спокойно, но в голосе прозвучало нечто едва уловимое. Тепло. Уважение. И тень старой памяти.
— Первый человек, — продолжил он спустя пару мгновений, — который вообще начал учить меня чему-то в этой жизни.
Эти слова заставили девушку бросить на него быстрый взгляд. В них прозвучало что-то гораздо более глубокое, чем простое упоминание родственника. Словно именно этот человек был для него не просто наставником, а фундаментом всего, кем он стал.
Немного подумав, она осторожно спросила:
— И что именно он тебе объяснил?
Парень снова на несколько секунд замолчал. Затем опять слегка хмыкнул.
— Как слушать мир. — Он провёл рукой перед собой.— Как замечать то, на что остальные не обращают внимания. Как понимать, где пространство спокойно, а где напряжено. Как чувствовать, когда что-то выглядит неправильно.
Девушка нахмурилась.
— Но это звучит как-то… слишком обще…
Мин-сок же едва заметно улыбнулся.
— Для меня это естественно.
Потом он покачал головой.
— Но объяснить тебе это будет практически невозможно.
Она удивлённо посмотрела на него.
— Почему?
Юноша ответил сразу.
— Из-за разной природы наших сил. — Он немного помолчал и добавил. — То, что для меня очевидно, для культиватора сил Янь может выглядеть совершенно иначе. Или не выглядеть вообще никак.
После этих слов он вновь сосредоточился на дороге. Тем самым явно показывая, что считает разговор законченным. Однако девушка не могла избавиться от ощущения, что дело вовсе не только в различии их сил. Она слишком внимательно наблюдала за ним последние дни. Замечала его настороженные взгляды. Даже в сторону товарищей. Его осторожность. Ту едва уловимую внутреннюю дистанцию, которую он сохранял между собой и всеми окружающими. Особенно — между собой и ею.
Он был вежлив. Спокоен. Даже по-своему предупредителен. Но никогда не расслаблялся рядом с ней. Никогда не открывался полностью. Никогда не забывал о том, кто она такая. И именно тогда девушка поняла. Он ей просто не доверяет. Скорее всего, кто-то действительно успел наговорить ему о ней. О её происхождении. О характере. О том, как члены семей старейшин нередко смотрят на окружающих. И, возможно, не без оснований.
Эта мысль неожиданно вызвала в ней вспышку раздражения. Но вовсе не на Мин-сока. Нет. Его осторожность она как раз прекрасно понимала. Если человек выжил в тех условиях, в которых формируется такой характер, доверять всем подряд он просто не мог.
Нет, её злость была направлена на других. На тех, кто слишком много болтал. На тех, кто, пользуясь своим положением, распускал сплетни. На тех, кто превратил её имя и положение в повод для пересудов. И, возможно, именно эти разговоры теперь мешали ей приблизиться к человеку, который всё сильнее занимал её мысли.
При этой мысли Линь Сюэ незаметно сжала кулаки. Её взгляд стал жёстче. Если она узнает, кто именно успел настроить Мин-сока против неё… Этим людям придётся очень серьёзно пожалеть о своей болтливости.
А Мин-сок, словно не замечая всей этой внутренней бури, бушующей рядом, спокойно остановился у очередной развилки изломанной каменной тропы. Наклонился. Провёл ладонью над поверхностью. И коротко произнёс:
— Нам туда.
Словно ничего важнее этого выбора сейчас просто не существовало. Пока этот парень, как ни в чём не бывало, продолжал вести их по искалеченным дорогам древнего мира, внучка Великого старейшины всё глубже погружалась в собственные мысли.
Снаружи она оставалась такой же спокойной. Лицо — невозмутимым. Походка — ровной и уверенной. Но внутри её сознания одна за другой рождались догадки. И чем больше она размышляла, тем яснее вырисовывалась картина. Если Мин-сок действительно относился к ней с подобной, явно преувеличенной настороженностью, то этому должна была быть причина. Сам по себе он не производил впечатления человека, склонного судить о других по слухам. Напротив. За последние дни она убедилась, что этот парень привык делать выводы только на основе собственных наблюдений. Он внимательно анализировал каждое действие окружающих. Запоминал мелочи. И доверял лишь тому, что видел сам. Но даже такой человек всё равно прислушивается к мнению тех, кому доверяет. А доверял он, судя по всему, лишь одному человеку. Своей молодой наставнице.
При этой мысли девушка едва заметно нахмурилась. Она тут же вспомнила их отношения. Слишком близкие. Слишком доверительные. И даже какие-то слишком… тёплые. Даже когда эта молодая наставница говорила о нём в Академии, в её голосе звучало нечто большее, чем обычная забота учителя об ученике.
А сам Мин-сок явно относился к ней не просто с уважением. Он её слушал. Считался с её мнением. И, что важнее всего, позволял ей вмешиваться в свою жизнь. Это было видно сразу. Значит, если кто-то и мог заранее настроить его против неё, то именно эта молодая женщина. Причём, вероятнее всего, не по собственной инициативе.
В сознании девушки почти сразу возник образ старейшины, под чьим покровительством достаточно долго находилась эта самая молодая наставница. Того самого старого оппонента её деда. Человека, который многие годы спорил с Великим старейшиной Линь по любому поводу. И который, без всякого сомнения, точно не упустил бы даже малейшей возможности ослабить влияние их семьи.
Теперь всё складывалось в единую картину. Этот вредный старик наверняка давно уже понял, насколько необычным оказался Мин-сок. Парень был не только сильным. Не только талантливым. Но ещё и обладающим уникальной способностью ориентироваться в подобных местах. Видеть сокрытое. Находить сокровища. Обнаруживать древние печати и ловушки.
Такой ученик был ценностью сам по себе. Настоящим стратегическим ресурсом для любой Академии. А возможно, и для всего Поднебесного мира. И если Великий старейшина Линь сумел бы привлечь этого юношу на свою сторону, то позиции её семьи усилились бы многократно. Тогда как их оппоненты неизбежно оказались бы в проигрыше. Следовательно можно было понять, что у старейшины-соперника было всего лишь два варианта. Либо удержать Мин-сока под своим влиянием через его наставницу. Либо, как минимум, не позволить ему сблизиться с семьёй Великого старейшины.
А значит, предупредить парня о том, что внучке Великого старейшины нельзя доверять, было самым простым и эффективным ходом. Не нужно запрещать. Не нужно угрожать. Достаточно лишь посеять сомнение. И юноша сам будет держать дистанцию. Что, собственно, она сейчас и наблюдала.
В этот момент Линь Сюэ ощутила, как внутри снова поднимается волна раздражения. Не столько из-за самой догадки. Сколько из-за того, что она была слишком правдоподобной.
Её дед действительно видел в Мин-соке огромный потенциал. И она теперь понимала почему. Даже за эти несколько дней парень доказал больше, чем многие старшие ученики за
