его лицо озарилось не столько радостью, сколько лихорадочным облегчением.
— Капитан Вейлор! — хрипло крикнул он. — Осторожно! Он крайне опасен! И… и моя сестра! Она ранена, под его чарами!
Капитан Вейлор бросил короткий взгляд на Майру, потом снова на дракона. Его лицо не выражало ничего, кроме холодной решимости.
— Мы видим ситуацию, новобранец. Молчи и не мешай.
Он сделал знак рукой. Двое охотников с цепными устройствами выдвинулись вперёд, не прекращая удерживать дракона светом кристаллов.
— В последний раз, тварь, — сказал Вейлор. — Сдавайся. Или мы будем вынуждены применить силу. И твоя человеческая игрушка, — он кивнул в сторону Майры, — пострадает первой.
Это была не пустая угроза. Охотник рядом с капитаном навёл свой кристалл не на дракона, а на Майру. Луч света, холодный и острый как игла, коснулся её плеча, и она вскрикнула от внезапной, пронизывающей боли — не физической, а как будто что-то копалось у неё прямо в мозгу, в памяти.
Рёв, который издал Игнис, заставил содрогнуться даже капитана. Это был звук чистой, немыслимой ярости, смешанной с отчаянием. Он рванулся вперёд, но лучи кристаллов, сконцентрированные на нём, стали ярче, превратившись в сковывающую, видимую клетку из энергии. Он замер, скованный, рыча сквозь стиснутые зубы, из которых капала слюна, испаряющаяся на камне.
— Хватит! — крикнула Майра, пытаясь встать, но боль в боку пригвоздила её к месту. — Не трогайте его! Он сдаётся! Видите? Он сдаётся!
Она смотрела на Игниса, в его пылающие глаза, и видела, как ярость в них гаснет, сменяясь той самой древней, бесконечной скорбью. Он понимал. Понимал, что любое его движение теперь — смертный приговор для неё. Охотники нашли его ахиллесову пяту. И это была она.
Он медленно, с нечеловеческим усилием, словно каждое движение причиняло ему невыносимую боль, начал опускаться. Сначала сложил крылья, прижав их к спине. Потом подогнул мощные задние лапы. Наконец, его длинная шея склонилась, и голова, с горящими золотом глазами, опустилась на каменный пол площадки в знак покорности. Но не перед охотниками. Его взгляд был прикован к Майре. Это был поклон ей. Извинение. И прощание.
— Нет… — прошептала Майра, и слёзы, наконец, хлынули из её глаз, смывая пыль и кровь. — Нет, не делай этого… Дерись… Улетай…
Но он уже не мог. И не хотел. Цена была слишком высока.
Глава 28
Жестокая правда
Капитан Вейлор удовлетворённо кивнул.
— Готовьте оковы. Магические. Полный набор.
Кэл, всё ещё тяжело дыша, оглядел площадку, будто только сейчас заметил отсутствие кого-то важного.
— Капитан… а где Элрик? — спросил он, и в его голосе впервые за весь вечер прозвучала неуверенность. — Маг, он был с нами, когда начался обвал…
Вейлор на мгновение замолчал, и его гранитное лицо стало чуть мрачнее.
— Элрик не успел, — коротко ответил он, кивнув в сторону груды камней у входа в пещеру. — Когда дракон обрушил скалу, мага накрыло первым. Мы нашли его тело под завалом. Он кричал, чтобы все бежали, а сам замешкался, пытаясь спасти артефакты. Глупая смерть для мага, но… достойная для члена Ордена.
Кэл побледнел, но не опустил глаз. Он лишь сжал челюсти и кивнул, принимая информацию. Элрик был ему не другом, но соратником. И его гибель стала ещё одним камнем на чашу весов в этой кровавой бойне.
Майра, прислушивавшаяся к разговору сквозь пелену боли, почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Маг, который пытал их кристаллом, мёртв. Раздавлен той самой силой, которую Игнис призвал, защищая её. Она не знала, радоваться ей или ужасаться. Осталось только холодное, опустошающее понимание: сегодня гора забрала одну жизнь. И это только начало.
Охотники двинулись вперёд. Теперь они действовали слаженно и быстро, без страха. Пока двое удерживали кристаллы, остальные подошли к склонившемуся дракону. Они вынули из походных сумок не просто цепи, а странные, мерцающие синим светом конструкции из металла и вплетённых в него кристаллических нитей. Охотник, который целился в Майру, теперь направил кристалл на эти оковы, и те вспыхнули ярче.
Первую цепь, толстую и тяжёлую, набросили на шею Игниса. В момент, когда металл коснулся чешуи, раздалось резкое шипение, и от точки контакта повалил едкий дым. Игнис вздрогнул, но не издал звука. Только глаза его зажмурились от боли. Цепь затянули, и синий свет пополз по его шее, впиваясь в плоть, будто прожигая её изнутри.
Майра смотрела, и ей хотелось закричать, вырваться, броситься на этих людей с голыми руками. Но её тело не слушалось. Она могла только смотреть, как надевают вторую цепь — на основание крыльев, сковывая их вместе за спиной. Как третью и четвёртую закрепляют на могучих лапах. Каждое прикосновение магического металла заставляло его тело непроизвольно дёргаться, а из-под чешуи проступали ожоги.
Когда последний замок щёлкнул, Игнис был опутан с ног до головы паутиной сияющих, шипящих цепей. Он больше не выглядел могущественным драконом. Он выглядел пленённым зверем, скованным и униженным. Его дыхание стало прерывистым, хриплым. Золотой свет в глазах потускнел, стал мутным, как угасающий уголёк.
Капитан Вейлор подошёл и ударил его жезлом по морде — несильно, но оскорбительно.
— Вставай, тварь. Тебе предстоит долгий путь.
Игнис попытался встать, но оковы сковывали не только тело, но и силу. Он пошатнулся, едва удерживая равновесие. Охотники грубо подтолкнули его в сторону тропы, используя длинные шесты с крючьями, чтобы направлять.
— НЕТ! — на этот раз крик вырвался у Майры. Она из последних сил подползла вперёд, хватая воздух, который, казалось, стал ядовитым. — Вы не можете! Кэл! Брат! Останови их! Он же сдался! Он не причинил вреда!
Кэл к этому времени уже поднялся. Он стоял, опираясь на меч, и смотрел на сестру. Его лицо было бледным, в глазах бушевали противоречивые чувства: остатки шока, торжество миссии, и… что-то ещё. Что-то похожее на сомнение, когда он увидел, как обращаются с пленником. Но он подавил это.
— Он причинил вред, сестра, — сказал Кэл, и его голос дрогнул. — Он похитил тебя. Одурманил твой разум. Посмотри на себя! Ты защищаешь чудовище, которое только что чуть не убило нас всех!
— Он защищал меня! От вас! — закричала она. — А вы… вы пытались убить его! Вы ранили его! Вы сделали из него это!
Она указывала на скованного дракона, которого уже вели вниз по тропе. Его огромная, некогда грациозная фигура, спотыкаясь, двигалась в облаке синего, угнетающего света от оков.
Сквозь пелену слёз и пыли Майра скользнула взглядом по отряду капитана, и вдруг её сердце пропустило удар. Среди охотников, чуть поодаль, стояла женщина в тёмно-зелёном плаще — та самая, что
