как станциями наблюдения, так и потенциальным оружием, способным выпускать сущности класса охотников, запрограммированные на уничтожение определённых целей.
— Каких именно? — спросил агент Мартинес.
Мерсер замялась, переглянувшись с заместителем директора Якин.
— Людей с редкими или необычными магическими способностями. Особенно тех, кто может быть восприимчив к влиянию Благого Двора, но ещё не был завербован.
Казалось, температура в комнате упала на десять градусов. А может, это было только моё ощущение, ведь они явно говорили о морфах, не называя их.
— Это подводит нас к нашей нынешней дилемме, — сказала заместитель директора Якин, выходя вперёд. — Мы одновременно сталкиваемся с угрозами со стороны обоих Дворов. Благой Двор создаёт армию улучшенных людей для неизвестных целей, а Неблагой Двор охотится на тех, кто ещё не был улучшен.
— И мы оказались между двух огней, — добавил Смит.
— Как всегда, — согласилась Мерсер. — Поэтому мы мобилизуем все доступные команды. Агент Смит будет координировать наши действия в ответ на действия сети наблюдения Неблагого Двора. Агент О'Коннор возглавит расследование каналов распространения Камней Цветения.
Она продолжала раздавать задания, но я слушал вполуха, погрузившись в свои мысли. Теперь речь шла не просто о поддержании баланса между мирами. Это была полномасштабная гонка сверхъестественных вооружений, в которой люди были и полем боя, и оружием.
И по тому, как Мерсер старательно избегала смотреть на меня, я был почти уверен, что вовлечен в это больше, чем мне хотелось бы.
После того как задания были распределены, команды начали расходиться для проведения специальных инструктажей. Элисон встала и жестом пригласила меня следовать за ней в конференц-зал поменьше, расположенный дальше по коридору.
— Места скопления Суммартов вызывают всё больше опасений, — сказала она, когда мы вошли в комнату, и вывела на настенный экран карту. — Они анализировали второстепенные места — те, что находятся не на основных пересечениях лей-линий, и заметили кое-что странное. — Она указала на несколько мест, выделенных на карте. — Они не совпадают ни с одной из известных магических горячих точек или лей-линий. Но они образуют другой тип узора.
— Как будто они отслеживают что-то конкретное, — продолжила она, пристально вглядываясь в карту. — Что-то, что перемещается по городу, а не остаётся на одном месте.
— Или кого-то, — тихо сказал я, пытаясь отвести от себя подозрения, выдвинув эту версию.
Я сохранял нейтральное выражение лица, но пульс мой участился. Это было плохо. Очень плохо. Если Элисон заметила эти закономерности, то сколько времени прошло, прежде чем она свяжет их со мной?
— Это проблема команды Смита, — сказала Элисон через мгновение. — Мы сосредоточены на сети Камней Цветения. Нам нужно отследить их каналы сбыта, выяснить, как они попадают в город, и кто координирует их размещение.
Она открыла дополнительные данные и показала карту с известными местами распространения Камней Цветения.
— Убежище гармония не единственный пункт сбыта. Эти кристаллы продаются в оздоровительных центрах, студиях йоги и даже в элитных спа-салонах.
— Они ориентируются на богатые районы, — заметил я. — На места, где у людей есть свободные средства для альтернативного лечения.
— И влияние, — добавила Элисон. — На людей, которые принимают решения, задают тренды и контролируют ресурсы.
Я кивнул.
— Благие не просто создают улучшенных людей, они создают улучшенных людей, занимающих руководящие должности.
— Так каков же план?
— Мы отслеживаем цепочку поставок, — сказала она. — Выясняем, откуда берутся они и как распространяются. Кто-то координирует эту операцию, и у этого человека должны быть хорошие связи как среди людей, так и среди фейри.
— Нам стоит начать с того кристалла, который мы получили, — предложил я. — От Серены.
Я почувствовал тяжесть цветущего камня. Верно. Я собирался передать это в аналитический отдел.
— Хорошо. Пока они его изучают, я подниму записи обо всех компаниях, получивших поставки якобы целебных кристаллов за последние шесть месяцев, — сказала Элисон. — Я также свяжусь с другими полевыми группами, чтобы организовать наблюдение за основными пунктами распространения. — Она повернулась ко мне. — Я хочу, чтобы ты отнес кристалл в аналитический отдел. Твой опыт работы с этими артефактами будет полезен.
В её тоне было что-то такое, что насторожило меня. Хотела ли она убрать меня с дороги, чтобы копнуть глубже? Или она действительно ценила мои знания?
В любом случае у меня не было особого выбора.
— Хорошо. Встретимся здесь через два часа?
Она кивнула и уже повернулась к своему планшету, чтобы связаться с другими командами.
Аналитический отдел располагался на самом нижнем этаже штаб-квартиры Агентства. Это был лабиринт из лабораторий и испытательных камер, где учёные Агентства изучали сверхъестественные объекты, пока не понимали их или не создавали новые интересные проблемы. Это место напомнило мне морг для магических артефактов, отчасти потому, что я боялся, что следующим объектом для анализа стану я.
Доктор Патель встретила меня у входа. Она выглядела одновременно измотанной и воодушевлённой, обычное состояние учёных-исследователей.
— Консультант Дрекслер, — поприветствовала она меня. — Агент О'Коннор сказал, что вы принесли нам Камень Цветения для анализа.
— Прямо из источника, — подтвердил я, доставая из кармана небольшой мешочек и протягивая его ей. — Я купил его в оздоровительном центре под названием "Убежище гармония". Они продают их как целебные кристаллы.
Она провела меня в охраняемую лабораторию, где несколько других исследователей уже изучали более крупные Камни Цветения с помощью специального оборудования.
— Мы изучали те, что были найдены в квартире Роберта Чена, — объяснила доктор Патель, помещая мой подарок в герметичный контейнер. — Потрясающие артефакты. Они не просто магические предметы, в каком-то смысле они почти живые. Они реагируют на присутствие человека, регулируют подачу энергии в зависимости от потребностей получателя и, кажется, учатся, если можно так выразиться. — Она активировала сканер над контейнером. — Смотрите.
На мониторе мы увидели внутреннюю структуру Камня Цветения, сложную кристаллическую матрицу, пульсирующую энергией. Когда доктор Патель поднесла руку ближе к контейнеру, пульсация участилась, а энергетические паттерны изменились.
— Он реагирует на вас, — заметил я.
— На мой магический потенциал, каким бы минимальным он ни был, — подтвердила она. — Каждый человек вызывает уникальную реакцию. Но что действительно удивительно, так это то, как он адаптируется со временем.
Она показала сравнительные снимки, на которых была видна структура Камня Цветения до и после регулярного контакта с человеком. После контакта структура стала более сложной и организованной.
— Магическая сигнатура, чистая магия Благого Двора, но с модификациями для совместимости с человеком.
— Сделано на заказ для нас, — пробормотал я. — Очаровательно.
— Действительно. И это гораздо более продвинуто, чем всё, что мы видели раньше от Дворов. — Она посмотрела на меня с неподдельной тревогой. — Это не просто всплеск активности, это эволюция методологии. Оба Двора используют технологии, разработанные специально для взаимодействия с людьми. Вопрос в том,
