Все стекла брызнули ледяными осколками, и снежный вихрь, влетевший в окно, обернулся Исом. Дракон был спокоен и собран, губ его не покидала привычная кривая улыбочка, а походка была грациозна и расслаблена. Однако, только заглянув в его стылые, пустые глаза, Тир осознал: все действительно, по-настоящему плохо. Ледяной Старейшина, кажется, тоже это понял, потому что весь подобрался.
- Моё почтение, - сказал Ис холодно, - Есть много всего, что я должен вам всем здесь сказать, но, боюсь, придётся подождать. Пока что... Господин Белый Старейшина, я вызываю вас на бой в воздухе. Обвинение - организация похищения двух драконов, покушения на первого советника и мою пару.
Присутствующие были явно эпатированы, но, если большинству из них было весело или любопытно, то Ледяному Старейшине, его Белому коллеге и Раоке с Тиром было явно не по себе - хоть и по разным причинам.
- Как вы смеете?.. - первым пришёл в себя Белый, - Есть ли у вас хоть одно доказательнство?
- Нет, - тон Иса не изменился ни на йоту, - Но уж вы, как один из хранителей традиций, должны помнить: я вызываю вас по праву дракона из старшего дома. Или поклянитесь стихией, что обвинения мои ложны, или примите вызов.
- Интереснрый поворот... похоже, вашему поколению свойственно вспоминать о традициях лишь тогда, когда они выгодны, - все возмущение внезапно стекло с Белого Старейшины, как вода, обнажая снисходительную насмешку, - Что же, мальчик, не забывай: по одному обвинению меня можно вызвать лишь раз. Где и когда?
- Здесь. Сейчас, - бросил Ис отрывисто. Тир едва удержался от того, чтобы схватиться за голову: один из старейших драконов - опасный противник, пусть и для представителя боевого клана. Тут заведомых фаворитов быть не могло, и он бы поставил на Иса - по-дружески, но в таком случае далеко не факт, что выиграл бы. Судя по застывшему взгляду Ледяного Старейшины, ему в голову приходили примерно те же мысли.
- Значит, собачка все-таки сдохла? - неожиданно весело продолжил Белый, - Я тебе, дураку, между прочим, услугу этим оказал. Теперь сможешь найти какую-нибудь совместимую с тобой девочку. В отличии от Ледяного Старейшины, хоть род свой продлишь...
Раока сдавленно зашипела где-то за плечом Тира, а князь мысленно умолял друга: держись, не теряй голову, этого он и хочет, именно этим их клан и славен - манипуляциями.
Лицо Иса чуть дрогнуло, но осталось все таким же морозно-спокойным.
- Тронут, - сказал он ровно, - Повторяю своё требование. Здесь. Сейчас.
- При всем уважении, - голос Призрачного ворвался в повисшую тишину, - Мне кажется, наш Белый собрат задолжал нам объяснения.
- Их позже сможет предоставить его внучка, - отозвался Ис холодно. Тир мысленно застонал: а ведь правда, это значит, что Аки...
Призрачный прищурился:
- Следует ли нам думать, что после ареста госпожи Шу упомянутые вашей помощницей призрачные стражи были приставлены ко всем парам советников?
- Что вы, - губы Иса искривились, - Это бы значило, что я нарушил закон о чарах слежения, запрещающий накладывать их без ведома объекта. Как можно? Даже если бы было и так, я бы не смог предоставить эти записи, как доказательства. Просто... Скажем, у меня есть обоснованные предположения, что госпожа Аки в курсе. А пока что... моя пара в стазисе, и мне хотелось бы вернуться к нему побыстрее. Потому, почтенный Белый Старейшина, не окажете мне честь? Решим наши вопросы поскорее.
Драконьи черты проступили сквозь обличье Старейшины.
- Как пожелаешь, - прошипел он.
***
Раока с ужасом наблюдала за кружащими в небе драконами. Полупрозрачный, искрящийся на солнце изящный ледяной и мощный по сравнению с ним белый, излучающий ровный слепящий свет: на первый взгляд, ужасный расклад. Нет, фейри знала, что в случае с драконами размер - уж точно не главное (большое спасибо за своевременный каламбур, мозг, буду должна!). Ледяные, наряду с Алыми, Стальными и Призрачными, относились к так называемым боевым кланам, с представителями которых другим можно было связываться либо при наличии значительного численного перевеса, либо громадного магического потенциала. С другой стороны, Белые, будучи частью так называемой правящей драконьей аристократии, тоже не были такими уж простыми противниками (как бы они иначе выбились в эту самую аристократию в древние-то времена, когда драконы почти не обращались в людей и признавали только силу?), а уж с опытом Старейшины...
Драконы взревели и сшиблись в воздухе. Раока прикусила заострившимися клыками губу.
Все было быстро, стремительно и жестоко - драконы ведь, да и не поиграть вышли, а драться до смерти. Не трансформируйся она частично, в жизни не разглядела бы, но - увы ей: заставить себя оторвать взор своих сетчатых глаз от неба не могла, даже когда кровь залила ослеплённому светом Ису плохо защищенную ледяной бронёй грудину. Белому, впрочем, было не лучше: шипы льда пронзили его уже несколько раз, кровь - алое на белом, фейри это нравилось - заливала исполосованную бритвенными зубами ледяного шею. Не надо было быть предсказателем, чтобы понять: ещё пара ударов, и все решится.
И вот, раз - и белый дракон обращается эдаким сгустком слепящего, бьющего во все стороны света, два - исчезает в этом свечении на миг, три - вцепляется Ису в хрупкое, уже ломанное когда-то и бережно собранное Гором крыло. Это кажется концом, но Раока вдруг видит - чувствует? - как скалится ледяной дракон.
"Ты предсказуем" - слышит она его шёпот внутри своей головы, а потом Ис изворачивается, безжалостно позволяя собственным костям сломаться, и прижимается к грудине белого, насаживая того, как бабочку, на удлиннившиеся ледяные копья своей брони. Зубы Иса намертво вцепились в основание шеи противника, и Раока будто почувствовала вкус венозной крови на губах - пьянящий и сладкий.
- Да! - выдохнула она, и в этот миг сцепившиеся драконы начали падать вниз: белый в агонии вцепился в ледяного намертво, не позволяя тому вырваться. Ис, впрочем, только усилил броню: для дракона падение с такой высоты было болезненным, но не смертельным.
