лишь на пару сантиметров, чтобы открыть глаза, еще и находился в тени. Заметить его можно было бы, только если точно знаешь, куда смотреть. Этот тип знал.
Словно издеваясь, незнакомец усмехнулся и, развернувшись, побежал дальше. Я открыл глаза, чувствуя дикое напряжение. Он точно воспользовался какой-то магией, чтобы обнаружить моего питомца. Подойдя к стражнику, я коснулся его плеча, чем привлек внимание.
— Не расходитесь. Следите за всем подозрительным.
— Слушаюсь, лорд Мортейн! — выпрямился он.
Отдав мысленный приказ демону, чтобы и дальше следил, я поправил ножны и направился в переулки бедного района. Не знаю, кто нам попался, но это и неважно. Простые наемники, служители церкви или шпионы столицы — я раздавлю каждого, кто посмеет смотреть на меня свысока.
Настало время показать заносчивым выродкам силу того, кто раздавил армию Кинуара всего за день.
Глава 16
Городская охота (часть 2)
Трущобы Норвелла всегда жили по своим собственным, негласным законам. Эта часть города была полна кривых, покосившихся лачуг и старых двух и трехэтажных зданий. Улицы были заполнены узкими переулками, в которых даже в полдень оставалось темно. Местные жители, не занимающиеся криминалом, редко покидали дома. А сейчас, услышав грохот с центральной улицы, и вовсе позакрывали все окна.
Я двигался сквозь лабиринт быстро, но бесшумно. Постоянно проверял местонахождение своего демона, сокращая между нами расстояние. Понимаю, что его заметили, и я иду, скорее всего, в ловушку, ну и пусть. Свернув на очередном повороте и перемахнув через невысокий сетчатый забор, почти вышел на соседнюю улицу, как вдруг замер. По спине пробежался холодок. Связь оборвалась…
Убийство моих демонов отличалось от момента, когда я сам возвращал их в книгу. Питомцы пропитаны жизненной энергией, а потому подобное больше походит на укол в самое сердце. Давно же я не испытывал чего-то подобного. Причем никакой угрозы демон-хищник не чувствовал. Все случилось внезапно.
Закрыв ненадолго глаза, чтобы подумать, я снова вспомнил ту пятерку в плащах. Мои инстинкты начали вопить, стоило только нам встретиться. Но я не ощущал грозной силы. Было что-то другое. Они словно… изучали. Готовились к охоте. Одно из правил моей профессии из прошлого — до последнего не выдавать своих мотивов и оставаться незримым даже у всех на глазах. Это помогало, когда целью становились не демоны, а люди. Если нет жажды крови, то тебя не опасаются. Не думал, что снова испытаю нечто подобное после перерождения. Забавно.
Улыбка на лице возникла сама собой. Я испытал не страх или гнев, нет. Во мне начало бурлить любопытство, смешанное с азартом. Я снова открыл глаза и направился дальше. Спустя несколько минут достиг очередного переулка, заваленного гнилым мусором. Именно здесь от моего демона и избавились. Но я не понимаю, как. Противник специально зашел сюда, чтобы избавиться от него? Впереди же тупик…
Подумав об этом, я подошел к стене впереди и присмотрелся. Она была сложена из камня, но снизу справа, за горой мусора, виднелся просвет. Отбросив мешки, я усмехнулся. Небольшая щель. Пригнувшись, пролез в нее и, пройдя еще с десяток метров, оказался на дальней улице. Стена города находится всего в нескольких домах впереди. Бедный район сам по себе особо не отличается, но у самой стены уровень жизни падает до минимума. Здесь сосредоточено все то, о чем в центральном районе боятся даже думать.
Прямо передо мной находилось двухэтажное строение, которое, казалось, держалось лишь на честном слове и грязи. Здание выглядело до безобразия старым. Первый этаж покосился под тяжестью времени, отчего вся конструкция заметно кренилась влево. Окна на обоих этажах были наглухо заколочены досками. Крыша во многих местах провалилась, а часть черепицы валялась прямо на земле.
Дверь, давно частично сгнившая, висела лишь на одной ржавой петле. Снизу она опиралась на каменный порок, а сверху слегка пошатывалась на ветру, отчего и скрипела, привлекая внимание. Отличное место, чтобы устроить засаду. Я опустил руку на рукоять меча, но не стал его доставать. Медленно направился вперед и остановился у самой двери, заглянув в небольшую щель. Внутри была непроглядная тьма, но, что более жутко — совершенно никаких звуков. Аккуратно надавив плечом на дверь и сдвинув ее с тихим скрипом, я переступил порог, готовясь, к чему угодно. В нос тут же ударил мерзкий запах плесени, крысиного помета и крови.
Медленно пройдясь по коридору, я остановился у первого поворота. Передо мной возникла гостиная. В самом центре стоял стол. Ножки стола были прибиты к полу, чтобы, видимо, не шатался. Но мое внимание привлекло не это. Вся столешница была покрыта старой, запекшейся кровью. Она давно въелась в дерево, образовав темные, уродливые узоры. Запах стоял настолько мерзкий, что утренний завтрак готов был полезть наружу. Даже думать не хочу, для чего это место использовалось. Хотя, догадаться не сложно.
В голове возникла мысль — а правда ли та пятерка прибыла в город прошлым вечером? Может, они уже давно здесь? С другой стороны, они могли просто занять это место или связаться с местными бандами.
Не найдя больше ничего примечательного, я бесшумно скользнул к проему, ведущему во вторую комнату. Здесь света было еще меньше, но обстановка выглядела куда безумнее. Если в первой комнате все ограничивалось страшным столом, то вторая комната напоминала последствия атаки монстра. Посреди помещения стоял старый, растерзанный диван. Кто-то буквально выпотрошил его. Пружины были вывернуты наружу, пожелтевшая набивка устилала весь пол, собираясь комьями по углам. Обои на стенах висели лохмотьями, а под ними, на штукатурке и бревнах, виднелись глубокие борозды. Мечом такие не оставишь.
Сглотнув и отступив, я развернулся. Взглянул на лестницу, ведущую на второй этаж. Ступени были узкими, изогнутыми и не внушали никакого доверия. Каждая доска выглядела так, словно готова была рассыпаться от малейшего давления. Я сделал первый шаг и тут же замер. Дерево сразу отозвалось скрипом, но никаких других звуков не прибавилось. Все так же тишина. Сделал второй шаг, третий. Моя правая рука все еще сжимала рукоять меча. В левой покоилась книга. Я просунул один палец меж страниц, чтобы быстро открыть гримуар в случае чего.
И вот, когда до второго этажа мне оставалось не больше пяти ступеней, давящую тишину дома внезапно разорвал пронзительный, полный ужаса крик. Женский крик. Он резанул по ушам, заставил напрячься. Крик был настолько искренним, что ненадолго я забылся, подумав о возможной жертве где-то там, в одной из комнат. Холодный расчет дал сбой, уступив место человеческому фактору. Я не стал тратить ни
