Дети торговцев и дочери, которых привозили в качестве товара, чтобы получить выгодные союзы или заработать денег, если больше не было чем торговать, знали о Сайаре Разящем. Пожалуй, все народы всенепременно мечтали с ним познакомиться или побывать на королевских турнирах, по которым теперь разъезжал мужчина. Он давно оставил приключения, позабыл о благе Общины и предпочитал работать на самого себя. Людские короли, вожди калнсов, старейшины дэбэсов, Верхушки свэтов, вожаки перевертышей, конунги вэйшей – все желали поглазеть на лучшего стрелка мира и были готовы платить за это. Порой более, чем много.
– Мы условились о месте для привала за Красными Холмами, – Алорэ вернулся во главу отряда и поднял руку вверх, чтобы предупредить отряд о продолжении движения. Повозка качнулась, одно из колес соскочило с ветки, на которой стояло, и Рэйара чуть не прикусила себе язык. Хорошо, что ей оставалось справится всего с половиной белки.
– А там безопасно останавливаться? Красные Холмы же непросто так называют Красными, да? – Таэль обтер руки после мяса о тюк, на котором должна была устраиваться отдыхать девушка, – Я не бывал здесь. Не собирался бывать и почти ничего не помню из того, что читал. Не хотел засорять голову лишним.
– Можно подумать, что у тебя есть в голове полезная информация, – послышался за спиной голос Фэйэна. Рэ фыркнула, выражая согласие, и призыватель насупился. В разговор вмешался лекарь, прерывая ссору.
– Это место абсолютно безопасно. Красными холмы назвали лишь потому, что они на самом деле из красной земли. В это время года они покрыты травой и мхом, а листья на кустах и деревьях закрывают землю, но, когда наступают холода и зелень редеет, можно разглядеть красный песок, и чем глубже копнуть, тем насыщеннее он будет. Говорят, что изменения произошли несколько тысячелетий назад, мол, один из волшебников тренировался, чтобы стать могущественным, и применил к Холмам чары Изменения. Никакого вреда они не принесли, кроме цвета земли, и потому отменять их никому в голову и не пришло.
– А нам еще долго? – полукровка повертелась на месте, устраиваясь. Ей было некомфортно в застрявшем между двумя формами состоянии, без одежды и без шерсти она подмерзала, как обычно после полнолуния.
– К закату должны добраться, если немного ускоримся. К этому же время Эйэ обещал вернуться вместе с новостями из Общины.
– Он воспользовался Камнем Возвращения? – спросила Рэйара, – У нас их оставалось всего три, надо было бы взять у распределяющих магов еще пару. Если здесь тоже бродят сарги…
– Нет, Община сама создала для него портал. Думаю, он вспомнит про камни, а если и нет, то по прибытию в более или менее нормальный город, мы можем воспользоваться услугами их распределителей и нас перебросят домой.
– Не хочу в город. В городах всегда есть воскрешатели, некроманты и храмовники. Они есть, а толку в них нет. Их помощь нужна за стенами, а они, трусы, предпочитают сидеть в безопасности, – прорычала девушка и, наконец, завершила переход. Она приняла облик волка, демонстрируя, что не желает продолжать разговор.
Все перечисленные ею могли бы вернуть Жуэйля к жизни. Некроманты, конечно, на свой лад и, скорее всего, это возвращение не пришлось бы по нраву ни самому воину, ни его семье, ни Общине, но другие… Каждый брал свою цену, немалую, но приемлемую, если речь шла о жизни близкого и, согласись хоть кто-то путешествовать с отрядами, жизнь стала бы куда проще.
Чувство вины продолжало грызть перевертыша изнутри. Разговоры немного отвлекали, но смотреть на истощенного Алорэ было больно, как и видеть потухшие глаза Фэйэна и бубнящего что-то без конца Наэма. Отчаянно не доставало Жужа с его шутками и неискончаемым запасом бодрости.
Рэйара забралась на тюки, покрутилась немного, улеглась и положила голову на лапы. Повозка качалась из стороны в сторону. Из такого положения она могла видеть только бортик, да круп идущей впереди лошади, и больше ничего. Солнце уже садилось, иногда дул особенно прохладный ветер, и – полукровка не ожидала подобной заботы – Таэль накрыл ее покрывалом и сам придвинулся ближе. Никакая взаимная нелюбовь не имела сейчас значения.
Перевертыш так и не смогла заснуть, хоть и лежала тихо, прикрыв глаза. До самого привала свэты более не разговаривали.
Глава VI
Между трех деревьев, на одинаковом расстоянии от каждого из них, горел костер. Языки пламени взмывали вверх, когда Фэ хватал пальцами воздух по направлению к огню – стихия слушала его и подчинялась, не требуя взамен даже произнесения слов. Подобный фокус в первые годы обучения мало у кого получался и требовал значительной части сил. После же, для тех, кто делал пламя своим верным помощником, во время отдыха и для сосредоточения, это становилось таким же естественным движением, как поднести ко рту кубок, чтобы выпить или почесать нос, на который села надоедливая мошка.
– Прекрати, – попросил Алорэ, хмурясь. В такие моменты он напоминал Эйэ, – Нам незачем тратить силы, тем более сейчас.
– Это не тратит моих сил, – ученик предводителя отряда вновь сделал движение пальцами и пламя на несколько мгновений взмыло вверх. Затем он повторил движение еще раз и еще.
Рэйара нахмурилась. Лекарь выглядел раздраженным и взволнованным, а волшебник как будто не понимал этого. Все свэты нервничали, и не напрасно – Эйэ должен был вернуться еще до заката. Его ждали уже почти полночи. Перевертыш хотела идти на его поиски, и пусть отследить мужчину после того, как он шагнул в портал невозможно, но и сидеть на одном месте не зная, что же происходит, не выход. Это сводило с ума.
Фэ предлагал отправиться следом, в Общину, и выяснить там, что да как. У отряда еще имелись заряженные магами распределения Камни Возвращения, да и запаса сил заклинателя хватило бы на то, чтобы создать портал и перенести себя и, скорее всего, одного из спутников. Даже если бы кто-то остался у Холмов, за ними вернулись бы позже. Впрочем, сразу же после предложения, Фэйэн высказался против своей же идеи, не дав времени отряду поразмыслить. Он заявил, что оставлять одного или двоих среди леса, где могут из ниоткуда появится сарги, а то и вовсе отрекшиеся, да еще и в компании Таэля, небезопасно. То,
