды я встретил в караване Арлена Тюка из гильдии вестников, – сообщил Меченый, когда они остались наедине. – Возможно, это твой сын. Фамилия распространенная, зато имя редкое.
Джеф просиял:
– Правда?
– Это было много лет назад. Кажется, он работал в компании метчика Коба в Форте Милне. Возможно, там о нем что-то знают.
Джеф схватил руку Меченого:
– Да светит над тобой солнце, вестник!
Меченый кивнул, высвободился и подошел к Ренне.
– Не будем терять время, – повторил он.
На этот раз девушка кивнула и позволила усадить себя на Сумеречного Плясуна. Меченый сел в седло перед ней, и она обхватила его за талию. Они рысью выехали на дорогу и повернули на север.
– Разве Свободные города не на юге? – спросила Ренна.
– Я знаю, как срезать, – пояснил он. – Так быстрее и не придется ехать через город.
Сумеречный Плясун пустился в галоп. Ветер развевал волосы Ренны. Она радостно засмеялась, и Меченый присоединился к ней.
Арлен и вправду помнил все тропки и пастбища северных ферм Тиббетс-Брука. Не успела Ренна оглянуться, как они уже выехали на главную дорогу из города. Даже ферма Мэка Выгона осталась позади.
Они скакали до конца дня и значительно приблизились к Свободным городам, когда Меченый наконец натянул поводья. Это было за четверть часа до заката.
– Мы не припозднились? – спросила Ренна.
Арлен пожал плечами:
– Круги разложить успеем. Один я бы, может, и вовсе не остановился.
– Тогда не останавливайся. – Ренна проглотила страх при мысли о ночевке под открытым небом. – Я обещала не задерживать тебя в пути.
Не обращая на нее внимания, Меченый спешился и достал из седельных сумок два переносных круга. Один он разложил вокруг Сумеречного Плясуна, другой – на небольшой прогалине и быстро выровнял метки.
Ренна сглотнула, но промолчала. Оцепенев, она сжимала нож и высматривала зловещую дымку. Арлен взглянул на нее и заметил, что ей не по себе. Он оторвался от работы, подошел и порылся в седельных сумках.
– Вот же он! – сказал он наконец, встряхнул плащ, набросил его Ренне на плечи, завязал на шее и поднял капюшон.
Ее щек коснулась неописуемо мягкая, словно шерстка котенка, ткань. Ренна привыкла к грубой сермяге и даже не подозревала, что материя может быть такой тонкой. Девушка опустила взгляд и снова ахнула. Плащ был расшит крошечными стежками, которые складывались в сотни меток.
– Это плащ-невидимка, – пояснил Арлен. – Пока ты в нем, демоны тебя не заметят.
– Правда? – изумленно спросила она.
– Клянусь солнцем, – ответил Арлен, и Ренна внезапно осознала, что до сих пор судорожно сжимает нож. Она разжала пальцы и впервые за последний час вздохнула полной грудью. Костяшки пальцев ныли.
Арлен вновь наклонился над кругами и быстро закончил работу. Ренна тем временем вырыла ямку, развела костер и достала корзину Илэйн. Они поужинали холодными пирогами с мясом и ветчиной, свежими овощами, хлебом и сыром. Подземники время от времени бросались на метки, но Ренна доверяла опыту Арлена и не обращала внимания.
– Тебе неудобно в седле, пышное платье мешает, – заметил Арлен.
– Что?
– Я не могу пустить Плясуна во весь опор из-за того, что ты неправильно сидишь, – пояснил он.
– Он может еще быстрее? – недоверчиво спросила Ренна.
– Намного, – рассмеялся Арлен.
Она прильнула к нему, обвила руками за шею:
– Если ты хочешь стянуть с меня платье, Арлен Тюк, то так и скажи.
Она улыбнулась, но Арлен отпрянул, схватил ее за талию, снял с колен, как Ренна сняла бы Женку-Царапку, вскочил и попятился:
– Рен, я не для этого взял тебя с собой.
– Ты не воспользуешься случаем? – удивилась она.
– Нет.
Он достал из седельной сумки набор для шитья, бросил Ренне и отвернулся.
– Разрежь юбку, и поскорее. Сегодня ночью есть другие дела.
– Дела?
– До рассвета ты должна убить демона, иначе я оставлю тебя в первом попавшемся городе.
– Готово, – сказала Ренна. Она сняла нижнюю юбку и укоротила верхнюю, сделав высокие разрезы по бокам. Арлен сидел
